во мне уже двое.
— Как?..
— Хочу чтобы ты попробовала меня ротиком, — говорит он и я киваю. Его рука путается в моих волосах и он привлекает меня ближе к своему члену. Он упирается в мои губы и я их послушно открываю, пропускаю его глубже. Новый толчок мужчин снизу и я стону в член Кейрана. Он сладковатый от моей смазки. Я не понимаю, что с ним делать, но Кейран двигается сам. Я буквально окружена своими мужьями со всех сторон. Они во мне так, как я даже представить себе никогда не могла.
Мне хорошо и от каждого их толчка я теку еще сильнее, хотя куда уже сильнее. Комната наполнена очень развратными шлепками и хлюпами. Мою грудь сжимают разные руки, мои бедра насаживают на два горячих члена сразу, а мой ротик сосет вкуснейший леденец.
Я раньше переживала, что у меня больше одного мужа, но сейчас как я благодарна, что их трое и я могу это испытать.
Внутри меня буквально скапливается удовольствие. Я ощущаю себя переполненным бокалом. Каждый новый толчок — уже слишком много, чтобы терпеть. Я чувствую, как удовольствие меня побеждает и буквально сгораю со следующим толчком.
Мое тело начинает сокращаться, требовательно сжимая члены моих мужчин и отправляя меня саму куда-то за грани мироздания.
От моих сокращений мужчины подо мной начали дышать рвано и хрипло. Рик кусает меня за плечо и изливается в меня, наполняя меня своим семенем. За ним следует и Домин, вжимаясь в меня до предела. От этого меня пробирает второй волной удовольствия и я держусь двумя руками за Кейнара, чтобы не упасть. Он тоже делает последние фрикции и со стоном кончает мне в рот. Я сглатываю все, что он мне подарил и падаю на Домина совершенно без сил. Он все еще во мне и от этого как-то очень приятно.
Он гладит меня по спине успокаивая и целует туда, куда может достать.
— Ты лучшая жена из всех, что я когда-то мог себе нафантазировать, — смеется он.
— Ты фантазировал о жене? — улыбаюсь я, едва дыша.
— Да, но ни одна моя фантазия и близко не была так шикарна, как ты, — шепчет он. И я ему верю.
Глава 18
— Я хочу спать, — пробормотала я, зевая, прижимаясь к Домину щекой. Всё было прекрасно. Тепло. Спокойно. И очень… уютно.
Но тут в голос вмешался Рик:
— Спать — это святое. Но ты не думай, что мы тебя просто так отпустим по разным комнатам. А может, ты наколдуешь нам что-то общее? Ну как мою спальню. Только, знаешь… чтоб для всех.
Я приподняла голову, глядя на него с усталой полуулыбкой. Он выглядел совершенно серьёзно. Домин и Кейран тоже молчали, но не отводили глаз. Они ждали. Мягко, без нажима, но с ожиданием.
Я тяжело выдохнула и соскользнула с коленей мужа, босиком прошла к маленькой кладовке сбоку от гостиной. Она подходила идеально: тёплая ниша, обрамлённая резьбой, с высоким потолком. Я закрыла глаза, отпустила магию и… представила: большая комната, мягкий свет, огромная кровать, где мы поместимся все, тёплые ткани и пледы, деревянные стены, всё гармонично и уютно…
Но моя магия, как всегда, решила, что у неё свои планы.
Вспышка. Ощущение, будто кто-то повернул мир на бок — и всё стихло.
Я осторожно распахнула дверь… и остановилась, приоткрыв рот.
Комната была. Большая. Сводчатая. Стены — тёмные, будто размазанные тушью, с прожилками тени. Мебель — словно часть камня: полки, кресла, даже зеркало будто вытесаны прямо из скалы. В углу мерцал свет — там журчал душ, или, точнее, небольшой водопад, стекающий по гладкому камню. Кровать… огромная, круглая, выдолбленная из монолита, но покрытая мягким матрасом и меховыми покрывалами.
— О, — выдохнула я.
— Как в пещере, — хохотнул Рик, заглядывая за моё плечо. — Ну берлога, так берлога. Но, знаешь… мне нравится.
— Это… необычно, — задумчиво сказал Домин, оглядываясь. — Но в этом что-то есть. Правда, Астрид, у тебя чудная магия.
Я не стала спорить. Просто пошла вперёд, почти падая лицом в покрывало. Мягко. Тепло. Ммм…
— Нет-нет-нет, не так быстро, — прозвучал голос Кейрана, и через мгновение я взвизгнула — не от страха, а от неожиданности. Он поднял меня на руки, как будто я ничего не весила.
— Ты что творишь? — хрипло прошептала я, уткнувшись в его плечо.
— У нас тут, вообще-то, душ есть, — ответил он с самым невинным видом. — Ты его сама и сделала. Было бы обидно не воспользоваться.
Он отнёс меня прямо под струи кристальной воды, которые мягко обрушивались с каменного уступа. Тепло и нежно — будто водопад ласкал, и вода была не холодная. Кейран мыл меня руками, с тёплой водой, бережно и молча. Его пальцы скользили по моим плечам, волосам, спине, обводили линии моего тела, успокаивая.
— Готово, — прошептал он наконец, и, укутав в мягкое полотенце, снова подхватил меня на руки и унёс обратно в постель.
Я почти не сопротивлялась. Потому что в эти моменты чувствовала себя самой любимой женщиной на свете.
Когда Кейран уложил меня обратно на кровать, я почувствовала, как матрас подо мной мягко прогибается, будто вбирая в себя усталость за весь день. Он бережно устроил меня на подушках, накрыл меховым покрывалом и только тогда отпустил мою руку.
Но я не осталась одна.
Первым к нам подошёл Домин — снял сапоги, молча сел с другой стороны, словно бы проверяя, удобно ли мне, и только после этого лёг рядом. Его ладонь нашла мою под одеялом, и я на ощупь сжала её, чувствуя, как внутренняя тревога начинает отступать.
Рик, как всегда, был последним. Он вальяжно стянул с себя ремень, бросил его куда-то в сторону, оглядел «берлогу», фыркнул и, не торопясь, улёгся рядом со мной. Протянул руку, перебирая мои волосы.
— Только попробуй храпеть, — пробормотал он с усмешкой. — Я тебя выкину за дверь. Принцесса не принцесса.
— Я не храплю, — пробурчала я, уже проваливаясь в полудрёму.
Кейран рассмеялся глухо, лёг позади чуть ниже, обняв сзади. Домин всё так же держал меня за руку, а Рик прижался лбом к моему плечу, будто ему всё равно нужно было быть ближе.
Я лежала между ними, окутанная, как в треугольнике
