что я тут же заговорила с Найтом, как только он выпустил меня из виду.
– Тебе стоило дождаться меня, – сердито прошипел он.
– Я что, должна делать все, что ты прикажешь?! – ответила я не менее грубо.
Он заметно напрягся. Я поняла, что он борется сам с собой. Неожиданно глубоко вздохнул, и его голос стал значительно мягче.
– Нет, ты не должна делать все, что я скажу. Просто надеялся, что смогу провести с тобой вечер. Я хотел получить хотя бы один шанс. Я просто не понимаю, почему тебя постоянно тянет к нему. Неужели ты не видишь, что он никогда не сможет ответить на твои чувства?!
Я безмолвно смотрела на него. Он говорил с таким пренебрежением, будто я казалась ему самым глупым существом на свете, которое не желает смотреть правде в глаза. Дюк, очевидно, не заметил собственного промаха. Он непоколебимо продолжал, решив, что я молчу, потому что осознаю свои ошибки и соглашаюсь с ним.
– Хотя бы попробуй. Ты забудешь его очень быстро, поверь. Я сделаю тебя счастливой.
Неожиданно он схватил меня еще крепче и прижал к себе. Я вздрогнула от страха, но все происходило слишком быстро. Только осознала, что его лицо приближается ко мне, как тут же почувствовала прикосновение его губ. Они были влажными и твердыми. Еще до того, как я успела защититься, он засунул язык в мой рот. Он оказался скользким, мокрым и таким противным, что у меня чуть не стошнило. Я уперлась руками в его грудь и вырвалась. Не колеблясь ни секунды, побежала прочь из зала. Краем глаза увидела, что Найт хотел пойти за мной, но Скай удержал его. Я порадовалась этому, потому что сейчас никого не могла видеть. Я чувствовала себя очень грязной и ужасно уязвимой.
Глотая слезы, я бежала по одному коридору за другим. Меня снедали стыд и ненависть к Дюку и самой себе. Почему я не успела предотвратить это?! Где-то за моей спиной раздались голоса.
– Габриэла, стой! – крикнул Дюк.
– Черт возьми, отстань от нее, идиот! – а это уже Тандер. – Ты вообще хоть что-нибудь понимаешь?! Она не хочет тебя видеть!
Я свернула в галерею, по одной стороне которой находились огромные окна. В небе сияла полная луна, заливая школу ярким светом. Идеальная ночь для бала, пролетело в моей голове. Я попыталась подавить воспоминания, но снова и снова видела перед собой Дюка и чувствовала его прикосновения. И тут краем глаза заметила какое-то быстрое движение. Почему-то оно так сильно удивило меня, что я остановилась и стала присматриваться к происходящему за окном. Пытаясь отыскать то, что привлекло мое внимание, я вглядывалась в темноту. Вот оно! Снова!
По лужайке пробежала черная тень. Она двигалась вдоль кустов и торопилась к одному из боковых входов, которые обычно запирали на ночь. Незадолго до того, как она добралась до него, обзор преградила стена дома. Я не могла поверить своим глазам. Кто это пытается попасть в школу посреди ночи? И зачем? Что-то говорило мне, что эта тень не принадлежит ни учителю, ни ученику. Попытавшись выкинуть это из головы, я побежала дальше. Именно в этот момент меня нагнал Дюк, преследуемый Тандер, Селестой и Шэдоу.
– Подожди! – снова крикнул он.
– Оставь меня в покое, придурок! – ответила я и бросилась прочь, к ближайшей лестнице. Остальные уже находились прямо за моей спиной и тоже увидели, как темная фигура исчезла за дверью. Я знала, чей это офис. Все в нерешительности остановились. Тень вбежала в кабинет директора.
– Что здесь происходит? – спросила Тандер. – Кто это?
– Без понятия. Я видела его на территории школы, и это точно не работник интерната и не его ученик, – пробормотала я.
– Взломщик? Или, может, демон? Но что ему понадобилось в кабинете директора?! – спросила Селеста.
– Что-то тут не так… Что ж, остается только одно, – поразмыслив, продолжила Тандер. – Посмотрим, там ли еще этот парень.
Без колебаний она заколотила в дверь.
– Эй, вы там! Мы знаем, что вы внутри, немедленно выходите! Вы в ловушке, так что лучше сдавайтесь!
Ей обязательно поступать так необдуманно?! Что, по ее мнению, сейчас сделает эта тень? Уж точно не выйдет к нам только потому, что Тандер потребовала этого.
Но в комнате действительно послышались приближающиеся шаги. Спустя какое-то время дверь распахнулась, и перед нами оказался господин Сифар.
– Что такое? – с улыбкой спросил он.
– Мы не хотим показаться невежливыми, но мы видели взломщика, проникнувшего в ваш кабинет. И забеспокоились, все ли с вами в порядке.
– У меня все хорошо. Я один. Здесь больше никого нет.
– Не может быть, мы слышали разговор.
Она лгала так уверенно, что даже я на секунду задумалась, не правда ли это.
– Ладно, – раздался голос из глубины комнаты. К нам вышел человек в черном плаще с капюшоном и встал рядом с директором.
Тандер отступила на шаг, все благоговейно рассматривали чужака. Они что, знали его?
– Рано или поздно они все равно выяснили бы, – сказал мужчина.
Услышав его голос, я поежилась, потому что он показался мне необычно знакомым. Но как это возможно? Я судорожно пыталась вспомнить, где слышала его. Но еще до того, как пришла к какой-то мысли, он снял капюшон.
– Это и в самом деле он, – удивленно прошептала Селеста и ошеломленно приложила руку ко рту. – Вентус Картер.
Я потрясла головой, не веря своим глазам. Неужели это возможно? Что происходит? И только спустя какое-то время до меня дошли слова Селесты. Она сказала «Вентус». Один из венари, лучший среди радримов. Его темно-карие глаза остановились на мне, пытаясь прочесть мои мысли, но я и сама не знала, что думать. Я просто растерялась. Застыв на месте и дрожа, смогла пролепетать только одно слово:
– Отец?
Остальные в ужасе посмотрели на меня. Похоже, они не знали, как реагировать на это, но потом Шэдоу недоверчиво пробормотала:
– Отец?! Это значит?!. – Она переводила взгляд с Вентуса на меня.
Мужчина кивнул.
– Да, Габриэла – моя дочь.
Я снова сглотнула. Теперь поняла, почему меня приняли в элитную школу. Все это благодаря его авторитету.
– Габриэла, мне жаль, – начал он. – Я не хотел, чтобы ты узнала это таким образом.
Наверное, он говорил правду. Вероятно, хотел, чтобы я вообще об этом не знала. Я почувствовала безграничное разочарование. Он лгал моей матери и мне на протяжении многих лет. Мы всегда думали, что его зовут Александр Франкен. Моя мать после свадьбы взяла его фамилию и носит ее до сих пор.
– Почему? – в ярости закричала я. – Твоя собственная дочь не должна знать, кто ты на самом деле?!
– Ты знаешь, кто я.
Я потрясла головой.
– Нет, я этого не знаю. Да и откуда?! Ты лжец!
Я больше не могла бороться с этими раздирающими чувствами. Это было невыносимо! Я не хотела ни видеть его, ни слышать его отговорки.
