Какая судьба ждет меня там, за поворотом?
Глава 26
Дождь наконец закончился. Все вокруг было мокрым, отовсюду капало. Я протерла сиденье велосипеда, перекинула через раму ногу и покатила в сторону Сараборна.
В животе у меня урчало, а глаза будто налились свинцом. Мозг прокручивал мысли о том, что происходящее со мной, скорее всего, не прекратится, а наоборот – продолжится с большей интенсивностью и в новом качестве. Но вероятность того, что переживавшая подобное Майлис покончила с собой, не укладывалась в голове.
Крутя педали, я не заметила, как пропустила поворот на велосипедную дорожку к дому. Осознав это, пожала плечами и поехала дальше по большой дороге. Холодный ветер шелестел листьями дубов, выстроившихся вдоль дороги, и развевал мои волосы, то и дело попадавшие в рот. Я прибавила скорость, следя за собиравшимися на горизонте тучами. Похоже, это антракт в пьесе «Непогода». Скоро снова польет. Как раз самое время запастись попкорном и лакрицей, пока не началось представление. В глубине далеких облаков несколько раз мелькнули вспышки света. Впереди показался последний холм перед нашей подъездной дорогой, я привстала, надавив на педали, чтобы ускориться.
Как там говорят: большинство происшествий случается рядом с домом? В тот день со мной так и произошло. Я как раз взбиралась на тот последний холм, когда с другой его стороны из тумана вдруг резко вылетел фермерский грузовик (мчавшийся так, словно это была машина скорой помощи, летевшая на вызов, а не шаткая колымага, груженная овцами). Вид несущейся навстречу машины так круто вернул меня из раздумий к реальности, что я испытала настоящий шок. Эхом на мой крик отозвался гудок грузовика, и я стремительно свернула в кювет. От промчавшейся мимо машины всколыхнулся не только воздух, но и вся грязь, что была на дороге, – она целиком облепила меня. Велик покачнулся, и я поняла, что сейчас упаду. Забавно: момент осознания того, что сейчас произойдет, пугает куда больше, чем само происшествие. Я пыталась приоткрыть глаза, но куда там – дрянь с дороги оказалась удивительно липкой, и ничего не вышло. Руль повело в сторону, переднее колесо на что-то наскочило, меня швырнуло через раму, и я полетела куда-то клубком из плоти и металла. А затем еще и прокатилась по гравию, потеряв при этом несколько сантиметров кожи.
Водитель грузовика прокричал что-то на гэльском, но не остановился. Я лежала на животе, слезящиеся глаза щипало. Предплечье, колено и челюсть с правой стороны, а также обе ладони горели, будто кто-то подпалил их зажигалкой. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я смогла привстать. «Черт подери!» Ладно, может, мои ругательства были и похуже. Мне понадобилось несколько минут, чтобы подняться на ноги, обрести равновесие и отряхнуться, а затем я захромала в сторону дома. Вся правая сторона тела ныла, ссадины жгло. От прилива адреналина ноги стали слабыми, а руки тряслись. Боль была отвратительной, какой она всегда и бывает. Не буду продолжать описывать свое состояние, просто добавлю, что у меня шла кровь. Может, чтобы найти ответы на свои вопросы, мне было просто необходимо серьезно пораниться? Не так ли всегда происходит в жизни?.. Я была очень расстроена, только не знаю, чем больше: предполагаемым самоубийством Майлис или собственным падением.
В относительный порядок меня привели растения. Именно они помогли мне исцелиться, очистить мысли и увидеть то, что имело значение, – еще один оттиск прошлого.
Ковыляя вдоль заросшей буйной зеленью канавы, я ощутила необъяснимое желание прикоснуться к траве, что и проделала. И мгновенно обрела знание – там росли арника, способная снимать воспаления и лечить гематомы, а также окопник, который восстанавливал целостность кожи и помогал срастаться сломанным костям.
Растения затрепетали под моими пальцами – с этого мгновения оторваться от них, как, минутами раньше, предотвратить свое падение, я не могла – в меня вливалась целительная сила трав. Сложные химические вещества, названия которых мелькали в моем мозгу, конденсировались и проникали в кровоток, многократно усиливая друг друга.
Процесс сложностью не отличался, хотя меня не оставляло ощущение, будто я через соломинку пытаюсь выпить густой суп. Живительные соки наполняли мое тело чудесной энергией – казалось, каждая клеточка радуется и танцует! Жжение ран и пульсация ушибов унялись. Я взглянула на руку и увидела, как разодранная кожа стягивается, словно ее штопали невидимыми ниткой с иголкой. Время от времени из нее вылетали и падали на траву мелкие камешки и песок.
Вычитав у Майлис, что корни растений обладают необычайной силой, я решила во что бы то ни стало к ним прикоснуться. Опустилась на колени и принялась копать. Мне не терпелось узнать, изменятся или усилятся мои ощущения, когда я дотронусь до них.
Впиваясь пальцами в почву и хватая комья земли ладонями, я вздрогнула, заметив краем глаза какое-то движение вдали. Не услышав никакого предупреждающего звука, я подняла глаза. Можете себе представить, как сжалось мое сердце, когда я увидела в конце дорожки, ведущей к Сараборну, два призрачных силуэта. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы узнать Майлис – я привыкла видеть ее в платье с шевронным узором, но в тот раз она надела однотонное. Может, оно было темно-синим или коричневым, но мне показалось черным, так как оттиски прошлого всегда являются черно-белыми. Ее наряд украшал высокий кружевной воротник и оборки на груди в форме буквы V. Возникшее видение поразило меня до такой степени, что я не сразу разобралась, что там происходит. Похоже, Майлис и Кормак весьма эмоционально о чем-то спорили или ссорились. Сцена была словно из немого кино – полная драматизма и накала страстей, только в ней было гораздо больше достоверности, чем в любом фильме, что мне доводилось смотреть.
Наблюдая за разыгрывающейся пантомимой, я застыла на краю канавы, обратившись в статую «Девчонка, копошащаяся в грязи». Внезапно из-за моей спины вылетел призрачный всадник. Я вздрогнула и уставилась на него. Мужчина в темном пиджаке и черной шляпе, тень от полей которой скрывала лицо, ехал без седла и с уздечкой из обычной веревки. Похоже, он очень спешил – не сбавляя скорости, подскакал к Майлис и Кормаку и только тогда осадил лошадь. Животное вскинуло голову и встало на дыбы. Наездник – по тому, как он горбился, я поняла, что в тот день шел дождь, – не упал. Я присмотрелась к Майлис и Кормаку – их волосы чуть вились от влаги, а кожа блестела от капель дождя.
Всадник заговорил с Кормаком, а тот слушал, протянув руку Майлис. Она стояла рядом, обхватив его за локоть, с широко раскрытыми глазами, в которых читался испуг. Лицо Кормака, по
