– Да и вы тоже, – не преминул съязвить Роман. – Что вы намерены делать?
– Узнать правду. И во что бы мне это ни обошлось. Я мог не увидеть ее лица, мог не запомнить многих других женщин, но я никогда не забуду всего лишь одну деталь этой ночи... – Алексей почувствовал, как кровь приливает к его лицу.
– Соблазн?
– Новая встреча!
– И что тогда, ваше высочество? Если эта женщина, покорившая ваше сердце, окажется именно той, кто так преследует вас в ваших снах? Да, что тогда?
– Я не знаю. Не могу даже себе это представить. Если это она... Придется принять все, как есть. – Он прищурился. – Мисс Эффингтон хочет поиграть со мной, Роман. Я не люблю такие игры, хотя почти всегда выигрываю. И это, мой друг, уже не надменность, а факт.
– Опасная игра, не так ли, ваше высочество? – ответил граф так спокойно, как будто это его совсем не тревожило. – Ваше сердце поставлено на карту, а я знаю, что вы никогда не рисковали своим сердцем.
– Риск есть в любой игре, когда выигрывает один.
Возможно, у него не будет будущего с Памелой. Возможно, что у него будет всего лишь один сегодняшний день.
– Моя жизнь в эти дни полна таких поступков, каких я прежде никогда не совершал. Не знаешь, чем все это закончится. Но я всегда любил игру, загадки и все такое прочее, независимо от результата. – Алексей иронично улыбнулся. – Я намерен и теперь получить удовольствие.
Глава 9
Когда я увижу Миллисент, я не дам ей вспомнить то, что она разбила мое сердце. Более того, я подавлю в себе желание хорошенько отшлепать ее. После всех лет, проведенных за границей, ей это должно понравиться.
Сэр Уинчестер Робертс
– Мисс Эффингтон, Памела, я так рад, что вы согласились увидеться со мной! – Алексей быстрым шагом пересек библиотеку навстречу Памеле. – Я боялся, что после нашей утренней прогулки вы будете избегать меня. Вы отсутствовали весь день.
– Я навестила родных. И очень рада. А что касается того, что я стану избегать вас... это все пустяки. – Памела одарила его улыбкой.
Трудно было поверить, что несколько часов тому назад им хотелось задушить друг друга.
– Кстати сказать, я не могла игнорировать ваше милое письмецо, ваше высочество. – Она протянула ему руку. – Алексей...
– Значит, в ней было достаточно извинений? – Он поднял ее руку для поцелуя.
– Достаточно, да.
– И достаточно раскаяния? – Он смотрел ей в глаза.
– Вполне достаточно.
– И сожаления? – Он поцеловал ее ладонь. – Покаяния?
Она вскинула брови:
– Письмо было кратким.
– Значит, вы прощаете меня?
– Конечно! – Ей этого не хотелось делать, но она вырвала свою руку. – За что я должна простить вас, собственно говоря?
– Как за что? – вздохнул он. – А моя грубость, надменность? Ваши секреты – только ваши, как и ваше прошлое – это только ваше прошлое. И если мы когда-то встречались в прошлом, а вам не очень-то хочется в этом признаться, то я буду думать, что у вас на это есть своя причина.
– Вы так думаете? – Памела с интересом посмотрела на него.
Алексей был не из тех мужчин, которые легко отказываются от того, что им хочется узнать.
– Я не могу себе представить какая, хотя кое-что все же приходит мне на ум.
– Неужели?
– У меня удивительно богатая фантазия, Памела. Иногда я даю ей волю, особенно когда это касается женщин, с которыми я встречался. А уж если я женщину целую...
– Вы никогда не забываете женщину, которую поцеловали?
– Именно так.
– Могу я спросить, что вы получаете в ответ?
– Надеюсь, вы мне это скажете. – Заложив руки за спину, Алексей зашагал по библиотеке, напоминая своего учителя латыни. – Во-первых, мне показалось, что у вас ужасный акцент и вы потеряли память.
Памела покачала головой:
– Не помню, чтобы я когда-либо теряла память.
– Как вы можете помнить что-либо, когда у вас нет памяти?
– Верное замечание.
– Я призадумался. Возможно, этот поцелуй – препятствие для каждого из нас, и вы постараетесь сделать это такой же тайной, как ваши другие неприятные воспоминания из прошлого.
Памела подавила улыбку.
– Не очень хороший поцелуй?
– Это вполне возможно. Я подумал: а вдруг мой поцелуй помешал кому-нибудь другому? Вдруг вам захотелось выбросить его из памяти? – Он посмотрел на Памелу. – Чтобы потом не разочаровываться.
– Понимаю. – Памела прикусила губу, чтобы не рассмеяться. – Если ваш поцелуй...
– Лучше говорить «наш поцелуй».
– Хорошо, наш поцелуй был такой отвратительный, что мне просто хочется его забыть. И я заставлю себя это сделать.
– Потому что вам пришлось бы сравнивать меня с другими мужчинами, – он ехидно улыбнулся, – и не в их пользу. Вы должны согласиться, что последнее вполне возможно.
Памела на этот раз не удержалась от смеха:
– Звучит надменно, вы так не считаете?
– Да, по-видимому. Надменность – это мой крест, как и мое обаяние. Что вы думаете о моих теориях?
– Очень хорошо, – улыбнулась Памела. – Вполне приемлемы.
– И точны.
– Я бы их назвала интересными, а не точными.
– Я рад, что вы так думаете. – Алексей улыбнулся и указал рукой на поднос с чайными чашками и тарелку с бисквитами на столике у камина. Бокалы и графин с бренди стояли поодаль на другом столике. Все это приготовил Грэм.
– Легкая закуска? Я подумал, что вам захочется выпить чаю или даже бренди, если предпочитаете. Сейчас, в это время дня, я люблю хороший бренди, но, возможно, для вас это слишком рано.
– Выпить чаю – это прекрасно! Я подозреваю, что теперь мне понадобится все мое остроумие.
Алексей с пониманием улыбнулся, от чего у нее что-то дрогнуло в сердце.
Это невозможно, но ей казалось, что она уже была готова броситься в его объятия. Она глубоко вздохнула и окинула взглядом библиотеку:
– Где здесь за гардинами прячется Грэм? Или я сама себе налью чай.
Алексей засмеялся:
– Здесь нет ни Грэма, ни вашей тетушки. Я сам убедился в этом.
– Неужели? – Памела подошла к подносу.
Налив чашку чаю, она присела на край софы.
– Почему вы это сделали?
– Потому что я хочу поговорить с вами наедине.
– Почему?
Памела прищурилась, на что Алексей рассмеялся:
– Подойдите ко мне, Памела. И не смотрите на меня так! Я уже перед вами извинился. Я уже распростерся перед вами ниц, но...
– Едва ли.
– Допустим, я не падал ниц, – пожал плечами Алексей. – У меня еще не было такой привычки.
– Я буду рада помочь вам получить ее. – Памела мило улыбнулась.
