не терпится увидеть следующее имя.
Я уже знала, что Тэмми бессердечна, но её слова поразили меня в самое сердце.
Так или иначе, до вечера было ещё далеко. Я повернулась и, не попрощавшись, двинулась прочь по дороге.
– Встретимся на поляне, Опиас. Я буду там, когда стемнеет.
Шагая к дому, я задавалась вопросом, что станется с вороном, когда наш ковен будет разрушен. Неужели он исчезнет? Или я просто потеряю с ним связь?
Я знала, что буду по нему скучать, но гораздо важнее предотвратить новые смерти. Теперь я понимала, что рано или поздно имя мамы тоже появится в книге. Это только вопрос времени.
Мэн… До сих пор у меня не было времени поразмышлять о том, что мама и папа в Мэне. Теперь же я раздумывала, смогу ли купить у Пэррисов свою свободу? Отпустят ли они меня?
Жаль, что осталось так мало времени. Я могла бы наколдовать побольше монет и выкупить себя, но, в конце концов, покончить с Тэмми гораздо важнее. Во всяком случае, теперь я знала, куда идти – на север.
Приблизившись к дому, я увидела Томаса, сидящего на каменной стене.
– Как всё прошло? – тихо спросил он.
– Что ж, мой первоначальный план провалился, но потом мы договорились, что не станем налагать на тебя любовные чары, а вместо этого наложим отворотное заклинание на Мерси Льюис. Тэмми убеждена, что в этом случае ты вернёшься в её объятия.
Он покраснел.
– Извини, Томас. Мне не следовало говорить это вот так, напрямую.
– А мне не следовало влюбляться в Тэмми Янгер.
– Тут не поспоришь. А как чувствует себя Бетти?
– Появилось ещё больше пятен. И жар не спадает, но она держится. Мама выглядит так, словно за один день постарела на двадцать лет. Вайолет, я никогда не видел ничего страшнее…
– Мне жаль, что я навлекла на вас такую беду.
– Я знаю, что представляет собой Тэмми. И я уверен, что ты ни за что не стала бы ничего писать в той книге, если б понимала, чем это обернётся.
– Надеюсь, что ты прав. Томас, ты не знаешь, где именно в штате Мэн живут мои родители?
Он склонил голову набок.
– С чего ты взяла, что они в Мэне? Отец никому из нас не говорил, куда они отправляются. Если по правде, то, скорее всего, он и сам не знал. Похоже, он даже не потрудился выяснить, что за человек их купил.
– Мне сказали, что они в Мэне. Через несколько дней я покину Салем и отправлюсь искать их.
– Я сделаю всё, чтобы тебе помочь. Даже если ради этого придётся тебя похитить и увезти под покровом ночи.
– Нет, когда я уеду, это будет при свете дня. Я честно заработаю себе на поездку на север, не согрешив перед Богом и не посрамив имя родителей.
Он кивнул.
– Проверю, как там Бетти, – сказала я. – Мне нужно увидеть её страдания, чтобы изгнать страх из сердца, укрепить решимость и сразиться с Тэмми Янгер сегодня вечером.
– Вам с Элизабет ничего не угрожает?
– Не знаю. Но в любом случае, нам некого винить, кроме самих себя. И риск оправдан.
– Я могу пойти с вами.
– Если Тэмми увидит тебя, она поймёт, что мы готовим ловушку. Спасибо за заботу, но мы с Элизабет должны всё сделать вдвоём.
– Я понимаю. И буду за вас молиться.
– Прибереги свои молитвы для Бетти. Ей они сейчас нужны больше, чем кому бы то ни было.
Я вошла в дом. Эбигейл по-прежнему сидела за столом, так и не доев свой хлеб.
– Ей становится хуже. – По лицу Эбигейл покатились слёзы. – Она ужасно выглядит и едва дышит.
Я выглянула в окно, желая, чтобы солнце поскорее село и мы могли начать колдовать.
Набрав свежей воды, я поднялась по лестнице и заглянула в комнату Бетти. Преподобный стоял на коленях у кровати, сжимая в руках библию, а миссис Пэррис тихо плакала.
Я подошла на несколько шагов и судорожно вздохнула. Бетти было трудно узнать. Всё тело бедняжки покрывали гнойные язвы, и я, как ни старалась, не сумела разглядеть под ними её некогда нежные черты.
Миссис Пэррис посмотрела на меня.
– Вайолет, тебе не следует здесь находиться.
Я кивнула.
– Мне так жаль!
Она склонила голову.
– Сейчас мы можем только молиться за неё, Вайолет. Но я боюсь, что мы потеряем Бетти.
Я задумалась: если бы Тэмми сейчас увидела несчастную Бетти, захотела бы она и дальше воплощать свой план мести? Я надеялась, что нет, но Тэмми Янгер и впрямь ожесточила сердце. Думаю, Бетти – даже в таком ужасном состоянии – не удостоится её сочувствия.
Сегодня вечером мне нельзя проиграть!
– Мне так жаль! – повторила я. – Я молюсь за Бетти. Чем я могу помочь?
Госпожа Пэррис покачала головой.
– Вайолет, тут ничего не поделаешь. Пожалуйста, уходи. Я не вынесу, если ещё кто-нибудь в этом доме заболеет.
Впервые я увидела в её глазах сострадание. Возможно, боясь потерять дочь, она открыла своё сердце – пусть и совсем чуть-чуть.
Я повернулась и помчалась по лестнице. А оказавшись внизу – расплакалась.
Эбигейл подошла ко мне и заключила в объятия.
– Мы потеряли так много времени из-за нашей глупости и лжи, Вайолет. Мне очень жаль.
– Кажется, извинений уже достаточно, чтобы потопить корабль, – сказала я, с трудом давя рыдания.
– Я не думаю, что Бетти справится, – призналась Эбигейл.
Мне хотелось сказать ей, что она ошибается и Бетти выздоровеет, но я и сама уже не была в этом уверена.
Глава 29
Я мерила шагами комнату, ожидая, когда небо потемнеет. Если б сейчас была зима, я бы отправилась в лес ещё час тому назад.
Томас и Эбигейл сидели за столом, перед ними стояли тарелки с остывшим рагу.
– Уже поздно, Вайолет, – сказал Томас, указав подбородком в сторону окна.
Я вдруг сообразила, что Эбигейл будет ночевать в моей комнате. Она заметит, если я уйду. Попытается ли она остановить меня? Я решила, что должна быть честна с ней – ну, настолько, насколько это вообще возможно.
Подойдя к столу, я села напротив неё.
– Эбигейл, скоро мне придётся уйти на некоторое время.
– Уходишь, когда Бетти едва дышит? Куда ты собралась?
– Я не могу сказать, но, если Пэррисы спросят, ты должна сказать, что я сплю.
– Как ты осмеливаешься выходить ночью, когда по городу шастают во́роны и змеи? – воскликнула она.
– Я пытаюсь помочь Бетти.
