верит?! Смотри у меня, бычья морда! — уже поутих оборотень в косухе.
К Веронике и её охранникам подошли. Ника вздрогнула. Тот самый следователь, что еще до отъезда в экспедицию мучил их с Маргаритой в допросной!
— Здравствуйте, Вероника Ивановна.
У Ники все помертвело внутри. Выхода… нет. Все схвачено-повязано, рука прокурора здесь моет руку судьи, а адвокат давно приплачивает прокурору!
Ника молча смотрела в пол.
— Вот и свиделись с вами, барышня! Пришло время поговорить. Может, на сей раз вы будете словоохотливей?
Ника продолжала молчать. Откуда-то из недр ангара раздался просто душераздирающий вопль. Кажется, её тоже пытать будут… Только, зачем?!
Почему-то очень явственно вспомнились слова Алекса. О босой и по болотам…
— Что-то вы бледная, — продолжил следователь. — Давайте-ка немного пройдемся.
Он подхватил Веронику под локоток, оставляя руки пленницы связанными. Они пошли вперед. В ангаре кипела работа, только Ника не понимала, что именно там делается. Ей просто казалось, что это иллюстрация ада с котлами, чанами и бегающими чертями между ними. Не хватало только сковородок с жареными грешниками.
— Оставим формальности, Вероника Ивановна. Думаю, вы знаете о моем мире достаточно, чтобы мне не тратить много времени на объяснения. Но напомнить свое имя-фамилию все-таки стоит, я Адам Яковлевич Семиградский. Главный прокурор Иркутской области.
Ника молчала.
— А вы Вероника Ивановна, работали помощником аналитика в одной из моих дочерних компаний.
Девушка резко вскинула голову, разве можно людям из органов частные компании иметь?!
— Можно, если очень хочется, — ответил на незаданный вопрос мнимый следователь. Ника подумала, уж не умеет ли он мысли читать?
— Мысли читать я, конечно, не умею, но у таких бесхитростных маленьких девочек все и так на лице написано, — посмеялся гаденько следователь.
— Что Вам от меня нужно? — прямо спросила Вероника.
— Немного терпения, Вероника Ивановна, совсем чуть-чуть терпения!
Они подошли к стальной решетке, закрепленной над жаровней, Ника с ужасом увидела, что на решетке болтается очень странная старуха.
— А это Аида Никаноровна, — представил следователь, Ника едва не хлопнулась в обморок. На престарелую соседку существо походила мало. Темные глазки колко смотрели из-под мохнатых бровей, одиноко торчащий зуб весьма симметрично уравновешивался большущей бородавкой на кривом, горбатом носу. В целом существо все было сморщенное и сгорбленное, с костистыми маслами и зеленовато-серой кожей, несколько пучков седых волос украшали череп, обтянутый тонкой дряблой кожей.
— Это… это, — Ника от ужаса попятилась назад.
— Это ведьма обыкновенная. Каждая из них хочет, конечно, чувствовать себя правнучкой самой Бабы-Яги, да только размаху старухам не достает.
— Что… Что вы с ней сделали? — пролепетала Ника. Существо, растянутое на решетке, как на дыбе, явно страдало!
— А вам её жаль? — следователь пошел вперед, уводя ошеломленную Нику за собой. — Вы думаете, мы чудовища? — Адам Яковлевич не спрашивал, он утверждал. — Вовсе нет. Мы стражи порядка. Как думаете, почему Аида Никаноровна попала в такую неприятную ситуацию?
— Я не знаю, — честно созналась Вероника. Увиденное ею в ангаре вселяло панический ужас.
— Что, если я скажу вам, Вероника Ивановна, что я прокурор не только в вашем мире людей, но и здесь? Аида Никаноровна очень падкая до крови. А это нашими законами запрещено… Хотя сейчас она здесь не поэтому. Она нас подвела, а мы это не любим.
— Почему… Почему я здесь? — нашла в себе силы спросить Вероника. — Я все сказала Вам в прошлый раз! Я не знаю, где водитель!
— Водитель? Ах, вы об этом… Водитель давно дома, с семьей, он все сделал как надо. Не переживайте!
— Тогда… Зачем я Вам?!
Следователь остановился и внимательно посмотрел на Веронику.
— Воссоединение с семьей, вас устроит такой ответ?
Ника невольно осела на землю.
— Что? — глухо произнесла девушка, бездумно разглядывая крупинки земли и пыли.
— Что вы знаете о своем отце, Вероника Ивановна? — прямо спросил следователь. Ника обхватила голову руками.
— Ничего… — мама никогда и ничего ей о нем не рассказывала. Даже когда Ника умоляла. В какой-то момент девушка решила, что родилась либо от насилия, либо от непорочного зачатия.
— Пройдемте со мной в кабинет, — Адам Яковлевич потянул ее с пола вверх, и сделал он это как-то очень просто, без усилия. К её удивлению, руки ей развязали. Еще через несколько мгновений Ника оказалась в небольшом кабинете, окнами выходящим на котлы ангара. Преисподняя или чистилище начальнику так виделось лучше. Ника замерла у окон, наблюдая за адом сверху.
— Сюда попадают все правонарушители. Наш мир надо держать в ужасе, иначе твари теряют страх быть пойманными.
Вероника невольно вспомнила русалочку с Байкала.
— Вы называете себя тварями? — переспросила Ника.
— Понятно, вам так никто ничего и не рассказал… Я называю НАС тварями, — следователь выразительно посмотрел и на Нику.
— Я человек, — очень уверенно отозвалась Вероника.
— Как ни странно, да! — согласился следователь. — Но очень необычный. С явными паранормальными способностями. Вы видите больше, чем следует, и можете больше, чем кажется.
— Возможно, причина всему — это опухоль? — сейчас Вероника разве что не умоляла небеса, чтоб это было и правда так, быть причастной вот к ЭТОМУ всему?! Нетужки!
— Не думаю, — поморщился следователь. — Вы маг, Вероника Ивановна.
Ника растерянно вперилась взглядом в говорившего.
— Причем, очень сильный, — продолжил Артур Яковлевич. — Вы способны видеть куда больше, чем многие из чистокровных. И это еще при том, что вы совсем не обучены. Присядьте, пожалуйста, разговор будет долгим, — следователь указал на кожаный диван. — Вино, виски?
— Воды, — коротко попросила девушка. Следователь налил полный стакан и поставил на столик прямо перед Вероникой.
— Итак, Вероника Ивановна, вы маг. Но как же так вышло?! Вы же верно заметили, что и человек тоже, — следовательно картинно помолчал. — Люди — последнее творение Создателя, его выдох перед долгим покоем. Вы пришли на эти земли лысыми обезьянами, а потом взяли и подчинили себе атом, полетели в космос! Люди всегда были очень непредсказуемыми для нашего мира. Из несчастных дрожащих тварей, корма, вы стали нашими узурпаторами.
Ника молча слушала.
— Казалось, еще вчера вы приносили нам кровавые жертвы, кормили нас молоком, медом и кровью собственных младенцев, а уже сегодня опустошаете недра, осушаете реки, вырубаете леса. И нам нужно просить у вас милости. Жить в вашем странном мире. Русалки танцуют стриптиз, фавны бегают курьерами у наркоторговцев, лешие сторожат склады с токсичными отходами! Но что же будет завтра?!
Вероника красноречиво молчала.
— Вы знаете, кем был ваш дед?
— Человеком… — помолчав немного, добавила. — Кадзу?
— А вы знаете, кто такие кадзу?
Ника помотала головой, она так до конца и не поняла значение слова.
— Они пришли осваивать наши леса и озера, горы и степи. Бесстрашные, неукротимые. Я
