же места» — «подробный и наставительный». Сам же Даниил, напротив, подчеркивал, что, прочитав его труд, лучше душой и воображением устремиться к святым местам, нежели «неподобно» ходить по ним — как сам Даниил «ходил по святым местам, во всякой лености и слабости, в пьянстве и творил всякие неподобные дела». На эти же моменты обращал внимание и Нифонт, отвечая на вопрос Кирика: «если [паломник] идет для того, чтобы праздно есть и пить, это зло воспрещай».
Помимо всего прочего, в таких вопросах и ответах косвенно присутствует мысль о том, что центр богоспасаемого мира уже переместился в Рускую (Русьскую) землю. Собирающиеся же в паломничество «губят землю сию»: здесь надо доброе делать. В этом Кирик следует идеям, которые так или иначе высказывались предшествующими древнерусскими мыслителями.
***
Подводя итог, можно вполне согласиться с мнениями исследователей, которые видят в Кирике незаурядного мыслителя, занимающего заметное место в древнерусском интеллектуальном наследии. Он дал достаточно полное и систематическое изложение основ календарных и пасхальных расчетов, при этом свободно оперируя громадными числами.
Но Кирик не только первый из известных нам древнерусских математиков. Помимо календарных расчетов, его занимали проблемы богословия и канонического права, нравственное состояние современного ему общества, а также природных закономерностей, которые он связывал с ожиданием конца света. В сугубо, казалось бы, математическом трактате новгородского монаха просматриваются весьма нетривиальные идеи. Его остро волновала проблема времени — вопреки мнению Д. С. Лихачева, считавшего постановку такого рода вопросов достижением лишь гораздо более позднего периода истории. По словам Р. А. Симонова, «„Учение“ — это образец средневекового научного трактата, где тесно переплетены математические, календарные, хронологические и религиозно-философские представления, связанные с осмыслением категории „время“», это попытка «с религиозно-философской точки зрения осмыслить темпоральный аспект бытия».
Основной труд Кирика — «Учение им же ведати человеку числа всех лет» — имел особое значение для развития научного знания в древней Руси. В нем пока в неявном виде присутствовала идея, что время не только дискретно, но и имеет поддающуюся расчетам прогностическую природу. Недаром, как отмечал выдающийся историк античной науки и техники Герман Дильс (1848–1922), «начало научного мышления <…> связано с измерением времени». Математические выкладки не были для Кирика праздной игрой ума.
Прежде всего, он обобщил математический аппарат и астрономические данные, достаточные для проведения целого ряда календарных расчетов — в первую очередь, дат празднования Пасхи.
В то же время, производя календарные, хронографические (годовые) и хронометрические (часовые) расчеты — от сотых долей секунды до тысячелетий, наш «числолюбец» пытался найти временные закономерности, позволяющие предсказать будущее.
В «числах всех лет» Кирика находят отголоски «временных лет» первых древнерусских летописцев.
С одной стороны, он, очевидно, не отрицал возможности завершения человеческой истории в 7000 году. Об этом, в частности, свидетельствует использование в «Учении» какого-то «семитысячника». В этом Кирик следовал христианской традиции. Впервые идея о наступлении конца света по истечении семи тысяч лет была высказана между 70 и 132 годами в апокрифическом «Послании Варнавы»:
Так как тысяча лет пред Богом как один день, то как Бог сотворил мир в шесть дней, так и совершит все в шесть тысяч лет <…> И как Бог почил в седьмой день, так в седьмой же день [тысячелетие] почиет Он, когда придет Его Сын и прекратит время беззаконное, осудит нечестивых и изменит солнце, луну и звезды.
О седьморичности человеческих времен писали многие Отцы Церкви: Григорий Богослов (ок. 325 — 389), Василий Великий (ок. 330 — 379), Иоанн Дамаскин (ок. 675 — ок. 753), а также греческие историки: Григорий Коринфский (XI век), Георгий Кедрин (конец XI — начало XII века), Никифор Каллист Ксанфопул (первая половина XIV века) и др. Даже греческие пасхалии в XV веке составлялись только до 7000 (1492) года от сотворения мира. В одной из них под 6967 (1459) годом записано: «В то лето будет рождество Антихриста, и будет при рождении его землетрясение»; под 6978 (1470) годом значится: «Начало царства Антихриста. Ему же имя Гог…»; а перед последним, 7000 годом было указано: «Конец седьмой тысячи. Святые отцы наши постановили держать пасхалию до лета седьмотысячного. Иные говорят, что тогда будет второе пришествие Господне». На Руси пасхалия также рассчитывалась только до 7000 года. После 6999 года в ней следовала запись: «Здесь страх, здесь скорбь, сие лето на конце явися, а на нем же чаем и всемирное Твое пришествие». На то, что Кирик соглашался с такой возможностью, указывают его упоминания, что седьмого «века мира» минуло 644 года, и «до 7-й тысячи осталось 356 лет». В то же время, записывая, что следующая самая ранняя Пасха (22 марта) наступит через 248 лет, он вдруг добавил: «если Господь в своем милосердии до тех пор сохранит мир». Эта ремарка дорогого сто́ит. Судя по всему, Кирик был одним из первых на Руси, кто открыто усомнился в общепринятой точке зрения о дате светопреставления и попытался уточнить ее «научным», математическим путем. Новую дату он прямо не называл, но подсказывал своим читателям, когда может наступить апокалипсис. Для этого Кирик, видимо, и обратился к текущим циклам обновления стихий, большинство из которых одновременно завершалось в год кириопасхи. Осторожность Кирика легко объяснима. Сомнения, что в 7000 году состоится второе пришествие, высказывавшиеся сторонниками Захария Схарии, в конце XV века будут рассматриваться ортодоксальной церковью как еретические. Однако они оказались правы: земная жизнь продолжилась и после официально принятой тогда даты второго пришествия. Это вновь заставило вспомнить, что предсказать, когда наступит конец света, людям не дано.
Тем не менее попытки точно определить дату грядущего светопреставления — в том числе опиравшиеся на математические и астрономические расчеты, — не прекращались и в дальнейшем, вплоть до наших дней. В Новое и Новейшее время подобные предсказания время от времени делались в основном представителями различных направлений старообрядчества, а также маргинальных религиозных и квазирелигиозных течений (Свидетелей Иеговы, Белого Братства и др.). Порой это приводило к драматическим и даже трагическим последствиям. Так, уже в наше время некий Петр Кузнецов (схимонах Максим) заявил, что конец света произойдет 28 мая 2008 года. Ожидая эту дату, 35 членов созданной им группы «Горний Иерусалим» в середине октября 2007 года укрылись в подземной пещере возле села Никольское Пензенской области. Добровольный затвор продлился до 16 мая 2008 года. К тому времени двое из скрывшихся в подземном убежище скончались от недоедания. Остальные члены группы покинули пещеру. Дальнейшая их судьба неизвестна.
Первой научно предсказанной реальной датой возможного прекращения истории человечества считают 18 мая 1910 года. В этот день, по расчетам астрономов, Земля на несколько часов оказывалась погруженной в хвост кометы Галлея. Впервые проведенный спектральный анализ шлейфа кометного вещества, образовавшегося при приближении кометы к Солнцу, показал, что в
