моей руки, успокаивающе сжав:
— Ты не одна в этой игре, Астрид. Мы твои союзники. И семья.
Я посмотрела на них — таких разных, но в этот момент единых в своём намерении защитить меня. Где-то внутри затеплилось тепло, способное хотя бы на мгновение заглушить страх.
— Я просто… я не привыкла, что за мной есть кто-то, — тихо призналась я. — Всегда думала, что справляться нужно самой.
Рик усмехнулся и легко коснулся губами моей макушки:
— Привыкай, принцесса. Теперь у тебя целых три причины не бояться будущего. И, возможно, четвёртая, когда разберёмся, друг он или враг.
Кейран поднял бокал, словно в тост:
— За королеву, которая ещё не села на трон, но уже заставляет мужчин забыть о здравом смысле и пить совершенно редкостную гадость, чтобы доказать свои намерения.
Я не удержалась и улыбнулась, даже сквозь тревогу.
— Спасибо вам… всем.
— Не за что, — ответил Домин просто, сжав мою руку чуть крепче. — Завтра мы всё решим. Вместе.
— А что сегодня? — спросила я чуть запоздало, всё ещё удерживая пальцы на тёплой кружке.
На миг повисла пауза, и я почувствовала, Домин чуть приблизился. Он плавно поднялся со своего места и, не спеша, обошёл стол, подойдя ближе. Его шаги были уверенными, но в глазах плескалась сдержанность, смешанная с чем-то… почти хищным.
Он остановился напротив, и, прежде чем я успела добавить хоть слово, протянул руку и легко коснулся моих пальцев.
— Астрид, — сказал он негромко, будто проверяя, достаточно ли этого одного слова, чтобы забрать всё внимание.
Я посмотрела на него.
— Ты говорила, что в эту комнату никто никогда не заходит… — в голосе звучало больше утверждения, чем вопроса.
— Да, — кивнула я, и голос почему-то вышел хриплым. — Здесь только я. И теперь… вы.
— Могу я тебя поцеловать? — спросил он прямо, сдержанно, но голос его стал чуть ниже, хриплее.
Рядом раздалось два знакомых хмыка — Кейран и Рик явно услышали, и, не видя их лиц, я и так могла представить их выражения.
Моё сердце застучало быстрее. Я кивнула. Неуверенно, но твёрдо.
Домин не торопился. Поднял руку, пальцами скользнул по моей щеке, заправил прядь волос за ухо, а затем медленно наклонился и коснулся губами моих.
Это был мягкий, глубокий, терпеливый поцелуй. В нём не было спешки, только уважение, тепло и… сила. Сила, в которой я неожиданно для себя нашла опору.
Он отстранился на дыхание, не размыкая объятий, и я заметила в его глазах чуть насмешливую искру.
— Так вот ты какая… — прошептал он.
— Какая? — прошептала я, всё ещё ощущая его дыхание на своей коже.
Он не сразу ответил, только мягко коснулся своим лбом моего.
— Вкусная. Как какао. — Улыбка у него вышла почти застенчивой, что было неожиданно и почему-то ещё более трогательно.
Я невольно рассмеялась — тихо, с лёгкой хрипотцой. Щёки запылали.
— Вот теперь ты смущаешься? — Он дотронулся до моего подбородка, поглаживая большим пальцем по щеке. — Не бойся. Мне с тобой очень спокойно. И… правильно.
— Правильно? — повторила я, всё ещё чувствуя в себе легкую дрожь, словно от колдовства.
— Как будто я должен быть именно здесь, рядом с тобой. Видимо боги не ошибаются, когда соединяют пары.
Он снова коснулся моих губ. На этот раз поцелуй был тёплым и неторопливым. Не жадным, не требовательным. В нём было что-то почти домашнее — как возвращение в место, где тебя ждали. Я прижалась лбом к его груди, уловив запах металла, дыма и чего-то родного.
— Странно, — прошептала я.
— Что? — Его пальцы продолжали чертить на моей спине круги.
— У меня три мужа, и каждый из вас совершенно разный. Но когда вы рядом, мне впервые за долгое время не страшно. А еще моя магия давно не буянила. Непривычно даже.
Он обнял меня крепче.
— Это хорошо. Потому что я рядом — и никуда не денусь.
Я всё ещё была в его руках, в этом тёплом, надёжном коконе, когда рядом раздался знакомый хмык.
— Хватит её мять, кузнец. Мне тоже кое-что причитается.
Голос Рика был низким, с той самой ленивой хрипотцой. Я подняла глаза — он стоял совсем рядом, по-прежнему дерзкий, по-прежнему уверенный, с этой своей полузвериной грацией хищника, у которого нет нужды спешить… но есть желание.
Домин нехотя отстранился, и Рик тут же схватил меня за руку, не особенно деликатно, но не больно — скорее с нажимом, с правом, которое он не позволит другим оспаривать. Потянул к себе, и в следующий миг мои губы оказались под натиском его поцелуя — жадного, горячего, непрошенного… и чертовски волнующего. Он целовал так, будто забирал моё дыхание, мои мысли, мою волю. Всё, что было моим однозначно теперь принадлежало и ему тоже.
— Так-то лучше, — пробормотал он, прижимая меня к себе, его рука легла на мою талию. — А то стоишь, как девчонка на балу, не знаешь, кому поклониться первой.
— Я вообще-то принцесса, — выдохнула я, захваченная его дерзостью, но не отталкивая.
— Ну, теперь ты ещё и жена. А у жены есть обязанности, знаешь ли, — его губы коснулись уголка моего рта, затем скользнули к щеке, к шее, оставляя там жаркие следы дыхания. — Хотя если хочешь, я могу научить тебя всему заново. Медленно. И с удовольствием.
— Ты слишком напорист. — Я чувствовала, как голос дрожит. От возбуждения, от желания, от смятения.
— А ты слишком сладкая. Продолжим обмениваться комплиментами?
Он снова поцеловал меня, не давая времени на раздумья, и я невольно прижалась к нему. Сильные руки, запах моря и кожи, тепло... всё кружило голову.
Позади послышался негромкий смешок Кейрана.
— Игра началась? — спросил он, вальяжно подходя ближе. — Тогда, возможно, и я поучаствую.
Рик отстранился первым, но не спешил уходить далеко. Его ладонь всё ещё лежала у меня на бедре, как якорь — грубый, надёжный, настоящий. Он облизал губы, словно смакуя наш поцелуй, а потом с ленцой повернул голову:
— Ну, раз ты уж так жаждешь, маг, иди. Только не забудь, что ты один из нас, а не первый и единственный муж.
Кейран скользнул ко мне почти неслышно, как всегда. Его движение было лишено той грубой напористости, что нес в себе Рик, — он был как дым,
