он силён и опытен, какими бы редкими артефактами ни обладал — всё равно всего лишь человек. Это понимал и Гриндевальд, и этот «лорд»… и Дамблдор тоже, когда собирал Орден. Этот психопат очень умел, ты уже имел возможность убедиться, и среди его соратников тоже были сильные бойцы: моя дражайшая кузина и её муж, Малфой, Долохов, Кэрроу, Джагсон и ещё несколько. Но настоящая их сила была в неизвестности и страхе. В те годы Люциус или Белла ведь не находились в розыске — люди просто не знали, кто именно сражается на стороне «пожирателей». Любой волшебник мог оказаться террористом, или он мог их поддерживать, или его подкупили, или успели запугать, ну либо на самом деле взять под «Империо» — таких как раз было немного, просто оправдание сейчас ну очень удобное. У него везде были шпионы и агенты — в Министерстве, в отделе правопорядка, в Ордене тоже, — добавил Сириус зло, стараясь не выругаться. — К счастью, сейчас от всей этой сети почти ничего не осталось — старший Крауч не стеснялся в методах и до самого своего перевода рубил этот лес, не обращая внимания на летящие щепки. Собственно, я тому пример, а ведь мой случай далеко не единственный.
— Значит, мы должны успеть до того, как этот «лорд» развернется вновь, — просто отметил маг. — Хотя я бы предпочел создать условия, в которых подобная тактика вообще будет нереализуема, если кто-то другой захочет пойти тем же путём. Но пока рассмотрим первый вариант, и что для этого придётся сделать…
Вернувшись в Лондон уже под вечер, когда почти стемнело, Кайнетт добрался до уже знакомой библиотеки — один из свободных дней в своём расписании требовалось использовать полностью. Уже завтра вновь придётся вернуться к работе — изгнание призрака с одного из складов, лечение раненых во время очередного передела территории… Один из оказавшихся в подпольной клинике боевиков вообще где-то ухитрился подцепить тёмного духа и пару проклятий, и с этим тоже что-то надо будет делать. Но это всё рутина, а сейчас предстояла более творческая работа.
Оставив Лливелина охранять снаружи, он подошел ко входу и поприветствовал ожидающую под светом фонаря ведьму в обычной городской одежде, только с шарфом Рейвенкло:
— Тейлор.
— Джеймс, — ответила та, оборачиваясь в его сторону. — Может, всё-таки нормально объяснишь, что же вы задумали? То все каникулы ни слова, ни звонка, то вдруг «завтра приезжай в Лондон».
— Мы собираемся изучать одну сложную тему, и на первых уроках для концентрации лучше использовать знакомую обстановку и помощь со стороны. Учитель уже ожидает нас внутри, — ответил он, направляясь к дверям и доставая из висящей на плече сумки небольшой амулет, который создаст, как тут принято говорить, магглоотталкивающий барьер. В такое время посетителей, скорее всего, вообще нет, но стоит исключить случайности. — Думаю, тебе тоже будет интересно взглянуть. Кроме того, потом ты поможешь добраться ей домой. Как я помню, тут недалеко.
— Почему это мне придётся «помогать» ей? — с подозрением уточнила Тейлор.
— Скоро поймешь. Идём, времени не так уж много, а мы сегодня должны немало успеть.
***
Из-за турнира и бала в этом году расписание занятий и время каникул немного сдвинулось, потому к учёбе студенты приступили лишь шестнадцатого января. Гостям эти три недели предлагалось провести либо в школе с вновь приобретенными друзьями и товарищами, либо на праздники вернуться домой (для тех, кто не страдает от портальной болезни), либо поучаствовать в нескольких экскурсиях по волшебной и даже по обычной Британии. Всё-таки турнир и учебу за границей вполне можно совмещать и с культурной программой, а некоторым и вовсе представилась редкая возможность посетить «маггловский» мир, куда они и дома практически не выбирались. По школе уже ходили слухи, что сёстры Делакур устроили небольшой переполох во время тура по Эдинбургу, сумев привлечь к себе слишком много мужского внимания со стороны местных жителей и других туристов, однако сложно сказать, сколько в этих историях было правды, а сколько преувеличения. Но так или иначе, зимние каникулы закончились, а уроки, факультативы и занятия в клубах возобновились вновь.
Во вторник после ужина Кайнетт сидел за одним из столов в просторном классе, кажется, в прежние времена предназначенном для изучения химерологии, ожидая прихода преподавателя. Сейчас, когда первое любопытство у многих прошло, дополнительные уроки по ритуалистике собирали примерно полсотни студентов с разных курсов и факультетов, и, чтобы уместить всех, требовалось довольно много места. Грейнджер тоже присутствовала тут, заняв место рядом с Тейлор в соседнем ряду. А вот «Поттер» не явился, как и в первом семестре, видимо, сочтя посещение этих занятий ниже своего достоинства и уровня знаний.
— Профессор Фагхири! — стоило волшебнику из Ирана появиться в дверях, как маг сразу привстал с места и обратил на себя внимание. — Пока не начался урок, можете дать небольшую консультацию? Это не касается ритуалов напрямую, но уверен, вы можете мне помочь.
— Что ж, если никто не против, — волшебник оглядел класс и не заметил явных возражений. — Постараюсь дать совет, однако не отнимайте слишком много времени у остальных, юноша.
— Разумеется, профессор. Я хотел узнать ваше мнение вот об этом, — Кайнетт встал из-за стола и убрал руку под плащ. Затем извлек из ножен за спиной не очень большой, но довольно тяжелый кинжал. Перехватив его за совершенно тупое лезвие, маг сделал пару шагов к учительскому столу и протянул оружие рукоятью вперёд. Пояснил: — Мне было очень интересно видеть, как вы колдуете с помощью ножа, это выглядит крайне необычно для нашей школы. Вот, захотел попробовать сделать и себе нечто похожее. Конечно же, это не настоящий ритуальный кинжал, а только самодельная копия, но им даже получается создавать заклинания.
— Разрешите? — с интересом спросил профессор. Затем аккуратно взял мистический знак в руки. Фагхири был не слишком высок, и ему даже наклоняться к школьнику почти не пришлось. — Любопытно, любопытно… — он повертел оружие в руках, изучая массивное толстое лезвие, удлинённую рукоять, нанесенные на металл укрепляющие руны и символы. Затем поставил «остриём» на ладонь, убедился, что не осталось даже царапины, перехватил рукоять и сделал на пробу несколько аккуратных взмахов. — Сталь, бронза и, кажется, чистое железо, большой вес — у нас сейчас наоборот, стараются их делать полегче. Баланс заметно смещен вперёд, всё же клинок слишком тяжелый, противовеса не хватает. А что внутри?
— Такая же сердцевина, как в моей прошлой палочке, шерсть кирина.
— А остальное ваша работа?
— Собирал из купленных деталей, только украшал и подгонял. На каникулах хотелось чем-нибудь заняться, а колдовать-то нам нельзя.
— Понятно. И правда, самоделка, но интересная, — оценил иранец. Затем произнёс
