— Чо-о?!
Закатываю глаза, киваю на пол, куда приземлилось якобы проклятое украшение:
— Вон ту штуку трогала? Как себя чувствуешь?
— Отстань от меня, понял! Не хочу слышать твой мерзкий голос!
— Значит, трогала... хм... Костя, ты мне брехал.
Голос черепа просто сияет язвительной радостью:
— Признайтесь, вы же для этого держали здесь девку? Хотели проверить подвеску?
Пожимаю плечами, не отвечаю. Костя неправ. Вредить Кисе я не планировал. Хотя мог бы и догадаться, что ума не щупать всё своими разбойничьими ручонками у нее не хватит. А так получается, что я испытал на ней «действенность магических артефактов». Вот только если бы с ней что-то случилось, не считалось бы это порчей моего имущества?
А еще Киса немного веселит Костю. Я это вижу. Да и со мной он не спешит вступать в отношения «игнора» из-за некоторых недопониманий. Как он там сказал? «Уверен, мы поймем друг друга». Если я правильно допёр в тонкий смысл этих слов, то он вряд ли бы не намекнул Кисе об опасности подвески. В общем, для могущественных черепов смеяться и издеваться над слабыми давно уже невесело. Так я мыслю.
Рассматриваю Кису. Видимых изменений в ней нет. Не думаю, что она проклята или что-то вроде того. А еще перстень, который она, ожидаемо, примерила и показала мне, на что он способен. Я полагал, что этот артефакт безопасен, раз принц его носил. Были сомнения только по поводу совместимости с телом. Физическая сила не может браться из пустого места. Принц худощав, но вполне натренирован и мускулист. Так же как и Киса. А с моим телом могло произойти что угодно. Порвались бы сухожилья или вытек из ушей жир.
Эх, что поделать. Я коллекционер проклятых и греховидных артефактов. Если бы лично совал нос в каждый графин с джином, то не дожил бы и до двадцати. Но и людей я не очень люблю использовать как лабораторных крыс. Жизнь — это не игрушка, а целая вселенная.
Усмехаюсь про себя. Тоже мне мизантроп, подвешивающий пацанов-насильников на суках. Не стоит обманываться внешностью этой кошечки. Она разбойница, воровка и, возможно, убийца, не сильно отличающаяся от Шмыга. Я ничего о ней не знаю.
Хм, если так подумать, то Киса... просто противоположность Лии. Но нисколько ей не уступает по красоте. Это как сочный шашлык и спелая черешня. Очень вкусно и то и другое. Но разное.
Из размышлений меня выбивает ехидный голос Кости:
— Я же говорил, что у вас черная душонка, мастер. Использовали девку, чтобы проверить проклятый артефакт. Еще немного и повышу вас до «О, великий». Очень рекомендую вам заняться искусством энтропии.
Сам додумал, сам порадовался. Вот что значит «атрофированное за тысячи лет мышление».
Киса щерится:
— Вот значит что... Теперь понятно, для чего ты меня тут держал и ничего не требовал.
Да нет же, блин...
Костя не унимается:
— А ты что думала, девка? В сказку попала? Добро пожаловать в обитель тьмы нового Властелина Смерти. Пока он не вырос, у тебя еще есть шанс скинуть с себя эти тряпки, встать перед ним на колени, широко открыть грязный ротик, высунуть слюнявый язычок и...
— Закрой свою пасть!!! — визжит побагровевшая Киса.
Молча делаю «фейспалм». Как же я умудрился попасть в этот балаган?..
***
Мы молчим уже минут двадцать местного времени. Слышатся только редкие «ква» и мое ленивое прожёвывание. Я старался не спешить с едой, чтобы насыщение пришло быстрее, чем ощущение набитого пуза.
Костя больше не проронил ни слова, но я знаю, что он делает — наслаждается нависшей атмосферой.
Я не съедаю всё, хотя хочется. Легкий голод должен остаться и преследовать меня очень и очень долго. Калории придется сжигать не за счет еды, а за счет внутренних жировых прослоек. Хотя на зелень можно и налечь. Ею не наешься, но пищеварению поспособствует.
С насыщением приходит и сонливость. Зеваю.
— Ква!
А, точно. Спрашиваю:
— Костя, ты спишь?
— Очень смешно, мастер.
— За жабу с меня сколько берешь? — на всякий случай уточняю, тычу пальцем в ту, которая сидит на плече, а не дуется в углу: — Надеюсь не временем пребывания, а по весу?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Даже не знаю... Одушевленное, живое существо. Или вы считаете, что тварь больше похожа на камень, чем на вас?
Вот ему лишь бы потрепаться.
— На камень.
— Ква!!!
Удивленно кошусь на плечо. Хочу почесать красотку, но она вцепляется за пальцы беззубой пастью. Не больно, но влажно. Подношу к лицу руку с висящей на ней жабой. Мотаю, как маятник.
— Так... А вот это напрягает. Костя, она поняла, что я сказал?
— Если это так, то у меня для вас плохая новость, мастер.
— Какая?
Киса в углу прыскает:
— Ты тоже жаба.
Очень смешная шутка. Так. Они с Костей объединились, что ли? Костяной предатель!
Не без труда отрываю от себя жабу и она, квакнув, соскальзывает с рук, вприпрыжку сматывается под стол.
— Очень странная лягушка...
— Точно, мастер. Ладно уж. Возьму с нее единоразово, как за килограмм веса. Час жизни.
Какая щедрость. Понимает, что я вышвырну жабу, если за нее придется платить почасово. Странно. Он хочет ее тут оставить? Или я домысливаю?
Кстати, по поводу растрат. Оборачиваюсь на Кису. Она сидит в углу, обняв колени:
— На свободу хочешь?
Зло косится на меня:
— За дуру меня держишь?
— Совсем нет. Ты же понимаешь, что я тебя не отпускаю только потому, что ты знаешь про это место.
Хм. Судя по изменившемуся выражению лица, я ее переоценил. Не-а, не понимает.
— Боишься, что я проболтаюсь о твоих дела с магией смерти? Правильно боишься. Тебя сожгут на главной площади Аббатства на потеху детишкам.
Эм... Зачем она это сказала? Вот просто зачем...
Вздыхаю:
— Зря на меня зубы точишь. Что бы ты там ни думала, к смерти твоей семьи я не имею никакого отношения.
Череп радостно вмешивается:
— Подтверждаю, девка. Во-о-обще никакого. Ты даже не представляешь, насколько «никакого».
Напрягаюсь:
— Так, Костя. Давай-ка без скользких намеков.
— Как скажете, мастер. Знаете же, что из меня никаких ваших секретов не вытянуть.
Вот гад. Киса щерится, явно пытаясь догнать, о чем мы говорим:
— Мне плевать. Ты из Дома Галленов. Этого достаточно, чтобы перерезать тебе глотку.
Костя как-то приунывает:
— Мастер, что-то девка скучная. Может, избавитесь от нее?
— Гори в бездне, череп! — рычит Киса.
— Вот об этом я и говорю. Ты тупа, как навоз склирза. Догадываешься, что мастер непричастен к твоей великой трагедии, но продолжаешь обвинять муравья за то, что тебя покусал волк. Просто потому, что он тоже часть природы.
Вздергиваю бровь:
— Ого, как ты заговорил.
— А вы думали я только шутить умею, мастер? Девка, тебе не хватает мозгов воспользоваться тем, что ты совершенно случайно стала частью чего-то большего. Частью великого анклава.
Киса шипит:
— Тоже мне радость. Ты только болтать умеешь, колдун. Знаю я таких...
Голос Кости становится до неприятности серьезным:
— К счастью, ты вообразить не сможешь таких, как я. Потому что таких никогда не было и никогда больше не будет ни в одном из миров.
Очень хочется пожать плечами и пофыркать на пафосность черепа, но он так редко это делает, что я благоразумно решаю промолчать. Может, мне и кажется, но Киса его будто чем-то зацепила. Чем — непонятно. Ничего особенно в ее мстительном психозе я не заметил.
Киса ерзает на месте. Она тоже чувствует сгущающуюся, как кисель, атмосферу чего-то неприятного. Поднимает взгляд на недвижимый череп на подставке:
— Если ты такой умный, что мне предлагаешь? Стать рабыней в пещере?
Атмосфера просто вжимает в пол:
— Я дам тебе совет. Один раз.
Мы с Кисой перестаем дышать. Не знаю почему, но череп может сказать что-то очень важное. Его голос сквозит морозом:
— Ради шанса добиться своей цели ты должна... — озорно хихикает: — Прямо сейчас станцевать голышом, девка. Изгибаясь, как никогда не изгибалась. Чтобы мы рассмотрели все твои щелочки и выпуклости.
