автоматов, прямо рядком стоят, сразу несколько.
Черт, а здесь что, зона платной стоянки? Я даже внимания не обратил. Ну да — рядом с нашей машиной работник муниципальной службы, как раз собирается крепить на колесо блокиратор. Мужчина очень удивился, когда прямо перед ним мелькнула Алиса, заскакивая на пассажирское сиденье. Я уже прыгнул на водительское и тронулся практически сразу же, чтобы блокиратор на колесе не оказался.
Успели, надо же — еще полминуты и волгу только толкать.
Провожаемые возмущенными возгласами крайне удивленного работника муниципалитета, который кричал что нас в милицию сдаст, я задом вырулил на проезжую часть. Как раз в этот момент пытаясь нас подпереть, запереть в ряду припаркованных машин, сзади с визгом тормозов подъехала патрульная машина. Педаль я отпускать не стал, тем более бампер и так под замену — и не ударив, а толкнув патрульный седан, я проволок его боком пару метров.
Как-то недооценил мощь мотора волги — получилось гораздо круче, чем рассчитывал: толкаемая патрульная машина боком вошла в бордюр, и со скрежетом завалилась, переворачиваясь набок. Только пыльное днище с чистым — похоже недавно поменянным глушителем в зеркале заднего вида мелькнуло.
— Простите, простите меня пожалуйста, — пробормотал я, включая первую передачу. Стыдно мне было за такие асоциальные и преступные действия, прямо вот очень — поэтому я вдавил педаль в пол, стараясь побыстрее уехать с места такого позора.
Коробка так и оставалась переключенной в спортивный режим, поэтому колеса даже с дымком закрутились, разгоняя волгу. Меня вдавило ускорением в кресло, и в этот самый момент появился потерянный из поля зрения фургон. Я про него, с этим тараном патрульной машины уже и забыть успел.
Черный микроавтобус выскочил на ближайшем перекрестке, поворачивая в заносе прямо перед нами. Тяжелую корму фургона понесло, и он свалил далеко отлетевший парковочный автомат, который разбил витрину магазина.
А как здесь спокойно было, пока мы не приехали — мелькнула мысль.
Когда витрина еще осыпалась мириадами осколков, а фургон выруливал в нашу сторону, спрыгивая с тротуара и перегораживая дорогу, я выругался — вперед мне теперь ехать никак. Сбоку припаркованные машины, на одной из полос небольшая малолитражка доставки еды на аварийке, вторую полосу фургон перегородил. Бордюр высокий, на тротуар я не заскочу, поэтому резко нажал на тормоз — не пристегнувшаяся Алиса едва успела выставить руки, иначе бы лицом с размаху ударилась. Она и так ударилась, просто не сильно с размаху. Не выставила бы руки — могла бы нос сломать.
Я уже ехал задом, не обращая внимания на фургон, который нас догонял и активно моргал фарами при этом. Развернуться пока не получалось, поэтому так и двигаясь задом, все набирая скорость, я миновал сразу два перекрестка.
Не буду больше слушать свою демоническую интуицию — на такой блудняк я не рассчитывал!
Мелькали тормозящие и гудящие клаксонами машины, а я уже подъехал к следующему, T-образному перекрестку. Прямая дорога закончилась и мне нужно было принимать решение — куда поворачивать, налево или направо. Фургон по-прежнему висел перед капотом, активно сигналя и моргая фарами.
Я решил не поворачивать. Как ехал, так и поехал дальше — лишь чуть довернув руль и заскочив в увиденную арку двора. Проскочив которую, громко прокомментировал свою неудачу — поперек дворового проезда пятился задом мусоровоз. Неудача превратилась в победу — мимо мусоровоза я проскочил со скрежетом, оставив оба зеркала и щедро ободрав оба борта машины. Один об железный задний клюв мусоровоза, другой о стенку проезда.
Алиса завизжала от испуга, когда со звоном лопнуло боковое стекло и ее осыпало мелкими осколками. Через мгновение заскрежетала стойка, и у нас лобовое стекло улетело. Но на эти мелочи я не обращал внимания — задом уже выскочив со двора, оставляя позади перегородивший проезд мусоровоз, я сбил красно-белый шлагбаум. Выскочил на проезжую часть, развернулся под клаксоны удивленных водителей, после чего, наконец-то, поехал передом. Правда, теперь в лицо ветром дуло, так что волосы назад. Для меня больших проблем нет, тем более что на мне очки, да и волосы короткие, а вот Алиса некоторые неудобства испытывала.
Мелькнуло несколько улиц — как назло везде красный, так что приходилось проскакивать, нарушая. Счет сейчас идет на секунды — я примерно представляю, как работает план-перехват в таком городе как Москва, и далеко мне точно не уехать. Надо как можно скорее покидать машину, только место выбрать удобное.
Не очень понимая где нахожусь, я ловил взглядом какой-нибудь сквер или проходной двор, в котором можно бросить машину и уходить ногами. Слишком долго думал — совсем рядом послышался звук сирен. Сразу два автомобиля ГАИ появилось рядом, выскакивая как чертики из табакерки. Один, едва не протаранив, выскочил на косом перекрестке и уже догнав нас, начал поджимать сбоку, а второй сейчас ехал навстречу. Я ударил по педали тормоза — пропуская вперед поджимающий меня экипаж ГАИ.
Краем уха понял, что только что слышал выстрелы — и почувствовал, что машина ощутимо просела. Алиса закричала от страха, но я уже — чувствуя, как волга едет на ободах с правой стороны, свернул в первую попавшуюся арку, только очередной шлагбаум мелькнул отлетая.
Выругался, не сдержался — двор, в который я заскочил, оказался не сквозной. Времени расстраиваться не было — мы с Алисой уже выскочили из машины, осматриваясь. Все двери закрыты, но вон там вдалеке видна аккуратная металлическая труба вытяжки, и небольшой пандус — похоже, служебный вход в магазин. Так, поздно — следом за нами проехала машина ГАИ.
Но едва машина начала притормаживать, как раздался громкий звук удара, и машину ГАИ унесло вперед, загоняя в декоративный фонтанчик — так, что капот на ограждении высоко поднялся.
Преследующий нас фургон в этот момент оказался совсем рядом. Я стоял у водительской двери волги и смотрел на него через крышу. Фургон же притормозил с пассажирской стороны, со стороны Алисы, причем так, что открытое боковое окно оказалось на линии моего взгляда. И широкое лицо водителя, который сейчас смотрел на меня и громко кричал, ревел практически, показалось мне удивительно знакомым.
— Get in! Come on, come on! — понял я, что водитель кричит на английском, предлагая нам пошевеливаться и поскорее залезть в машину.
Причем громко он кричит — раскрасневшееся лицо искажено, на виске вены вздулись. Вот тут-то я его и узнал. Сидя за рулем массивного фургона, на меня смотрел и приглашал садиться товарищ Бергер, собственный персоной.
Когда мы встречались с ним в ином мире, я видел его
