него. Как он жалок! Какая разница, кто первый начал? Это не играло роли, потому что я точно знала одно: Найт явно не повел бы себя так, как Дюк. Он не стал бы шантажировать, принуждать к чему-нибудь и никогда не напал бы из засады. Поэтому его слова отскакивали от меня, как от стенки. Я просто кивнула, потому что говорить на эту тему не хотела. Я мечтала как-нибудь пережить этот вечер и потом больше никогда не общаться с этим парнем.
– Ты мог бы принести мне что-нибудь попить?
Он немного поколебался, но в конце концов кивнул и отправился к шведскому столу. Сначала я смотрела ему вслед, но потом снова повернулась к толпе. Многие танцующие пары выглядели очень счастливыми, и даже школьники, пришедшие без сопровождения, похоже, получали удовольствие от бала. Я улыбнулась, обнаружив Шэдоу и Селесту. Они обе уже нашли себе по партнеру и кружились с ними в танце, двигаясь очень изящно и грациозно. Я сама совсем не умела танцевать. Я любила музыку, но чувства ритма у меня не было.
Неожиданно мой взгляд приковала одна из пар. Она смотрелась потрясающе и танцевала просто великолепно. Я думала, что так бывает только в кино. Они скользили над танцполом, будто это проще простого. Их изящные движения выглядели совершенно естественными. Когда они повернулись и медленно двинулись в моем направлении, я узнала молодого человека. Найт. Я и не сомневалась, что он хороший танцор. Их заметила не только я, другие тоже наблюдали за ними. Они держались просто и изящно, порхая по залу, глядя только друг на друга и забыв обо всех вокруг.
Перед моим лицом появился стакан. Дюк протянул его мне с горькой миной. Поблагодарив, я взяла его и сделала глоток. Вообще-то пить я не хотела, но так, по крайней мере, мне было необязательно говорить с ним.
– Может, мы все-таки потанцуем? – спросил он, когда началась новая песня.
К счастью, отвечать мне не пришлось, потому что неожиданно рядом с ним оказался его друг. Снейк, если я правильно помнила.
– Дюк, не подойдешь ненадолго?
Он кивнул.
– Сейчас вернусь.
Он не стал ждать моего ответа и исчез вместе со своим приятелем в направлении выхода. Груз упал с моих плеч, наконец-то я могла свободно вздохнуть. Я проложила путь к шведскому столу, чтобы еще раз наполнить стакан. Так у меня будет еще пара минут, чтобы избегать разговора с ним.
– Не похоже, что ты веселишься, – произнес голос за моей спиной, и я сразу поняла, кому он принадлежит.
Я повернулась и посмотрела на Найта, медля с ответом. Чувствовала себя виноватой. Наверное, он считает меня лицемеркой. Еще пару часов назад так плохо отзывалась о Дюке, а теперь я здесь именно с ним. Я была уверена, что Найт видел нас вместе. Но в его взгляде не заметила ничего, что указывало бы на досаду или злость. Он скорее выглядел открытым, дружелюбным и мягко улыбался.
– Все на самом деле не так, как выглядит, – пробормотала я и смущенно опустила глаза.
Он рассмеялся.
– Надеюсь. Потому что выглядит так, будто ты пришла на собственную казнь.
Тут невольно улыбнулась и я.
– Нет, видимо, тогда все именно так, как выглядит, – ответила я.
Он понимающе кивнул.
– Пока благородный господин оставил тебя одну, – начал он, – может, мы проведем немного времени вместе?
– Лили не против того, что ты сейчас со мной?
Слова просто выскользнули из меня… Удивленно распахнув глаза, от чего у меня перехватило дыхание, он ответил:
– Нет, с чего бы? Мы просто хорошие друзья. Сейчас у нас что-то вроде командной встречи.
Я посмотрела на Ская и остальных. Только сейчас поняла, что девушка, пришедшая с Сафиром, – это Юки, вратарь «Волков».
– К тому же у Лили есть друг, он учится в другой школе.
Тут я невольно смущенно улыбнулась.
– Ну что, потанцуем? – спросил он.
Я в ужасе посмотрела на него и испуганно потрясла головой.
– Я… я не умею танцевать. Совсем нет. Это настоящая катастрофа, поверь мне.
– Хм-м, с этим мы справимся, – сказал он.
Не обращая внимания на мой ужас, он просто взял меня за руку и потянул за собой. Мне стало нехорошо от страха. Я же буду наступать ему на ноги и спотыкаться о свои собственные! Но еще до того, как придумала, как выкрутиться из этого положения, я уже оказалась на танцполе.
Найт положил мою правую руку на свое плечо, свою левую пристроил на моей талии и мягко обхватил мою левую ладонь своей. Сердце заколотилось от страха. Но потом я встретила его взгляд и сразу успокоилась. Он начал двигаться в такт музыке. Я не могла понять, как это возможно, но мои ноги, будто сами собой, совершали верные движения. Я боялась, что буду спотыкаться, но неожиданно для самой себя полетела вместе с ним по залу, будто всю жизнь занималась только этим. Мы не отводили взгляда друг от друга, и я тонула в невероятной синеве его глаз. Я чувствовала жжение от его рук на своей коже, будто ее охватило пламя. Мое дыхание становилось все быстрее, пока все вокруг меня не завертелось в бесконечном вихре. Я потеряла счет времени. Остались только он и я, все прочее исчезло, оказавшись второстепенным. Все лица вокруг нас поблекли, я скользила в танце и желала, чтобы этот момент длился вечно.
Неожиданно за спиной Найта вынырнула фигура, и, когда на его плечо легла рука, мой партнер обернулся. Я в ужасе смотрела в мрачное лицо Дюка. Похоже, он кипел от гнева.
– Думаю, ты сейчас танцуешь с моей дамой, – холодно прорычал он, но Найта это не впечатлило. С очаровательной улыбкой он ответил:
– Когда оставляешь красивую девушку одну, не стоит удивляться, что ее развлекает кто-то другой.
– Но теперь я вернулся и справлюсь с этим сам.
Он грубо схватил меня за руку. Я еще раз поймала взгляд Найта, потом меня уволокли прочь. Я вздохнула, стараясь скрыть свою тоску. Как-нибудь переживу этот вечер, главное, чтобы Дюк сдержал свое обещание.
Он тащил меня все дальше, пока не добрался до другого конца танцпола. Там он грубо положил свою руку на мое бедро и начал двигаться под музыку.
– Хочешь танцевать – будем танцевать, – фыркнул он.
То, что у нас выходило, танцем я бы не назвала. На этот раз моя неспособность проявилась во всей красе. Я постоянно наступала на его ноги, спотыкалась о собственные и просто не попадала в такт. Дюк судорожно пытался вести меня, но у него не получалось дать мне понять, что делать дальше. Его движения запутывали меня, как, собственно, и весь танец. Это была чистейшая пытка, и все-таки он не собирался сдаваться. Дюк стоически тянул меня дальше и уж точно еще не простил меня за то,
