смертная казнь. Это я, попавшая сюда из другого мира, на голову отбитая, что позволила себе завраться, но… откуда ж мне было знать, что это аж до первой полосы газет дойдет? Одно дело – на словах и в записочке Бестиана провоцировать, но вот так вот… И дворецкий тоже хорош, захотел пропиариться за чужой счет и первым донести «сенсационную весть» до средств массовой информации, негодник…
Но пока что у меня еще была фора по времени аж до конца занятий, и я решила на это время отключить истеричность и просто внимательно понаблюдать за Бестианом. Может, пока наблюдаю, какие-нибудь дельные мысли придут в голову… Надежда умирает последней, сразу вслед за надеющимся, ага.
Бестиан тем временем прищелкнул пальцами, открывая телепортационную воронку около трибуны, и попросил всех студентов проследовать за ним на площадку для практических занятий, взяв с собой только блокноты и ручку.
– Так на полигон же ножками пройти можно, – удивленно заметила Алисия, кивнув в сторону окна, за которым прекрасно было видно возвышающиеся неподалеку силуэты строений, у которых проходили практические занятия боевых магов.
– А кто сказал, что мы идем туда? – усмехнулся Бестиан. – Мы отправляемся в лес.
– З-зачем? – Алисия аж заикаться начала, а глаза ее округлились, явно в красках представляя, что именно может сделать со студентами в лесу Хозяин нечисти, воображение у нее было буйное, похлеще моего.
– Некоторые виды нечисти руководство разрешает размещать в моем бестиарии при академии и выводить ее на полигон для работы со студентами, но есть нечисть, с которой необходимо знакомиться исключительно в ее среде обитания, – пояснил Бестиан. – Именно к такой мы с вами и направляемся, в один лес, который я очень хорошо знаю.
– К нечисти? Мы прям в лес к какой-то нечисти пойдем? – Алисия вцепилась в свою школьную сумку так, будто надеялась на ее помощь в сложившейся неприятной ситуации.
– Ну, лично вы можете не ходить, мисс ди Райн. Можете вообще прямо сейчас покинуть аудиторию, и в следующий раз мы увидимся с вами только на индивидуальном экзамене, – непередаваемо ироничным тоном произнес Бестиан. – Я здесь никого насильно не держу. Всего лишь требую строгого соблюдения Устава академии.
Алисия поджала губы, насупилась, но больше ничего не сказала. Никуда уходить она, конечно, не стала, и кинула сумку на лавку, взяв только ручку и блокнот, как и другие студенты.
Бестиан одобрительно кивнул и обернулся к дилмону, замершему у его ног.
– Феся, я пойду вперед, ты замыкаешь.
Дилмон активно зашевелил усиками и издал короткий стрекот. Согласно «кивнул», надо понимать.
Студентов, однако, такое заявление напрягло.
– А этот ваш дилмон не набросится на нас, когда вы первый скроетесь в телепортационной воронке? – вновь подала голос тревожная Алисия. – Не то чтобы я не смогу от него отбиться в случае опасности, вы не подумайте, я не трусиха! Но все-таки? На нем защитный ошейник, я надеюсь?
– Ошейник действительно защитный, – кивнул Бестиан. – Но он защищает не людей от Феси. А Фесю – от людей.
– В смысле?
– Мисс Райн, как вы думаете, сколько желающих убить моего Фесю возникает при одном только взгляде во время первого знакомства с этим дилмоном?
– Ну… У многих, наверное, такое желание возникает…
– Ага. У всех, – хмыкнул Бестиан. – И такая реакция людей совершенно естественна и нормальна. Но она расходится с моим восприятием нечисти, так что мне приходится ограждать своих инсо́мнио от негативного воздействия недружелюбно настроенных людей.
– Своих… кого?
– Инсомнио. Так называется нечисть, особо сильно привязанная ко мне и живущая гораздо дольше обычного своего короткого периода жизни, – охотно пояснил Бестиан. – За счет того, что я регулярно кормлю такую нечисть своей магией, она начала мутировать, но не в плохом смысле, а в хорошем: они стали более разумными, а еще у них значительно увеличилась продолжительность жизни. Это уже не просто нечисть – это инсомнио, мои верные разумные слуги. Я все еще нахожусь в процессе наблюдения за такой нечистью, это эксперимент, растянутый на долгие годы, десятилетия и, я надеюсь, столетия, но все-таки совершенно точно можно сказать, что моя магия очень приятна и полезна для огромного количества нечисти. Этот дилмон – самая первая нечисть, с которой я вошел в контакт, когда во мне проснулся дар понимания и управления нечистью. Обычные дилмоны живут совсем немного, порой всего несколько недель, а Феся со мной с моих шести лет, и, к счастью, он не подает признаков скорой гибели. А еще он стал намного умнее. Не так ли, Феся?
Бестиан присел на одно колено и погладил дилмона по черному панцирю, как если бы собаку за ушком потрепал. С ладони Бестиана при этом сорвалось несколько голубых магических искр, которые тварь в себя охотно впитала. А потом довольно завиляла хвостом и поставила передние лапки на колено своего хозяина, потянувшись за ладонью так, будто требовала еще ласки и лакомства.
И пока все студенты удивлялись в целом такой картинке, я задумчиво смотрела на следы, которые оставлял дилмон на брюках Бестиана. Вспомнила, что такие же следы видела ранее в кафе и сделала предположение, что Бестиан очень любит домашних животных.
М-да… Оригинальные у него питомцы, нечего сказать.
Но в том, что он их любит, сомнений не было: на дилмона он смотрел с такой нежностью, будто перед ним не сомнительной красоты опасная тварь стояла, а породистый конь как минимум. Вот нашла же я, чьей рейной притвориться, везет мне, как утопленнику…
– Феся прекрасно знает, что моих студентов трогать нельзя, и что за малейшую попытку навредить кому-то он будет жестоко наказан, – добавил Бестиан. – Не так ли, Феся?
Дилмон ничего не ответил, только вновь издал короткий стрекот. Вернее, это он как раз ответил, только на своем языке, который мы понимать не могли.
– Боже, какие же они страшные, эти дилмоны… – с благоговейным ужасом прошептала Нелли, стоящая за моей спиной.
Она тихо прошептала, но Бестиан все равно услышал.
– На вкус и цвет. У нас с вами разный взгляд на нечисть, мисс ди Тозе́. Я не считаю какую-либо нечисть страшной. Она для меня красивая.
Я с улыбкой глянула через плечо. На лице Нелли было написано всё, что она думает по поводу такой «красоты».
– Красивая? – с сомнением протянула она, полными ужаса глазами глядя на дилмона.
– Конечно! Вы только посмотрите, какие у него чудесные усики! Они служат своеобразными антенками для дилмона, но при этом могут мгновенно принимать форму щупалец, которыми намертво впиваются в жертву, пока не высосут из него магию досуха, – охотно пустился Бестиан в объяснения. – А панцирь,
