ещё территорий будет затоплено…
Русалку долго ждать не пришлось, она показалась из воды вскоре после прибытия Ивана. Сразу следом за ней рядом вырос высокий, крепкий мужчина, понять то, что он не человек можно было только по синюшному оттенку кожи, который, впрочем, не сильно выделялся в сумерках, да по широкому рту, походившему на рыбий, водяной поднял руку в приветствии, и царевич заприметил на ней серебрящиеся в свете Луны острые плавники.
— Здрав будь, Иван-царевич, я Владлен, правлю северной частью реки Иволги.
— Доброй ночи, Владлен, для меня честь познакомиться с вами.
— Не будем терять драгоценного времени, Иван-царевич. — сразу перешёл к делу водяной, почему-то Ивану показалось, что он был на взводе, его глаза бегали, словно ища кого-то позади царевича, и тот даже оглянулся, чтобы удостовериться, что сзади действительно никого нет. — Я согласен принять Водована в качестве единого правителя Иволги. — он протянул ему камень, на котором было что-то выцарапано на непонятном языке. — Передайте это ему в знак моего согласия.
— Благодарю вас, Владлен, для меня неожиданно, что…
Он не успел договорить, как водяной уже скрылся под толщей воды.
— Что это было, Влася? Он действительно так просто согласился уступить Иволгу твоему отцу?
— Да! Знаешь, я объяснила дяде ситуацию, и он пошёл навстречу. — согласно кивнула она. — Владлен правитель понимающий, сам не хочет, чтобы река продолжала выходить из берегов, так что быстро дал своё согласие.
— Это же прекрасно, значит, нам остаётся только взять такой же у последнего водяного.
— В этом нет нужды. — покачала головой русалка, протягивая второй камень царевичу. — Совершенно случайно, Водовлас был у него в гостях, так что тоже дал своё согласие на объединение реки.
— Тебе не кажется это странным?
— Почему же? Водовлас сейчас переживает из-за сильного обмеления южной части реки, он как никто другой заинтересован в том, чтобы поддержать единоличное правление моего отца.
— Так-то оно так, просто со стороны выглядит довольно…
— Иван-царевич, нет ведь никакой разницы, как это выглядит, если поможет скорее вернуть Иволгу на место?
— Да, ты права. — согласился царевич, русалка была абсолютно права. Что бы он ни думал, лучше было поспешить вернуться в центр реки к Водовану, он уже было собрался звать Сивого, как Влася беспрекословно заявила.
— Не-не, я на твоём чудовище ни за что не поеду! Езжай один, встретимся у старой плакучей ивы недалеко от Ивушек.
— Но как ты одна до туда доберёшься? — запротестовал Иван.
— Обо мне не волнуйся. — Влася ободряюще похлопала его по плечу. — Дядя показал мне тайный подводный проход между владениями, я быстрее тебя обернусь.
— Это мы ещё посмотрим, Сивый быстро скачет.
— А я быстро плаваю, так что посмотрим кто кого. — озорно улыбнулась девушка и, махнув на прощание, скрылась в реке.
Царевичу ничего не оставалось, как позвать верного скакуна, который, как всегда, бродил неподалёку, и помчаться прямиком в сторону деревню Ивушки. Странности, связанные со столь скорой сдачей остальных водяных, немного выбивали его из колеи, с одной стороны было радостно, что не пришлось идти на переговоры ни с Владленом, ни с Водовласом, всё это за него сделала Влася, но с другой ему будто показалось, что водяной чего-то сильно боялся, а его собрат и вовсе не решился показаться на поверхности. У Ивана даже не было предположений о том, что могло так сильно напугать нечистую силу, но решил всё же не спрашивать, русалка всё равно ничего не собиралась ему ничего рассказывать, увиливая от ответов.
Иван гнал Сивого всю ночь без остановки, чтобы как можно быстрее прибыть в Ивушки, ведь с наступлением утра Влася не покажется на поверхности, как и её отец, и тогда придётся ждать или идти в деревню, где придётся объяснять, куда это он запропастился. Конечно, объяснять рано или поздно, всё равно придётся, но хотелось бы к тому времени вернуть реку в прежнее состояние.
Когда он, наконец, приблизился к той самой плакучей иве, русалка уже сидела в корнях, расчёсывая длинные тёмные волосы, вытаскивая запутавшиеся в них водоросли.
— С возвращением, Иван. — она улыбнулась, заметив подошедшего царевича.
— Давно ждёшь? — спросил тот, подходя ближе.
Влася спрятала гребень в волосах и поднялась, протянув руку:
— Неважно. Ты ведь успел приехать до восхода солнца.
— Мы снова пойдём на дно? Мне придётся тонуть? — помрачнел Иван, вспоминая своё последнее погружение.
— Это мой отец обошёлся с тобой так жестоко, я буду более аккуратной, обещаю.
Она шагнула в воду, поманив царевича за собой рукой.
— Хорошо, я тебе доверяю. — согласился он, подходя к ней и ухватываясь за руку.
— Твоё доверие так легко завоевать. — прошептала русалка, направляясь на глубину.
— Ты что-то сказала, я не расслышал. — переспросил Иван.
— Ничего особенного, просто мне будет жаль с тобой прощаться. — отозвалась та, а затем потянула его за собой. — Задержи дыхание, Иван.
И вновь они стали погружаться на глубину, Влася всё время держала царевича за руку, утягивая его за собой всё глубже и глубже. Он со страхом ожидал, что ситуация с водяным повторится, но вопреки всем ожиданиям, когда у Ивана закончился воздух, русалка поравнялась с ним и легко коснулась его губ своими всего лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы лёгкие магическим образом вновь заполнились кислородом.
— Не говори своей невесте, это для того, чтобы ты мог дышать. — смущенно заметила она, увлекая царевича следом за собой всё глубже и глубже на дно реки.
Иван удивлённо взглянул на русалку, но ничего не сказал по поводу поцелуя, не то, потому что просто не мог, не то просто понял, что другого выбора нет. Однако способ действительно помог, и вскоре они уже были прямо перед Водованом, который одним движением руки выписал Ивану право находиться здесь, и тот наконец-то смог свободно дышать под водой.
— Чем порадуешь меня, Иван-царевич? — спросил водяной.
Он расположился на большом камне среди водорослей, держа в обнимку всё тех же прелестных русалок, которых Иван видел до этого. Однако сейчас по какой-то причине, их призывные взгляды проходили мимо него, а сознание нисколько не мутнело, даже если их взгляды случайно встречались.
— Наш прекрасный царевич вернулся, мы так счастливы тебя видеть. — соблазнительно улыбнулась одна из них, но царевич никак на это не отреагировал,
