— Ром, привет.
— Ирка! Слушай, что у вас там происходит! — заорал Барыкин.
— Павла обвиняют в убийстве. Я сейчас еду обедать, записывай адрес ресторана, срочно приезжай. Мне надо с тобой посоветоваться…
Ростовцева не ошиблась — ресторан «Feeling» был почти пуст в дневное время. Ее провели в маленький уютный кабинет, приняли заказ, сразу принесли аперитив. Ромке ехать сюда минут двадцать — полчаса, если не будет пробок.
Значит, так. Главное — найти мотив преступления. В деле фактически двое пострадавших — Алена и Павел, потому что он невиновен — Ирина была уверена в этом так же, как и в том, что не она убила соперницу. И если трудно представить, кому и зачем надо было убивать Алену, то почему бы не поискать в другом направлении: кому надо, чтобы Павла обвинили в убийстве? Следователь игнорирует эту версию, поскольку уверен в его виновности, но она-то может поразмышлять над этим? Если ее мужа признают виновным, то… То он будет сидеть в тюрьме долгие-долгие годы, а значит, она, Ирина, останется не только фактически одна, но еще и владелицей контрольного пакета акций их компании, приносящего весьма солидный доход. Так почему бы не предположить, что именно она плюс компания являлись главной целью убийцы, а Алена просто стала жертвой этого коварного замысла?
Выходит, что убийцей может быть только человек, которому была хорошо известна вся эта история, более того, этот человек достаточно близок к ним — ведь надо было точно знать, скорее даже рассчитать и, возможно, подстроить, что Павел примчится именно в тот момент, когда Алена будет уже мертва и рядом с ней никого не будет, — ведь если бы его не нашли рядом с телом, виновность Павла не была бы столь очевидной для следствия. Все дороги ведут к Сереге, горько усмехнулась Ира. Неужели Бортников дошел до такого?
Прочь эмоции, только железная логика! Зачем Сереге убивать Алену? Да очень просто: чтобы потопить Павла. А зачем ему топить Павла? Тоже просто: чтобы прибрать к рукам компанию. Если Павла упекут в тюрягу на долгие годы, а Ира откажется от семейной доли (именно поэтому он и звонил ей, надеялся заодно и ее получить в союзницы), то акции Ростовцева будут проданы, и Сергей сможет приобрести достаточное количество, чтобы контролировать бизнес. Это, так сказать, доводы против Бортникова. Негусто, одни домыслы и ни единого факта, хотя мотив довольно серьезный. К тому же он знал практически все из первых рук. Кстати, кто еще знал обо всей этой истории? Сестра и муж Алены, она сама и незнакомец, звонивший по телефону. Нет сомнений, что он и есть убийца. Дело за «малым»: вычислить этого человека.
Ира потушила сигарету и принялась за еду. Голова ее работала как никогда ясно: если кто-то и поможет Павлу, то только она. Просто логически рассуждая и используя все, что она знает о деле. Так, а что же в пользу Сергея? Да все. Он их близкий друг, которому Павел всегда доверял. Он зарабатывает достаточно прилично, чтобы идти на такой риск ради денег. Верно, алчность не знает границ, но убить человека и упрятать в тюрьму близкого друга… Как-то трудно укладывается в голове.
Дверь кабинета открылась и появился Ромка — как всегда, лохматый, с криво завязанным галстуком. Он сел напротив и сразу пошел в атаку:
— Почему ты мне сразу не позвонила? Неужели Павка три дня в кутузке сидит? И что, нельзя его оттуда вытащить?
— Подожди, Ром, — мягко остановила этот поток слов Ира. — Я тебе сейчас все объясню. Ты давай заказ делай.
Роман взял меню, что-то на скорую руку заказал и уставился на Иру, всем своим видом выражая крайнюю степень внимания. Она не спеша отодвинула тарелку с закуской, закурила и обстоятельно рассказала Роме Барыкину всю историю, включая последние подробности. Не сказала только о том, что подозревает Серегу. Он слушал молча, не задавая вопросов. Пару раз пригубил бокал с вином, пожевал салат. Когда Ира закончила свой рассказ, он посмотрел на нее еще более внимательно.
— Кого ты подозреваешь? — прямо спросил он.
— А почему ты думаешь, что я кого-то подозреваю? — притворно удивилась она.
— Ты ведь хочешь со мной посоветоваться, Ириш. Тебе хочется на мне проверить свои дедуктивные способности. Или я не прав? — Он неожиданно улыбнулся.
— Ну, допустим, прав. Мне нужен был человек, который, возможно, увидит в этом деле что-то новое.
— Новое увидеть трудно, — задумчиво сказал Ромка. — Я думаю, разгадку надо искать в тех телефонных звонках. Но главное — мотив. Кому надо было убивать ее?
— Я уверена, что целью была не она, а Павел. Кому-то надо убрать его с дороги, он очень мешает.
— Значит, это человек из компании, правда? Этот кто-то — человек, мечтающий прибрать к рукам фирму. Значит, либо я, либо Бортников.
— Ром, — тихо, но убедительно произнесла Ира, — у меня и в мыслях не было подозревать тебя.
— А Сергея?
— Бортников, по-моему, самая вероятная фигура, — твердо сказала Ира. — Но неужели он мог бы… Не хочу верить, Ром, не хочу…
— Но ведь есть один надежный способ избавить себя от этих подозрений. — Ромка, кажется, вошел в детективный раж. — Надо узнать, где был Бортников в момент убийства. Иначе говоря, есть ли у него алиби! Вот! Если у него оно есть — надо выбросить Бортникова из головы и обдумывать другие варианты. Если нет, то… То — что?
— Не знаю. — Она вздохнула. Действительно, что?
Именно тут Ирина Ростовцева зашла в своих рассуждениях в тупик. Во-первых, она никак не могла понять, что для нее предпочтительнее: чтобы у Сергея не оказалось алиби или чтобы он все-таки оказался чист? Первый вариант, конечно, на руку Павлу. Но, Бог ты мой, вся проблема в том, что свои подозрения в отношении Сергея она никогда не выскажет следователю, основываясь только на собственных соображениях и не имея ни одного факта, ибо это означало бы поставить крест на компании. Арест одного Павла еще можно объяснить недоразумением, но если и второй компаньон окажется под следствием — ни одна серьезная фирма не станет отныне иметь с ними дело. Это уже крах.
Остается одно: выяснить самой, где находился Сергей в момент убийства.
— Значит, и ты думаешь, что это может быть только Сергей. — Ира поспешно доедала рыбу. — Мне этого и надо было, Ром. Понимаешь, очень не хотелось думать, что я одна такая гадкая, чтобы на друзей клеветать.
— Можешь считать, что и я такой же гадкий, — усмехнулся он. — Только этот ваш Бортников мне никогда не нравился. А его озабоченная жена — тем более.
Ира с интересом посмотрела на него. Неужели Аннушка приставала и к Ромке тоже? Надо же, а она никогда не замечала! Просто ее это не интересовало, вот и все. А Ромка, значит, Бортниковых недолюбливает… Да, в их компании творилось много чего интересного, надо бы Галку порасспросить — потом, когда все закончится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
