сжала его сильнее, так что нити впились в кожу, и странное, ясное спокойствие медленно опустилось на меня, словно прочный щит.
Да, завтра меня ждет неприятная встреча. Придется сидеть с ними за одним столом, ловить колкие взгляды Мейв, полные ядовитого торжества, и равнодушные или презрительные Дейна.
Но теперь мне было плевать.
У меня есть цель. И у меня в руках живое, теплое, переливающееся доказательство того, что я не беспомощная жертва в их играх. Мое будущее в моих руках во всех смыслах этого слова.
Глава 8
На следующее утро замок проснулся другим. Хотя Дейн и Мейв наверняка еще нежились в постелях, их приезд уже изменил привычный порядок.
По коридору дважды прошел Ольрик с озабоченным видом и охапкой свежего белья. Вероятно, следом за Дейно и и его любовницей в замок приедут остальные гости, и леди Дракстон велела перестелить все постели.
Я спустилась на кухню еще до завтрака. Дверь была распахнута настежь. Оттуда доносилась суетливая возня. Видимо, Лорэна подняли ни свет ни заря, чтобы приготовить для лорда его любимые столичные деликатесы. Внутри царил хаос, пахнущий дрожжами, жареным луком и мясом. К этим ароматам примешивался запах сладких ванильных булочек с орехами.
Лорэн, красный от натуги и ярости, орал на своего юного помощника, который пытался удержать в охапке три огромные рыбины одновременно. На столе высились горы нечищеных овощей, а в огромном котле что-то кипело и булькало, угрожая выплеснуться наружу.
На меня никто не обратил внимания. Быстрым движением руки я стащила с подноса пару только что испеченных сладких булочек, еще теплых и липких, и так же бесшумно ретировалась.
Вот вам и плюсы от этой Драконьей охоты. Привычное меню леди Дракстон явно претерпело серьезные изменения.
Спуск к ферме на рассвете стал моим ежедневным ритуалом. Здесь, внизу, пахло сеном, землей и свободой. Едва я подошла к загону, как из-за угла сарая выскочил Шустрик, за ним, важно вышагивая, появился Граф, а следом, толкаясь и блея, подбежали Роззи, Тихоня и вечно голодный лорд Задира.
— Доброе утро, мои хорошие! — мое лицо расплылось в улыбке. — Смотрите, что я вам принесла.
Они окружили меня, тычась влажными носами в ладони. Их переливчатые крылья трепетали от нетерпения. Я разломила булочки и раздала угощение, наблюдая, как они уплетают сладости, урча и толкая друг друга. Задира, как всегда, пытался стащить кусок у Тихони, но тот ловко увернулся и спрятался за мою спину.
— А знаете, что? — начала я, опускаясь на корточки и принимаясь чесать Графа за ухом. — У меня получилось. Я сделала свою первую пряжу. Представляете? Из вашей шерсти. Она такая теплая и красивая...
Я болтала с ними, как с самыми близкими друзьями, рассказывая о своем маленьком триумфе, о напряженном ужине с Кайденом, о приезде бывшего мужа и мерзкой Мейв. В их больших, умных глазах я видела понимание. Они были моей жилеткой, моей группой поддержки.
И вот, когда я закончила делиться радостями и переживаниям, Граф осторожно приблизился и ткнулся мордой мне в ладонь, туда, где обычно лежало угощение. Но на этот раз он не искал еды. По моей коже пробежали знакомые мурашки, а в голове, словно эхо, отозвалось что-то... тревожное. Четкое, настойчивое предупреждение. Осторожность. Скрытность. Опасность.
Я замерла, глядя ему в глаза. Он снова ткнулся носом, и образ моего клубка, всплыл в сознании с кристальной ясностью. Он не хотел, чтобы я его продавала. Он хотел, чтобы я оставила его себе.
— Хочешь, чтобы я связала что-то для себя? — прошептала я, и посмотрела на свое легкое платье, на шаль, тепла от которой скоро будет недостаточно. Утро было по-настоящему холодным. — Пожалуй, ты прав. Уже холодает.
Граф был прав, не стоит спешить с продажей пряжи. О себе не стоит забывать. Теплые, мягкие носки из этой волшебной шерсти будут как нельзя кстати. Это было практично и несложно лично для меня. А модистку Флору, возможно, куда больше заинтересует готовый, изящный продукт, чем просто клубок пряжи. Изящный берет или ажурная шаль, связанная крючком... Крючком было проще начать, да и узоры им можно создавать более воздушные. Мысленно я уже перебирала варианты узора.
Я подняла голову и окинула взглядом своих питомцев, которые смотрели на меня с безграничным доверием.
— Слушайте, — сказала я тихо, уже серьезно. — Скоро здесь будет много чужих. Другие драконы.
Задира насторожил уши, а Шустрик перестал скакать.
— Тот, что приехал вчера… с этой рыжей девицей. Он не тот, кому стоит доверять. Вообще, никому из них доверять нельзя. Будьте осторожнее, прячьтесь, когда увидите чужих. И его подружку, от нее так и разит слащавыми духами и притворством... Держитесь от нее подальше.
Я говорила, и мой взгляд невольно скользнул в сторону фермерского дома. Из трубы поднимался ровный и белый дым, но Кайдена видно не было. Возле сарая старый Бардрик доил козу. Он заметил мой взгляд и кивнул мне, улыбаясь. Я машинально улыбнулась в ответ, но на душе стало тревожно.
Интересно, где Кайден?
Он знал о моих козлодраках и о пряже. Но теперь, когда я узнала, что он часть этой безумной семейки, можно ли ему было доверять как раньше?
Я больше не была ни в чем уверена. Единственное, что оставалось неизменным и настоящим, это пять пар преданных глаз, смотревших на меня.
— Ладно, хватит бездельничать. Мне пора. Надо успеть к завтраку.
Я бросила им на прощание последнюю крошку от булочки и направилась обратно к замку. Завтрак обещал быть неприятным. Но у меня был план, который давал сил не скатиться в уныние. Сегодня я продолжу заниматься пряжей, найду спицы или крючок и начну вязать себе носки.
Перед тем как войти в столовую, я замерла у большого зеркала в позолоченной раме, что висело напротив лестницы. Обычно я пробегала мимо, не задерживаясь, но сейчас ноги будто приросли к полу.
Я разглядывала свое отражение. То самое коричневое платье с цветочной вышивкой на лифе и подоле, в котором я сбежала из особняка Дейна. Лилия постаралась на славу, от грязи и пыли не осталось и следа, ткань выглажена, кружевной воротничок безупречно свеж. Но от этого оно не стало выглядеть дороже или современнее. На фоне будущих нарядов Мейв, дорогих и ультрамодных, я буду смотреться как бедная провинциалка... Идеальная мишень для ее ядовитых шпилек.
Перед глазами
