ко мне с неудобными вопросами. И я была очень благодарна ей за это.
Прошла так неделя. Я чувствовала себя ужасно, что живу у чужого мне человека. Как обуза и нахлебница. И все больше задумывалась о том, что можно и на работу устроиться. Правда, на какую-нибудь простую и не на глазах у людей. Например, посудомойкой в кафе или ресторане. Там, вдали от людских глаз меня точно никто не увидит, а так я заработаю хоть на билет на автобус. Вакансии я просматривала периодически на сайтах в стареньком планшете Марии, который она вручила мне для изучения уроков по рисованию в интеренете.
Прошла уже неделя, день изо дня в день повторялся, но мне стало намного лучше. Даже кошмары стали сниться не такие яркие, но все же к шорохам за дверью я все так же прислушивалась и каждый раз думала, что меня могли найти. И каждый раз мои страхи не оправдывались, отчего я чувствовала облегчение.
- Сегодня снова приходил старик Осман, - поделилась Мария неделю в один из вечеров во время ужина.
Меня эта новость как-то не задела, ведь этот добрый старик не имеет ко сне никакого отношения.
- Да? - не отвлекаясь от еды, постаралась проявить мнимый интерес. Но все же я хотела закончить набросок от которого оторвалась когда пришла моя спасительница.
- Да, - Мария явно хотела поделиться этим. По глазам было видно, что сейчас скажет что-то очень важное и я посмотрела на нее, перестав жевать еду. - Он вроде как пришел по делам к Селиму, но и о тебе спрашивал тоже. Но вот твой муж сказал, что ты уехала к матери на некоторое время.
- А моя мама так и не приходила к Селиму? - сердце сжималось от боли при мыслях, что я все же подвела маму. Что опозорила ее и теперь все будут осуждать ее в первую очередь, потому что «не так воспитала».
- Нет, - грустно посмотрела Мария на меня и опустила глаза к своей тарелке. - Может быть Селим сказала твоей матери, что с тобой все в порядке, но ты не можешь подойти к телефону из-за того, что занята делами?
- Может, - тоже уткнулась в свою тарелку, хотя очень хотелось верить в версию Марии. Она успокаивающе погладила меня по плечу. - В любом случае, мне надо побыстрее уехать из города. Я и так у вас тут стесняю…
- Ты хочешь меня обидеть? - с укором спросила Мария, а я вскинула голову и увидела ее недовольное лицо.
- Нет, что вы, - краска отлила от лица и я испугалась, что обидела ее. - Я вовсе не хотела…
- Вот не хотела, - Мария вяла мои руки в свои и сжала, даря тепло своих пальцев, - и думать запрещаю тебе в этом направлении. Только вот Осман спрашивал про тебя, когда я провожала его к выходу.
- Про меня? - встрепенулась от такой новости.
- Да, он сказал, что хотел бы встретиться с тобой лично, потому что он подозревает, что был знаком с твоим отцом.
Мария смотрит на меня как-то слишком внимательно, а у меня перехватывает дыхание и сердце слишком сильно ударяется о грудную клетку.
Неужели есть кто-то кто знал моего папу? Неужели остались еще люди, у которых я смогу спросить про него? Хотя бы немного прикоснуться к его прошлому, может и фотографии есть у дедушки Османа.
- Он мог знать моего папу? - мой голос даже мне самой показался чужим - сиплым и охрипшим. И слова надо было выталкивать через силу. Только надежда зажглась слишком сильно во мне, заглушая голос разума, что факт знакомства не подтвержден.
И только от того, что есть такая вероятность, я уже готова бежать к дедушке Осману. И сию же минуту выпытать все, что он может знать о моем отце. Это как прикоснуться к прошлому и хотя бы на несколько мгновений почувствовать себя рядом с ним.
- Он сказал, что если так и есть, то ты очень на него похожа…
И мое сердце забилось еще чаще. Еще немного и выпрыгнет из груди. Может, дядя Осман и родственников отца знает. И я тоже смогу узнать?
….- Но он хотел бы поговорить прежде чем делать такие выводы.
- Поговорить? - вырвалось испуганно у меня и я затравленно огляделась по сторонам.
Я так привыкла к безопасности в этих стенах за неделю, что кажется, что сделай я шаг за порог и меня тут же скрутят и отведут к Селиму. И тогда я точно больше не выберусь от него.
- Я поеду с тобой, - приободрила тут же Мария, не позволяя углубляться в страхи. - И мы возьмем такси. Поэтому ты даже не волнуйся и не нервничай. Я всегда буду с тобой, дочка, - и нежно по-матерински заправила выбившиеся волосы за ухо. - Ты очень красивая и добрая. И тебе нужно научиться быть сильной, отстаивать себя и свои взгляды. Мы живем в совершенно другое время. Ьы можешь работать и быть успешной женщиной. У тебя обязательно все получится. Только научись бороться за свои мечты, Эльнара.
- Мечты, - безысходно повторила услышанное. - Разве я могу думать о мечтах, когда даже гроша нет за душой. А у вас и дочка своя есть, а она может быть против….
- Моя дочь не против, - авторитетно заявила Мария. - Она сама себя обеспечивает и мне бывает присылает. Поэтому будь на этот счет спокойна.
- Вашей дочери очень повезло с вами. Вы всегда поддерживаете ее, а это самое главное.
- И тебя я тоже поддержу. Ты только сама будь смелее. И если учесть, что Осман все-таки знал твоего отца, может быть, что и бизнес у него был в свое время. А значит, что ты как наследница можешь продолжить его. И не зависеть от других. И свои мечты осуществлять.
Моя спасительница говорила так уверенно и воодушевленно, что мне самой даже поверилось в это. Хотела бы я, ятобы папа что-то о себе в память оставил. Бизнес это, наверное, громко сказано, но мне хватит и кулона или фотографии. Хоть чего-то, что принадлежало бы когда-то папе.
- Я бы хотела, - робко призналась с опущенной головой. - Очень хотела бы узнать что-то о папе.
- Тогда пошли, - внезапно заявила Мария и встала из-за стола, а я смотрела на нее
