могла позволить себе не работать долгое время, пока не определюсь, чем хочу заниматься всю оставшуюся жизнь. Возможно, пришло время выйти из основного русла, уйти на пенсию, пока на меня не навешали ярлык неудачницы.
— Я взял на себя смелость предложить тебе комнату по соседству с Делани. Подумал, что ты захочешь остаться рядом.
— Идеально. Надеюсь, ты не возражаешь, но я ещё попросил одного из своих солдат установить датчики на окна.
Датчики. Ситуация становилась всё более реальной.
— Я понял, что именно этим они и занимались. Всё, что тебе нужно сделать, чтобы обеспечить безопасность моей дочери, в полном порядке, — ответил ему отец, снимая пиджак со спинки стула. — Само собой разумеется, мой дом — твой дом. Здесь много еды и напитков. А ещё я улетаю рано утром. У тебя есть мой номер телефона, если тебе что-нибудь понадобится.
Почему у меня было такое чувство, что я больше никогда не увижу своего отца?
— Если я буду спать, когда ты вернёшься сегодня вечером, то разбуди меня утром, чтобы я могла попрощаться.
Мой отец наконец улыбнулся так, как я помнила, как будто я только что преподнесла ему рождественский подарок, сделанный своими руками.
— Разбужу. — Он в последний раз взглянул на Франсуа, прежде чем выйти из комнаты.
Хвост Сэйди дёрнулся, напомнив мне, что её голова всё ещё лежит у меня на коленях. Невозможно было не наслаждаться моментом, когда я могла провести пальцами по её густой разноцветной шерсти. Я чувствовала себя комфортно, как будто ничто не могло нас побеспокоить. Как странно ощущать это, когда он уже приказал нескольким своим людям ещё сильнее запереть дом.
Между нами повис неловкий момент. Я понятия не имела, что ему сказать, поэтому вместо этого сосредоточилась на поглаживании собаки, желая, чтобы бабочки в животе не порхали так сильно.
— Ты ей нравишься, — сказал Франсуа почти мимоходом.
— Тот факт, что ты явно ей тоже нравишься, означает, что она не очень хорошо разбирается в людях. — Ну вот, я снова сказала нечто мерзкое и подлое мужчине, который этого не заслуживал. — Прости. Это было грубо и очень неправильно.
— Вовсе нет, куколка. Ты прекрасно обо мне отзываешься. Я плохой человек, но, надеюсь, мне удастся сохранить тебе жизнь до твоего двадцатипятилетия. Сегодня вечером ты не выйдешь на улицу. Мне нужно полностью проверить системы безопасности в доме, и я не смогу закончить это примерно до рассвета. Всё ясно?
— Конечно.
— Отлично. Мне нужно сделать несколько телефонных звонков. Приятного вечера.
С этими словами он вышел, оставив меня дрожать от его ледяного поведения и тепла его красивой пушистой собаки.
Я правда оказалась его пленницей. Интересно, надолго ли?
ГЛАВА 13
Франсуа
Чёрт возьми.
Эти два слова эхом отдавались у меня в голове, когда я выходил из гостиной, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не вернуться обратно. Я не планировал полностью отстраняться, пока не заметил, что она просматривала на ноутбуке.
На меня произвело впечатление её упорство в желании узнать обо мне как можно больше, но тот факт, что она добавила в закладки несколько статей, написанных о моей семье, в том числе об аресте моего отца, стал тревожным. Я не мог не отметить, как Арман предположил, что она имеет к этому более непосредственное отношение. Это беспокоило меня почти так же сильно, как и всё остальное. Продаст ли она свою душу? Это было совсем не похоже на Делани.
Хотя я пока не был готов поверить в его теорию, я всё же был рад, что Рокко написал мне, что узнал больше о её жизни в Лос-Анджелесе. Я направился в кабинет её отца, который планировал использовать для установки дополнительных камер наблюдения. Возможно, я был слишком осторожен, но вся эта ситуация нервировала меня больше, чем я хотел признаться даже самому себе.
Ощущение потери контроля было неприемлемо на любом уровне, но я не мог щёлкнуть пальцами и приказать своим солдатам справиться с ситуацией. Пока ещё не было того, на кого я мог бы обрушить свои кулаки в течение нескольких часов, чтобы он, наконец, испустил бы дух.
И это было похоже на то, как если бы я чувствовал себя призраком, прячущимся в тени и ждущим подходящего момента, чтобы нанести удар. И вот я снова вышел из-под контроля. Обычно это толкало меня на очень плохие поступки, в том числе на то, чтобы выплеснуть свой гнев с помощью насилия. Это не предвещало ничего хорошего, учитывая, что я выступал здесь в роли телохранителя.
Я направился прямиком к бару Брэндона и схватил стакан. Два кубика льда. Наполнил стакан бурбоном, своим любимым напитком, когда был зол или озадачен. Опрокинул в себя половину, прежде чем двинуться к дверям, глядя на темнеющее небо. Темнота всегда была тем, что я любил, ночное время освобождало. Прямо сейчас я не мог выносить этот покров теней. Мой инстинкт продолжал подсказывать мне, что за всей моей семьей наблюдают, тщательно её изучают. Я не мог отделаться от этого ощущения.
Напиток был настолько вкусным, что я позволил своим мыслям переключиться на то, какой уязвимой казалась Делани на диване. На ней был короткий сарафан, волосы снова были собраны в конский хвост. Невозможно было не заметить её возбуждённые соски, то, каким напряжённым казался её голос, её пристальный взгляд, полный жара. Я залил в себя ещё немного алкоголя и вернулся к бару за добавкой. В выпивке я не нуждался, но это было единственное, что могло унять и ярость, и голод.
По крайней мере, я на это пиздец как надеялся.
Завершив действие, я схватил свой телефон. Рокко ответил после первого же гудка.
— Что ты нашёл? — немедленно рявкнул я, делая ещё один глоток жидкости для возлияния.
— Что ж, девушка неплохо справлялась со своей задачей. Ей удалось вложить свои доходы в несколько крупных инвестиций, в том числе сохранить часть своих средств ликвидными, но этого недостаточно, чтобы говорить о роскошном образе жизни.
Я прислонилась к шкафу Брэндона, глядя в сторону двери.
— Этому научил её отец, поскольку он происходил из очень бедной семьи. Сколько у неё чистое состояние?
— Около трёх миллионов долларов.
Я поперхнулся. Ей было всего двадцать четыре года, и у неё уже были такие деньги.
— Господи Иисусе. Три миллиона. Хорошо.
— Не волнуйтесь, босс. Крупных взносов в последнее время не было, если не считать, десять с лишним тысяч за её выступления в качестве модели.
— Итак, она умная девушка, разбирающаяся в бизнесе. Что ещё?
— Хочешь
