разной степени сырым. Длинноволосые русалки, пузатые водяные и прочая мелкая водная нечисть уже начали пировать, во главе сидел Водован, держа золотую чарку в лапах, скорее за тем, чтобы походить на царя, чем за тем, чтобы из неё пить, воды здесь, итак, было в достатке.
Как только в залу вплыли Иван и Влася, пиршество остановилось, какой-то водяной от неожиданности закашлялся, выплюнув рыбий скелет перед собой на стол.
— Ой, и правда, земной царевич! — всплеснула руками сидящая рядом с Водованом русалка, чьи формы невозможно было прикрыть любой одеждой, вся её голова была усыпана цветами, белизна которых подчёркивала её тёмные, вьющиеся волосы, доходящие, кажется, до самых пят. Взгляд подводной красавицы пробегал по царевичу, заставляя того невольно краснеть. Влася незаметно ущипнула его за руку, и, словно очнувшись, Иван поклонился.
— Рад тому, что мне выпала честь посетить ваш пир сегодня.
— Какой он вежливый. — похвалила царевича русалка, сидящая по другую сторону от Водована, она была не менее красива, чем первая. Пухлые губки растянулись в сладкой улыбке, она кокетливо поправила спадающие на грудь тёмно-русые волосы, прожигая царевича заинтересованным взглядом.
Иван смог совладать с собой лишь из-за очередного щипка со стороны бдительной спутницы.
— Чего ж ты стоишь там, царевич, как не родной? Садитесь с нами за стол! — Водован кивнул на подготовленные свободные места рядом.
— Милый, а чего дочка твоя так за него держится? Не гоже ей с земными мужиками якшаться! — заметила темноволосая.
— Или ты собрался с царём Берендеем породниться? — вторила ей другая.
— Не собирался я! — отмахнулся царь, окинув взглядом дочь. — И, правда, Власелина, сядь на другую сторону стола, я сам помогу царевичу освоиться на пиру.
— Но давеча ты сам поручил мне заботу о нём, папенька, вот я и держусь поближе. — попыталась выкрутиться русалка.
— Я тебе сказал его на пир сопроводить, а дальше и сам справлюсь. Плыви давай! — остался непреклонным водяной.
Влася кинула на царевича предупреждающий взгляд, и покорно заняла своё место на другом конце стола среди водяных, которые сразу же начали оказывать ей знаки внимания. Ивану ничего не оставалось как опуститься рядом с царём, где с другой стороны к нему неприлично близко придвинулась темноволосая красавица-русалка.
— И надолго вы к нам, Иван-царевич, пожаловали? — спросила она, подвигая к нему поближе блюдо с улитками.
— Только чтобы помочь Водовану стать полновластным правителем реки Иволги. Видите ли на поверхности вражда между водяными создаёт неудобство Тридевятому царству. — Иван незаметно сжал левую руку в кулак, до боли впившись чуть отросшими за время путешествий ногтями в ладонь, дабы сила русалки на него не действовала.
— Ох, усатик мой, я всегда говорила, что ты один должен править Иволгой, даже земные царевичи с этим согласны! — певуче протянула русоволосая русалка, прижимаясь пышной грудью к водяному.
— Да, я такой. — довольно покраснел тот, притягивая спутницу ближе к себе. — Ты всегда права, моя рыбонька.
Ивана чуть не стошнило от этого зрелища, хотя к улиткам он ещё даже не притронулся. Поймав на себе внимательный взгляд Власи, он незаметно кивнул ей, показывая, что волноваться не о чем, всё под контролем, и та немного расслабилась, хоть и продолжала пялиться в сторону отца.
— Эти жалкие Владлен да Водовлас и близко к тебе не подплывали. — согласилась с подругой темноволосая.
— Да только власть они так просто не отдадут, как же быть? — тяжело вздохнула русая, закинув изящную ножку на колено водяного, который тут же начал поглаживать её по бедру.
— Вдвоём с царевичем мы справимся, проказница моя. — заверил её Водован, переведя взгляд на царевича. — Делай, что хочешь, можешь Влаську с собой взять, но верни мне мой трон, тогда я приведу Иволгу в прежнее состояние.
— Неужто ты клянёшься, папенька? — подала голос доселе молчавшая Влася.
Водяной с подружками недовольно взглянули на неё, и Водован нехотя протянул:
— Ну, конечно, я клянусь перед всеми вами, что буду содействовать Тридевятому, ежели Иван-царевич сделает меня единоличным правителем Иволги.
Влася довольно улыбнулась и тут же подплыла к Ивану, выуживая его с лавки под недовольный взгляд темноволосой русалки, которая попыталась уцепиться за царевича, но младшая была быстрее.
— Тогда нельзя терять ни минуты, папенька! Мы с царевичем скорее должны заняться делом! — заторопилась Влася, таща за собой царевича к выходу.
— Но куда же? Он ведь даже ни кусочка не съел… — попыталась возразить темноволосая русалка, но Иван в компании спутницы уже успел смыться с пира.
* * *
— Что мы будем делать? — спросила царевич у русалки, когда они были уже достаточно далеко от терема Водована.
— Пойдём к дядюшкам на разговор. — коротко отозвалась девушка. — Эти мерзкие Улада и Купава! Меня аж в дрожь от них бросает. — поморщилась она.
— Ты про тех русалок?
— Ты даже не представляешь, сколько людей они утопили и защекотали до смерти, пока отец не взял их под свой контроль. Правда, теперь они вечно сидят на нём.
— Тебе не чуждо сострадание к людям, ты совсем не похожа на тех русалок, про которых я слышал. — заметил Иван, ласково глядя на неё.
— Не заигрывай со мной, Иван-царевич, а то я и влюбиться могу. — засмеялась девушка, её смех усилился после того, как царевич помрачнел.
— Я и не пытался…
— Прости-прости, тебя так забавно дразнить. — поспешила извиниться Влася.
— Как мы доберёмся до твоих дядюшек? Дно реки ведь сейчас разделено.
— Всё просто, поднимемся на землю.
С этими словами она покрепче ухватила царевича за руку и потащила через толщу воды к тусклому свету наверху.
Иван вынырнул на поверхность, с удовольствием вдыхая свежий ночной воздух. Он не знал сколько времени пробыл под толщей воды, куда едва ли пробивался хоть какой-то солнечный свет, но решил сейчас не думать об этом, как и о том, как объяснять своё отсутствие в Ивушках. Выбравшись на берег, он с удивлением заметил, как Влася сделала то же самое. Она стояла босыми ногами на песке, выжимая белоснежное одеяние.
— Чему ты удивляешься, Иван-царевич? Я могу выходить на сушу, правда, моё время ограничено.
Царевич подошёл к русалке, набросив на её плечи свой кафтан.
— Ты боишься, что я замёрзну? — удивлённо спросила она, безропотно вдевая руки в рукава
