басмачи стали их ударными отрядами, главной силой в антисоветской, контрреволюционной борьбе.
Враги использовали в своих целях и то обстоятельство, что в ходе коллективизации в ряде районов неоправданно форсировались темпы, нарушались ленинские принципы добровольности.
Коммунистическая партия своевременно исправила ошибки, устранила перегибы. 20 февраля 1930 г. ЦК ВКП(б) принял постановление «О коллективизации и борьбе с кулачеством в национальных экономически отсталых районах». В этом постановлении резко критиковались искривления линии партии, допускавшиеся на местах. ЦК требовал, чтобы в экономически отсталых районах центр тяжести был перенесен на подготовку массовой коллективизации, на создание организационно-политических и экономических предпосылок ее проведения. 25 февраля ЦК снова подверг критике те методы коллективизации, которые практиковались в некоторых районах Узбекистана и на Северном Кавказе. ЦК подчеркнул необходимость проведения здесь коллективизации более медленными темпами[111].
Колхозное движение, преодолевая трудности, встав на прочную, здоровую основу, росло и ширилось. К осени 1931 г. в Казахстане в колхозы объединилось 64,1 % всех крестьянских хозяйств. В 1931 г. колхозы давали 52,1 % всей продукции сельского хозяйства Узбекистана. В Киргизии процент коллективизации к концу 1931 г. достиг 53,4, в Туркмении — 62,2. Несколько медленнее шла коллективизация в Таджикистане — там в 1932 г. в колхозы влилось около 42 % всех дехканских хозяйств (хотя в хлопководческих районах республики этот процент был значительно выше).
По всей стране, по всем республикам Средней Азии успешно шло строительство повой жизни, наступление социализма развертывалось по всему фронту.
В глухой степи строители самоотверженно прокладывали стальные рельсы Турксиба — Туркестанско-Сибирской магистрали. В июле 1929 г. линия дороги достигла Алма-Аты, а 25 апреля 1930 г. сомкнулись колеи южного и северного участков. Сквозной путь по Турксибу был открыт на 17 месяцев раньше срока.
Осенью 1928 г. вошел в строй Карсакпайский медеплавильный комбинат. Строились новые угольные шахты в Караганде — она становилась третьей угольной базой страны, крупные предприятия в Риддере, Актюбинске, Чимкенте, Джезказгане. В Узбекистане и Киргизии, в Таджикистане и Туркменистане возводились предприятия тяжелой промышленности, хлопкоочистительные и консервные заводы, текстильные фабрики и пищевые комбинаты. Быстро росла энергетика — повсеместно появлялись новые электростанции. В Узбекистане за первую пятилетку валовая продукция промышленности выросла в 2,3 раза, а выработка электроэнергии — в 3,7 раза.
Успешно укреплялась советская национальная государственность народов Востока. Как уже говорилось, в 1926 г. Киргизская автономная область была преобразована в Киргизскую АССР. В конце 1929 г. Таджикистан, ранее входивший в качестве автономной республики в Узбекскую ССР, был преобразован в союзную республику.
Бурная социалистическая новь шагала по Средней Азии, властно вторгаясь в цветущие оазисы и далекие горные кишлаки. А тем временем на границах советских среднеазиатских республик сколачивались новые басмаческие отряды, подвозилось оружие, перегруппировывались силы…
Уже с первых недель 1929 г. была отмечена повышенная активность закордонных басмаческих банд. 24 января 1929 г. на дороге, ведущей из города Кушка в город Мерв, появилось более 20 басмачей. Завидев пограничный наряд, басмачи напали на него. После короткой перестрелки они повернули назад и скрылись в густых зарослях камыша.
В феврале 1929 г. две басмаческие шайки вторглись на советскую территорию в районе кишлака Нижняя Чаага. Отдельные мелкие банды нарушали или пытались нарушить государственную границу и на других участках. Это была лишь разведка боем. Главные организаторы басмачества готовили крупную авантюру. В марте 1929 г. представители английской разведки, бывший эмир Бухары, руководители узбекской и таджикской эмиграции, басмаческие главари провели секретное совещание, где договорились о вторжении на территорию Таджикистана. Возглавлять объединенные вооруженные силы таджикской и узбекской эмиграции было поручено Ибрагим-беку. Вскоре под руководством английской разведки состоялось второе секретное совещание с басмаческими главарями туркменской эмиграции.
В ходе обоих совещаний представители империалистических разведок стремились объединить все реакционные силы эмиграции для совместных действий против Советской власти в Средней Азии. Однако националистические противоречия в среде контрреволюционной эмиграции, личные распри между главарями помешали осуществить этот замысел. Но на двух важных направлениях контрреволюционные силы все-таки удалось сосредоточить. Одна группировка, возглавляемая Ибрагим-беком, была нацелена на территорию Советского Таджикистана, другая — во главе с Джунаид-ханом, на территорию Советской Туркмении. В качестве авангарда в районы предстоящих боевых действий направлялись банды Фузайл Максума, Абдугаорара, Давлия Сардара, Утап-бека и некоторых других.
В первых числах марта 1929 г. Утан-бек с 50 всадниками перешел границу и напал на обоз кавалерийского полка, сопровождаемого тремя красноармейцами под командованием командира взвода Артемова. Около часа длилась неравная схватка. Горстка красноармейцев сумела отбить все атаки басмачей и благополучно отойти к базе.
Для ликвидации банды были высланы три группы пограничников общей численностью 35 человек под командованием Масленникова, Рюмина и Даукша. Басмачи, не приняв боя, скрылись на территории Афганистана.
В тот же день границу дважды пытались нарушить около 100 басмачей под началом Керим Берды. Однако обе попытки вторгнуться на советскую территорию были сорваны решительными действиями пограничников.
В первой половине марта 1929 г. на сопредельной территории в приграничной полосе наблюдалось необычное оживление. Вдоль границы сновали вооруженные всадники, в кишлаки прибывали конные группы, слышались громкие возгласы. Ночами горели большие костры. Вскоре все разъяснилось: в пограничную полосу начали прибывать басмаческие курбаши, находившиеся за рубежом.
К середине марта 1929 г. под началом Ибрагим-бека у советской границы сосредоточилось около 600 хорошо вооруженных басмачей.
Наряду с непосредственно военной подготовкой Ибрагим-бек и бывший бухарский эмир при активном участии реакционного духовенства развернули среди эмигрантов усиленную антисоветскую агитацию, раздавались призывы «освободить от неверных благородную Бухару». Всякому, кто примет участие в антисоветском походе, духовные наставники обещали отпустить все грехи, а погибших зачислить в святые.
Организаторы контрреволюционного заговора не ограничивались моральным воздействием на эмигрантов. Вступившим в банды выдавалось ежемесячное жалованье: пешим — 43 рупии, конным — 46 рупий. Специальное вознаграждение выделялось для курбаши, организовавших банды численностью в 100 басмачей и более. К концу марта в разных пунктах на территории Афганистана были сформированы новые крупные басмаческие отряды: в Имамсейиде — в 300 басмачей, в Ханабаде — в 400 человек. Крупные группировки создавались в Рустаке, Таликане, Файзабаде и некоторых других пунктах.
Быстрому сколачиванию контрреволюционных сил на территории Афганистана способствовали происходившие там политические события, смена власти, чем и воспользовалась реакция. Реакционные круги Афганистана оказывали давление на новое афганское правительство Надир-хана, пытаясь вместе с агентурой западных держав придать антисоветскую направленность его политике. Они вели антисоветскую пропаганду, требовали оказать открытую помощь басмачам. Невзирая на официальную позицию афганского правительства, многие родо-племенные вожди, феодальные владетели практически помогали басмаческим вожакам накапливать силы и совершать провокационные вылазки на советской границе.
Учитывая создавшуюся обстановку, Советское правительство приняло меры по укреплению охраны государственной границы. Увеличивались пограничные войска, усиливались добровольческие отряды и органы милиции. Это позволило пограничникам успешно пресекать умножившиеся попытки
