не понимал.
— Нельзя его убивать пока что, — хмыкнул Измайлов. — Он может еще что-то рассказать. Да и пригодится может, в радиоигре используем.
— Не получится, — сразу же сказал Алексей. — Я скомпрометирован. Пропустил несколько сеансов связи. Меня уже списали.
— Хрен с тобой, золотая рыбка, — выдохнул майор. — Будешь жить. До суда. Когда блокаду прорвем, сдадим тебя.
Леха хмыкнул. Даже неожиданно было. На самом деле, если суд будет, его все равно либо на пожизненное посадят, либо в камере «повесится» — мораторий на смертную казнь все еще действовал.
Обменивать его вряд ли будут, даже после того, как война закончится. Слишком мелкая сошка, как мне кажется, и для НАТОвцев он вообще ничего не значит. Так что…
— Рассчитываешь на что-то? — спросил майор.
— Можно бежать, — ответил шпион. — Может освободят. Может еще что-то придумаю. Я — парень везучий, как не крути.
— Только мне кажется, везение твое закончилось на том моменте, как ты нас встретил, — сказал я.
— Ладно, — вздохнул Платон. — Сержант, отведи его в яму. И покормите что ли, после этой дряни жрать хочется безумно. Он пока что живым нужен. А ты, Рама, пошли.
Он повернулся и вышел, я двинулся за ним. Мы прошли через медблок и оказались на улице, следом и Измайлов покинул помещение, ведя за собой Леху.
Платон запустил руку в карман и вытащил из него сигареты, протянул мне. Я покачал головой и достал электронку. После того, как поспал, и так будто кошки в рот нассали, а добиваться еще и сигаретами армейскими вонючими мне совсем не хотелось.
Затянулся, выпустил в небо облачко пара, поежился. Холодно, на самом деле холодно. А если еще и дождь зарядит, то совсем беда будет. Вот чего я тут остался, ненавидел же Питер за его погоду, а она здесь практически не отличается.
Надо было ехать домой, в Татарстан. Заодно и не пришлось бы сейчас в блокаде сидеть. Может работал бы на великом заводе КамАЗ себе спокойно, гайки крутил, взяли бы ведь, наверное. Или в аптеке сидел бы в тепле и уюте.
Ладно, хрен ли теперь жалеть.
— Ну и что ты об этом всем думаешь, Рама? — спросил у меня майор.
— Думаю, что это ваше супероружие доставать надо, как можно скорее, — честно ответил я. — Потому что если уебки валом повалят, то все, беда.
— Да, — кивнул Платон и затянулся. Курил он как-то ожесточенно, вкрутую. Похоже, что информация, которую мы получили, вывела его из равновесия. Ну а кого бы не вывела? — Импортные здесь камня на камне не оставят. Эх…
Он затянулся еще раз, после чего погасил сигарету о металл модульного домика и бросил ее на землю.
— Пошли, — сказал он. — Будем план обсуждать, как это самое оружие доставать теперь. И вашу роль в этом плане тоже обсудим.
Повернулся и пошел в сторону штабного здания. И мне, естественно, не осталось ничего другого, кроме как двинуться за ним.
Глава 13
Мы собрались в штабном здании. Сам майор, еще офицеры, Измайлов, и парни из группы “ Крупа» — тот самый Гречка, и еще двое, с которыми познакомиться я не успел. Тесновато даже было как-то, да и вообще.
Было накурено. Курили вообще все, никто не стеснялся, так что в помещении хоть топор вешай, честно говоря. Впрочем, это нормально, когда закона нет, первое, что падает — это запрет на курение в общественных местах. Какая уж тут борьба за здоровье, когда все под смертью ходят.
В том числе и я, чего уж тут греха таить.
— Ну что, товарищи спецназеры, — начал Платон, едва мы вошли в помещение. — Вот. Это Рама. Тот самый парень, который шпиона взял. И с которым мы будем работать по вопросу груза.
Я сел на свободный стул, складной такой, больше на рыбацкий похожий. Платон же встал у карты, похоже, что он вставать не собирался.
— А дела, товарищи спецназеры, между прочим, хреновые. Ситуация следующая. У нас есть груз, который необходимо вернуть. Сейчас он находится у бандита по кличке Жирный, который контролирует базар на том берегу. Ну, все знаете.
— Да, знаем, — подтвердил мужик с шрамом через всю щеку. Он сидел рядом с «Гречкой», да и до этого я его видел, когда карты играли. — Даже бывали.
— Мы забрали критические компоненты, но остальное тоже нужно. Во-первых, потому что без всего комплекта толку мало. Во-вторых, потому что если Жирный решит продать груз литовцам или еще кому, у нас будут проблемы.
— Да штурмануть базар и все, — заявил Гречка. — Жирного вздернем, груз отберем. И все.
— Проблемы есть, — покачал головой Платон. — У него есть данные, которые если в сеть утекут… Головы полетят. И наши, и наших командиров. Так что сами мы тут ничего сделать не можем, напрямую. Если только чужими руками. Вот их руками.
Он кивнул на меня. Все и уставились на меня, и от взгляда этих внимательных глаз мне как-то не по себе стало, честно говоря. Да откровенно говоря страшновато, это ведь не просто военные, они в натуре повоевали. И на счету у каждого не по одному трупу. Особенно у этих спецназовцев.
— Майор, без обид, но его парни вообще в курсе, как такие дела проворачивают? Бандиты же, но не солдаты.
— Есть у нас вояки, — сказал я. — Фрай и его группа. Они вроде как повоевали все.
— Фрай? — повернул ко мне голову один из офицеров. — Серьезно? Он по бандитской пошел? А как так вышло, почему не к нам?
— Я понятия не имею, — только и оставалось покачать головой мне. — Я сам в банде без году неделя. И вообще не уверен, что мне возвращаться смысл есть, что меня не расстреляют просто. Про то, что я с вами связаться собирался, я никому не сказал, людей обманом увел.
— А как решился? — спросил мужик со шрамом.
— Да так вышло, — ответил я. — Считайте, что из чувства патриотизма. Но в целом у нас три десятка бойцов есть, в передрягах они бывали. Да и не забывайте, мы
