ко мне обратился Фарет Рентиль, что был в сопровождении своего брата. — Наши люди готовы. По пути мы встретились с Подриком, он тоже привёл своих людей… А вот Илиан… У него обострилась болезнь, он, скорее всего останется в лагере. Но он сказал, что пришлёт свои войска в любом случае. Да и Граф Дориан будет нам помогать.
— Не будем Илиана за это судить, — кивнул Фарету. Илиан всегда был слаб. Наследник Дома Грант много болел с самого детства и успехи в боевом ремесле у него были аховые.
— Герцог Аллион! — послышался голос Эккера, обратившегося к своим войскам. — Как зайдёте в пролом — направляйтесь налево. Я хочу, чтобы ваши силы овладели вратами и надвратной башней. Откройте врата. Кавалерия Корлов тотчас — войдёт в Олдкрест. Мои силы двинутся вместе с вами. Мы вас прикроем и оттесним войска Республики вглубь города. Все поняли план?
— От нас будет командовать Граф Риман Реген, — голос моего отца едва заметно дрожал. — Граф, вы слышали приказы сира Эккера?
— Прекрасно слышал, — ответил Риман. — Не волнуйтесь, сир. Считайте, что врата уже открыты, — заверил он Эккера.
— Тогда вперёд, — Эккер спешился. В пролом на лошади зайти не представлялось возможным, всё же стена не была полностью снесена и лошади могли бы быть лишь помехой. Керед обнажил меч и поднял его. — За Короля!
Тысячи лужённые глоток издали грозный вой, что оглушал. Никогда не понимал всю суть этой средневековой верности королям и лордам… Может потому что разумом я всё ещё человек двадцать первого века. Верить можно только деньгам и самым близким людям. Всё остальное — идеология, религия, мораль… Всё это лишь удобный способ контроля общества, созданный для помыкания массами. Впрочем сюда же и деньги можно отнести, но мне всегда казалось, что это нечто большее… То, что даёт не только контроль, но и более лучшие условия жизни. И пусть я никогда не пойму десятки тысяч людей из этой толпы, что возделывали поля аж за морем, но когда их позвали — отправились на другой континент, во имя горстки людей убивать и рисковать быть убитыми… Это не значит, что этим я не смогу воспользоваться. Впрочем не только крестьяне… Горожане, разные обедневшие рыцари. Все они просто во имя горстки не самых лучших людей, будем честны, но которым повезло родиться в «правильной семье», пришли убивать и рисковать быть убитыми. Для меня они тоже имели свою ценность… Ценность в контексте моей истинной цели. Так пусть убивают, решил я. Толпа фловеррумцев не самым организованным строем ринулась в атаку… Я старался держаться чуть в стороне и не прогадал… Краем глаза — заметил, как несколько мужчин буквально не выдержали темп, упали и были затоптанными своими же. На стенах же показалось от силы десять человек. Они стояли, нацелив в сторону толпы. Что это? Аркебузы? Грянул гром, что был слышан даже во время нападения армии… Что могли решить аркебузиры в таком количестве против огромной толпы штурмующих — решительно было не понятно. Вот и командующий Республики быстро понял, что всё это бесполезно.
На стенах показались и лучники, и вот их залп был ощутимее. Хотя бы потому что те стреляли горящими стрелами. Олдкрест не имел осадного рва, заполняемого водой. Потому как был выстроен на скалах, на камне, который не смогли продробить. Да и столько веков город, как осаждаемый объект, был мало кому нужен. Так что мы хлынули к пролому без каких-либо проблем. Защитники города, пока мы достигли стены успели сделать ещё два залпа аркебуз. Залпы же лучников я не считал, потому как они стреляли часто.
— Все на штурм! На штурм! — орал закованный в латы рыцарь с гербами Регенов.
Пролом, что был образован в стене был не самым удобным. Стена не была снесена, что называется «до основания». То есть приходилось забираться по не очень удобным камням стены. А сверху летели камни, стреляли лучники, арбалетчики и аркебузиры. Из-за узости прохода — его проще оборонять. Я не пошёл в первых рядах, даже во вторых рядах. Прислонившись к правой, разваленной части стены, я протиснулся внутрь, где уже шла активная сеча. Обнажив меч из митриловой стали, я снёс голову доспешенному воину. Слышались крики и проклятия, что оглушали меня, даже учитывая, что я полностью был в латах. Бой за город Олдкрест начинался…
Глава. 99. Война в Республике (8). Взятие Олдкреста
Прямо у прохода орудовали воины города Олдкрест. Большинство из них были ополченцами, но при этом, учитывая то, что у них, фактически, призывная армия — они были неплохо вооружены и, что самое главное — снабжены мотивацией. Аристократа, вроде меня, с детства учат боевому ремеслу. Держаться в седле, обращаться с копьём, мечом, булавой. Уже чуть позже — каждый аристократ выбирает более предпочтительное оружие. Впрочем, как и каждый воин. Но те, кто родился в баронских, графских, герцогских и прочих семьях — они воины почти с рождения. Случается, правда, отбраковка, вроде Илиана Гранта. Но это лишь частный случай, не статистический. Вдобавок я уверен, что его брат Гориан уж точно вырастет тем, кем должно вырастить.
А будь этот Дом ещё и из Чёрных Гор, что отделяют Королевство Фловеррум от Ремесленных, северных, Городов — то скорее всего Илиана отец лишил бы наследства, сделав наследником Гориана. Но традиции наших южных земель всегда непреложны. Каким бы ни был старший сын — наследник всегда он. Исключение будет только одно — половая немощь. Наследник обязан подарить Дому новых детей, новую поросль. Ежели на это он не способен, не важно по каким причинам — наследие переходит другому члену Дома. Доходило иногда и до того, что даже бастарды могли занимать наследственное положение, настолько с этим у нас всё строго. Но на моё счастье — я сам являюсь старшим сыном Аллиона, так что кто наследует отцу — решено заранее.
И слава всем богам, если честно. Меньше придётся интриговать, чтобы достичь положенной мне вершины. Но теперь следует отбросить все мысли прочь. Я сосредоточился на бое… Сразу за стеной нас встречали воины Республики, да… Первые, с кем мы столкнулись — это воины в доспехах, не самых трудных, явно массовых, используемых ополченцами. Мужчины были вооружены преимущественно копьями, наконечники которых смотрели в нашу сторону. Они ринулись в атаку, стараясь нанизать наших людей на них. И некоторые гибли, будучи нанизанными на копья.
