Убитые были похоронены в Ростове. Похороны были «скромные» и как бы тайные, чтобы «не вызывать эксцессов». Такова была воля донских властей.
На следующий день дивизион обошел штатский человек средних лет с осанкой и манерами военного, но по поведению которого можно было судить, что обходящий – начальство. Штатский коротко побеседовал с чинами, подбодрил их и обещал прислать поддержку. Оказалось, что это был генерал Марков, назначенный начальником обороны г. Ростова с южной стороны. Впечатление он произвел на всех восхитительное.
31 января в Батайск прибыла обещанная генералом Марковым поддержка: Морская рота в количестве около 60 человек во главе с капитаном 2-го ранга Потемкиным и 2 орудия Юнкерской батареи, приспособленных к стрельбе с железнодорожных платформ. Так образовался отряд, получивший название «Батайский», во главе которого стал полковник Ширяев. Ввиду неуверенности морской роты в пехотных операциях часть пехотных офицеров из нового дивизиона была переведена в эту роту.
Отряд расположился сосредоточенно у здания вокзала (в южной части станции) в боевой готовности, приняв все меры как охранения, так и наблюдения.
Стоял сильный мороз; станцию с воем пронизывали свободные степные ветры. На постах и в дозорах люди быстро закоченевали; «замерзала даже мысль». Производились частые смены; смененные отогревались в здании вокзала. Хуже было дневальным на платформах у орудий.
1 февраля. Ночь. Станция погружена во тьму: никакого освещения. В районе вокзала, у которого стоят эшелоны с частями отряда, ни души: ни одного пассажира, ни одного служащего, будто станция где-то на далеком севере в пустыне. Временами проходят посты, дозоры… От вокзала к Ростову на версту тянутся железнодорожные линии, заставленные вагонами, железнодорожные постройки: депо, мастерские, электрическая станция… Лишь у паровозного депо дозоры видят железнодорожников: там стоят слегка шипящие паровозы, испускающие дым и пар. В помещениях для служащих огни…
Наступило утро.
Вдруг… десятки паровозных свистков и рев гудков мастерских нарушили тишину. Долгие минуты продолжались эти зловещие звуки. Еще не кончились они, как к этой музыке присоединилось редкое «так, так», свист пуль и щелканье их по вагонам составов, среди которых уже выстраивались части отряда. Вскоре дозоры донесли, что из м. Батайск наступают цепи большевиков. Отряд занял позиции: морская рота на вокзале, Ударный дивизион вдоль линии железной дороги, прикрывшись вагонами. Однако цепь дивизиона в 120 человек не могла своим открытым правым флангом выдвинуться от вокзала более 400–500 шагов; две трети длины подъездных путей станции в сторону г. Ростова оказались свободными для большевиков. Отряд неизбежно будет отрезан от Ростова.
Полковник Ширяев протелефонировал о положении в Ростов и получил приказание: «Держаться! Будет выслано подкрепление». Вскоре связь оборвалась.
Состав с двумя орудиями стал медленно продвигаться в сторону Ростова. Открыть огонь по наступающим он не мог: мешали вагоны и здания, в то время как сам он был обстреливаем ружейным огнем. Оказалось, что все стрелки на его пути были переведены. Под огнем командир взвода, штабс-капитан Межинский, переводил их. Открыв пулеметный огонь картечью, состав вышел из района станции. Его огонь не мог остановить наступление противника, и отряд оказался отрезанным от Ростова. В открытую атаку на него красные, однако, не решились. Шла непрерывная перестрелка. Противника было раз в десять больше, чем сил отряда.
Около 11 часов со стороны ст. Каял показались три поезда. Не доезжая 2–3 верст до Батайска, поезда остановились и из 2-го и 3-го стала высаживаться пехота, силы которой были не менее 1500 человек. Главные силы ее, развернув густые цепи, двинулись на м. Батайск, обходя станцию с юго-запада. Морская рота, для которой теперь наступила пора начать бой, выставив 4 пулемета, заняла позицию на линии вокзала, фронтом на юг и юго-запад.
Неожиданно зазвенел телефонный звонок. Полковник Ширяев взял трубку:
– Откуда говорят? Кто у телефона? – спросил он.
– Сдавайтесь! Или мы все равно придем и всех перевешаем! – последовал ответ.
– Приходите и вешайте! – коротко ответил полковник Ширяев.
Разговор на этом окончился, а через несколько минут к вою гудков и трескотне ружейной стрельбы присоединилась с красной стороны «музыка» орудийных выстрелов с головного поезда.
Красный блиндированный поезд стал медленно продвигаться вперед, обстреливая беглым огнем двух орудий район вокзала. За ним шла цепь пехоты, силой до 500 человек, в то время как остальная масса пехоты шла быстрым шагом в м. Батайск на соединение с восставшими.
Когда цепь красных подошла к вокзалу на расстояние менее чем верста, пулеметы морской роты открыли огонь. Красные заметались и залегли. Их орудие усилило огонь. Один из снарядов попадает в здание вокзала, убивает нескольких защитников; осколок снаряда попадает в голову командира морской роты капитана 2-го ранга Потемкина и выбивает ему глаз.
Красные снова идут в атаку. Снаряды разносят в щепы вагоны, под которыми лежат моряки. Но атака жестоко отбивается всего лишь в 200–300 шагах. Красные в беспорядке уходят версты за две, только бронепоезд продолжает стоять шагах в 1000 и безнаказанно обстреливать станцию. В это время Ударный дивизион огнем останавливает все попытки противника перейти в атаку, борясь на две стороны.
В отряде росло беспокойство: отсутствие артиллерии, большой расход патронов. Масса высадившихся из вагонов красных уже вошла в м. Батайск. Будет новая атака. Отряд ждет помощь из Ростова.
Но вот около красного бронепоезда стали рваться снаряды: это стреляли орудия отошедшего к Ростову взвода Юнкерского батальона, наблюдатели которого заметили бронепоезд. Несколько разрывов и… прямое попадание в паровоз. Морская рота частью своих сил немедленно производит вылазку. Под обстрелом красных моряки добегают до стоящего состава, уничтожают упорствующих артиллеристов и пулеметчиков и, испортив все, что было и как было возможно на бронепоезде, с трофеями: пулеметными лентами, запасом патронов, возвращаются назад. Отряд воспрянул духом, но положение его весьма мало изменилось. Он продолжал ждать помощь.
В отряде не знают, что подвезенный к Батайску Юнкерский батальон атаковал красных и потерпел неудачу; что атаки его, столь малочисленного, не могут быть успешными, так как красных масса и они всякую атаку его парализуют ударом ему во фланг со стороны м. Батайск, и под наконец, батальон уже не атакует, а отбивает атаки красных.
Генерал Марков был с Юнкерским батальоном. Он после неудачных атак держал батальон под огнем противника, думая и надеясь, что Батайский отряд поймет положение и будет прорываться, а он с юнкерами окажет тогда ему возможную поддержку. Но этого не произошло: отряд оставался в районе вокзала и там ждал помощь.
За день потеплело. Ветер ослаб. Пошел снег и белой пеленой покрыл землю. Наступила ночь.
Юнкерский батальон отведен за р. Бейсужок. Между ним и Батайским отрядом 4–5 верст
