момент, что выбираться себе дороже. Оружие у демоницы, конечно же, отобрали, а вокруг кишит целый легион низших, и вот это уже проблема.
Конец?
— При… вет? — вдруг услышала Чамара откуда-то сбоку.
— Ты⁈
Не сказать, чтобы это было уж очень неожиданно, всё-таки суккуба полезла в этот мир по приглашению Чертановой, однако увидеть её в клетке рядом с собой было странно.
— Я, — слабо улыбнулась Катя. — Очень удивилась, когда увидела тебя здесь. Я-то думала, что вы все заодно…
— Ты совсем не знаешь Ад, девочка, и что там царят за порядки, — суккуба поднялась на ноги. — Так. Дай-ка попробую угадать. Тот дятел в колодках — это твой драгоценный родитель?
— Угу.
— Очнулась! — раздался крик, и через демонов к клеткам начала проталкиваться женщина в латексном костюме. — Ах-ха-ха-ха! Ну что, рогатая тварь⁈ Как тебе такой приём⁈
Чамара промолчала, не без любопытства рассматривая это крикливое чудо в чёрной коже.
— Думала, что сможешь провести моего господина⁈ Думала, что он разрешит беспрепятственно расхаживать по его владениям и что-то замышлять⁈ Нет! Ты ошиблась, грязная тварь! И теперь ты будешь кормом для моего господина!
— Нинель Аскольдовна, вы — какая-то прям сволочь, — как бы между делом сообщила Дольче.
— Ах-ха-ха-ха! — в глазах Белич заплясало безумие. — Пусть так! Пусть! Наконец-то мне не нужно притворяться! Наконец-то мне не нужно бояться, скрываться, врать и разыгрывать весь этот цирк! Что с этим лошком, — Нинель Аскольдовна кивнула на Ангела, — из-за которого я угробила половину жизни, что с тобой! Бедная сиротка, никто меня не любит…
— Да пошла ты.
— Заткнись! Тебя ждёт та же участь, что и рогатую мерзость! Она ждёт всех вас! Вы все — просто пища, а я! Я-я-я! Я стану великой подле моего господина! Наконец-то я на своём месте! Ну наконец-то!
Слова вырывались из Нинель Аскольдовна легко и свободно. Слишком давно она ждала этот момент триумфа и теперь собиралась прожить его сполна. Насладиться. Упиться. Пресытиться этой мрачной радостью.
— Ах-ха-ха-ха-ха!
— Эту дуру тоже съедят, — пожала плечами Чамара.
— Правда?
— Да, просто чуть позже. Когда станет ненужной.
— Понятно, — ухмыльнулась кадет Дольче. — Не могу сказать, что сильно удивлена. Или что расстроена.
— Что⁈ — а Белич тем временем резко изменилась в лице. — Ты что, понимаешь её⁈
— Ой…
Чертанова сама не заметила, как вдруг заговорила с суккубой на языке, которого не то что не знала… она его даже не слышала никогда. И тут же память подкинула мысль, что это не совсем так, потому что при первой встрече на «астероидном бублике» они с суккубой общались точь-в-точь так же.
— Я доложу господину! — Белич пулей метнулась прочь и исчезла за спинами низших.
— Так что, получается, нас всех убьют? — спросила Катя.
— Очень похоже на то, — ответила суккуба и задумалась.
Решение есть, его просто не может не быть. Не то чтобы Чамара считала себя какой-то уж больно сильно избранной и вполне допускала мысль, что её существование оборвётся здесь и сейчас. Обычная история. Проза адской жизни.
Но!
Сложить лапки и покорно ждать казни как минимум глупо.
— Слушай, — вдруг вспомнила она. — А вот тот мужик, которого я видела вместе с вами? Сильный такой…
— Василий Иванович?
— Васи-ли-вань-нищь, — повторила Чамара и улыбнулась. — Хорошее имя было бы для демона. Но сейчас не об этом! Сейчас спасаться надо. Этот мужик здесь? В этом мире?
— Ну… Да.
— А почему ты до сих пор не позвала его?
— Я не знаю как, — вздохнула Дольче. — Если бы могла, то уже сделала бы.
— Ага…
Демоница вновь погрузилась в раздумья. То хмурилась, то щурилась, то чесала промеж рогов, то вдруг ни с того ни с сего ругалась. И наконец, кажется, что-то придумала.
— Есть способ, — сказала она и улыбнулась…
* * *
— Жанна из тех ко-ро-лев… Тамерлан, ну ты чего⁈ Подпевай! Что любит роскошь и ночь! Ноо-оо-о-о-ооо!
— Василий Иванович, прошу прощения, но мне очень трудно сосредоточиться на всех задачах сразу и петь до кучи…
— Вась, пожалуйста! — добавила Иринка. — Я очень рада, что тебе весело, но мы тут реально зашиваемся!
Хм…
Ну-у-у… всё по делу, если разобраться. Они реально зашиваются, а мне реально весело из-за того, как всё обернулось.
Итак.
Поле близ Удалёнки. Справа от меня лес, заметно поредевший, после того как я прилетел туда метеоритом раз так-эдак двадцать. Слева где-то на горизонте озеро с моим охраняемым помостом. Позади ничего, а прямо передо мной роботы Несвицких.
Вокруг меня всё взрывается и полыхает. Противники пытаются меня угандошить, я им в этом активно мешаю, но сам активных ответных действий не предпринимаю. Такие вот у нас ритуальные танцы. Или игра в поддавки.
А всё почему?
А всё потому, что с физического плана наше противостояние сейчас временно перешло на уровень цифровой и — внезапно! — юридический.
Короче, дело сейчас обстояло примерно так: Тамерлан довольно быстро и без препонов получил контроль над роботом. Назвал его ещё так смешно… как там? Гандам? Да-да, точно! За милых дам, за милых дам, угнал у князя я гандам.
Однако потом эту херь мы всё же договорились называть «роботом», потому как негоже Столпу Империи сидеть в гандаме.
Ну и вот.
Тамерлан сказал, что роботы меж собой каким-то образом конектятся и что вскорости он сможет пробиться в их мозги. Погасит питание, а там уж я погашу Несвицких. Но! Хакеры Несвицких уже работают над тем, чтобы защититься.
То есть в цифровом поле понятно, что за борьба идёт. Мужики скриптами машутся, кто кого перекодирует, пока я тут в чистом поле их отвлекаю. Чтоб они увлеклись этим действом и не думали сбежать.
А что же в юридическом?
При чём тут оно вообще?
А вот всё при том. Посидев в тишине и покое несколько минут и послушав музыку, прежний пилот явно был фанатом Валерки, я задумался вот над чем: каким бы нелепым и смешным не казалось Несвицким их поражение, а оно ведь наступает. Шли по-быстрому нагнуть Скуфидонских и похвастаться перед минобороны своими секретными игрушками, и внезапно огребли.
Отрицать это невозможно.
Оно уже происходит.
А князь — или кто там у них за главного? — явно что не дурак.
Идёт официальная
