Джейк не общался со своим тестем Алистером. Тот всегда считал, что Джейк недостаточно хорош для его дочери. Алистер был преуспевающим бизнесменом и богачом, и единственная дочь была для него смыслом жизни, счастьем и светом в окошке. Когда она привела в дом красивого мальчика из простой семьи, выросшего в лондонском пригороде Шепердс-буш, на Алистера тот не произвел ровным счетом никакого впечатления. Джейк искренне восхищался Элен. Ему казалось, что она живет в идеальной обстановке, не сталкиваясь с грязью и проблемами окружающего мира. К тому же она была умна, отец дал ей прекрасное образование. Именно к такой жизни Джейк стремился. Элен тоже не встречала раньше таких парней, как Джейк. Ей нравился его мрачноватый юмор, но больше всего ей нравилось, как он целуется. Он был пылким и самоуверенным. Женщины всегда обращали на него внимание. Его сексуальность и раскрепощенность одновременно и злили, и привлекали Элен. Поскольку она была любимой дочкой богатого и влиятельного человека, молодые люди обычно робели в ее присутствии. Как-то раз (дело было в их загородном доме в Хэмпшире) один смельчак попался на том, что пытался дотронуться до ее обтянутой блузкой груди, и Алистер тут же выставил его за дверь, да еще и гнался за ним с ружьем, грозя отстрелить ему яйца.
Но Джейк был не из пугливых. Он на все был готов ради Элен. Ему нравилось невзначай растрепать ее безупречную прическу, нравилось наблюдать, как мисс Чопорность теряет голову, когда он ласкает ее языком. Ему нравилось, когда эта шикарная, правильная девчонка напивалась и начинала чудить. С ней было так весело. К тому же ее еще надо было добиться, а это выгодно отличало ее от всех девчонок в Шепердс-буш, которые сами бросались ему на шею.
Однажды за обедом Элен рассказала отцу об идее Джейка открыть рекламное агентство. Алистер тут же заявил, что готов вложить в это предприятие деньги, но при условии, что ему будет принадлежать сорок процентов бизнеса, не меньше. Джейк верил в свой успех, и ему, по большому счету, неважно было, кто даст ему деньги на новое предприятие. Так уж сложилось, что Алистер был единственным богачом среди всех его знакомых. Усадив молодого человека в кресло в гостиной своего особняка, Алистер сказал, что сведет его с нужными людьми и даст денег, но остальное будет зависеть только от самого Джейка: если за два года агентство не окупится и не начнет приносить доход, сделка аннулируется, и Джейку не видать Элен как своих ушей. Джейк взвесил все «за» и «против» и согласился.
Поначалу было нелегко. Но ему всегда хотелось построить свою империю, он страстно желал выбиться в люди. Отец его был безвестным музыкантом, а мама все свое время посвящала уходу за больной бабушкой. Джейку хотелось добиться большего. Элен поддерживала его, и он это очень ценил, но чувствовал, что отчасти ее отношение продиктовано желанием пойти наперекор отцу. Алистер был человеком властным, и при нем Элен вела себя совершенно по-другому, чем в его отсутствие. Она в жизни ни одного решения не приняла самостоятельно, не посоветовавшись с родными.
Шло время, бизнес Джейка разрастался, а вместе с ним росла и его уверенность в себе. Он стал весьма влиятельным человеком, не утратив при этом своей интеллигентности. Сила в нем сочеталась со скромностью (чего Алистеру подчас не хватало). Чем больше тесть убеждался, что Джейк способен справиться с любыми испытаниями, тем труднее с ним становилось работать. У Алистера появилась неприятная привычка во все совать свой нос, а иногда он умышленно пытался сорвать какую-нибудь сделку — лишь бы доказать, что только его личное участие удерживает агентство от полного краха. Поначалу странности Алистера проявлялись от случая к случаю, но стоило Элен забеременеть, как ситуация резко ухудшилась.
Но Джейк с Элен не сдавались. Прекрасно разбираясь во всех достоинствах и недостатках друг друга, они с головой погрузились в реализацию амбициозных проектов. Успех Джейка был и успехом Элен. Она отчасти унаследовала манеру отца держать все под контролем и помыкать людьми, поэтому была уверена, что Джейк стал крупным бизнесменом исключительно благодаря ей. А еще она прекрасно понимала, что серьезные финансовые вливания ее отца привязывают к ней Джейка. У Элен и Джейка была одна общая цель — доказать всему миру, и Алистеру в частности, что Джейк может многого достичь. Они с блеском справились с этой задачей. Но что дальше? Радость, которую им доставляла «совместная борьба», уже давно угасла. Родились дети. Теперь Джейк с Элен переключились на роль идеальных родителей.
Сидя в серой футболке и белых шортах на ступенях лестницы своего особняка, Джейк предавался горьким размышлениям о том, что сначала они с Элен любили преодолевать трудности, потом перенесли всю свою любовь на детей, но вот вопрос: любили ли они когда-нибудь друг друга? Ценили ли они друг друга такими, какие они есть? Это тоже вопрос. Джейк признавал: Элен — красавица. Натуральная блондинка со светлой кожей. И одевалась она всегда со вкусом. Изящного сложения, с маленькой грудью и длинными ногами, она была идеальной моделью для платьев от «Lanvin» и «Stella McCartney». Проблема лишь в том, что свои чувства к нему Элен проявляла исключительно на людях, чтобы все видели, — будто это и не любовь вовсе, а яркая витрина магазина. Самое печальное для Джейка заключалось в том, что стоило ей повернуть некий выключатель, как от всей ее холодности не оставалось и следа — она становилась такой чувственной, такой притягательной и такой женственной. Джейк больше всего любил ее именно в те минуты, когда она играла на публику.
В трубке раздался механический голос: «У вас семнадцать новых голосовых сообщений».
— Ну, ничего себе, — бормотал Джейк, пролистывая список в надежде услышать ее голос. А когда наконец услышал, сердце у него чуть не разорвалось. Ему невыносимо было слышать такую боль в ее голосе. Он обхватил руками голову, изо всех сил сдерживая рыдания. В доме стояла тишина, и его могли услышать, но пальцы Джейка, помимо воли, сами стали набирать ее номер. Элен наверху, она не услышит — она, скорее всего, сейчас в ванной или чем-нибудь занята. Сердце у него сжалось при звуках ее голоса: «Привет, это Мэнди. Оставьте мне какое-нибудь приятное сообщение, и я вам тут же перезвоню».
Джейк вздохнул и шепотом начал:
— Привет, это я. Пожалуйста, не поступай так. Нам нужно поговорить. Умоляю, Мэнди, не бросай меня. Мы ведь только встретились. Я так долго тебя искал. Умоляю, давай поговорим перед тем, как принять окончательное решение. Перезвони. Или я сам позвоню тебе завтра. Я так скучал по тебе.
Он опять вздохнул — слова тут бесполезны — и нажал на кнопку отбоя. Вытащив телефон из розетки, он поплелся наверх. Поднимаясь, он почувствовал, что щеки у него мокрые, и не сразу сообразил, что плачет. Джейк не ожидал от себя слез, не ожидал, что разрыв с Мэнди его настолько глубоко заденет.
