Читаем без скачивания Донское казачество в войнах начала XX века - Наталья Рыжкова

Летнее наступление войск Юго-западного фронта развивалось неравномерно. 18 июня (1 июля) 1917 г. в атаку были брошены пехотные подразделения 11-й и 7-й русских армий. Первые два дня боев принесли наступавшим некоторый тактический успех. На отдельных участках фронта русским войскам даже удалось захватить две-три линии неприятельских окопов. Но затем дальнейшее продвижение остановилось. Во многих частях стали обсуждать приказы командования и митинговать. Значительный успех выпал на долю 8-й русской армии генерала от инфантерии Лавра Георгиевича Корнилова. Части этого войскового соединения прорвали оборону противника южнее и севернее города Станислава. Русские захватили в ходе наступления 48 орудий и свыше 7 тыс. пленных. Корпуса 8-й русской армии последовательно заняли Галич (примерно в 20 км севернее Ивано-Франковска), а затем — Калуш (примерно в 26 км северо-западнее Ивано-Франковска; оба города ныне относятся к одноименной, Ивано-Франковской области). Но достаточно боеспособных частей для продолжения наступления не оказалось. В этих условиях противник тоже не сидел сложа руки. 6(19) июля 1917 г. Злочевский отряд германских войск под командованием генерала Винклера нанес контрудар в районе Тернополя (ныне областной центр, Украина). Уже 12 (25) июля немцы заняли этот город. Возникла реальная угроза флангу и тылу 7-й и 8-й русских армий.

В результате русские войска совершили вынужденный отход. Только к 15 (28) июля отступление прекратилось, и русские армии закрепились на рубеже Броды (примерно в 80 км восточнее Львова, ныне в Львовской области), Збараж, Гржималов, Бонн, восточнее Кимполунга (ныне Кымпулунг-Молдовенеск, Румыния, примерно в 80 км юго-западнее г. Черновцы, Украина). Тем самым менее чем за полмесяца русские части оставили почти всю Галицию, с таким трудом завоеванную ранее.

Летнее наступление на Северном и Западном фронтах, к сожалению, не вышло за рамки боев местного значения. Наступательный порыв был исчерпан в течение нескольких летних дней с 6 (19) по 10 (23) июля 1917 г. На Румынском фронте наступление началось 7 (20) июля силами 4-й и 6-й русских, 1-й и 2-й румынских армий. Войска добились здесь значительных успехов, но их уверенное продвижение в направлении Фокшан (примерно в 190 км юго-западнее Кишинева, Румыния) и планируемое занятие Добруджи были прекращены по приказу министра-председателя Временного правительства А.Ф. Керенского 12 (25) июля, ввиду неблагоприятной обстановки на Юго-западном фронте. Однако и контрудар армии фельдмаршала Августа Макензена 24 июля (6 августа) не принес неприятелю весомых результатов. Ожесточенные бои закончились 30 июля (12 августа) незначительным продвижением противника. Итак, летнее наступление русских армий потерпело полную неудачу. К нему основательно готовились шесть месяцев и, как оказалось, совершенно безуспешно. Результат говорил сам за себя: отступление войск Юго-западного фронта, малозначительный успех на Румынском фронте, топтание на месте войск Северного и Западного фронтов.

Последней операцией русской армии в войне стала Рижская военная операция, продолжавшаяся с 19 августа (1 сентября) по 24 августа (6 сентября) 1917 г. В ходе развернувшегося сражения войска 12-й русской армии оборонялись против наступавшей 8-й германской армии. Но и здесь неудачи вновь сопровождали русских. В ночь на 21 августа (3 сентября) русские оставили Ригу и Усть-Двинск (крепость в устье Даугавы, или тогда Двины). И только отвлечение сил германским командованием на Западный (англо-французский) фронт и в Италию заставило немцев отказаться от вполне возможного похода на Петроград. Однако, несмотря на общий проигрыш сражения, германский план разгрома частей 12-й русской армии был сорван.

Первая мировая война по существу оказалась законченной для России. Она была уже не в состоянии вести крупномасштабные операции, хотя ее военная машина продолжала относительно исправно работать. Пока еще выполнялись многие приказы русского командования и планомерно перемещались войска. Так, к концу ноября 1917 г. была переброшена на Дон 5-я Донская казачья дивизия, полки которой разместились в станицах Митякинской, Каменской, Калитвинской и Усть-Белокалитвинской.

Одновременно продолжается начавшийся на завершающем этапе войны процесс укрупнения казачьих частей, как наиболее боеспособных подразделений русской армии. Естественно, в него оказались включены и донские казачьи части. Согласно приказу Ставки от 13 ноября 1917 г., все отдельные и особые сотни по всем фронтам военного противоборства начали целенаправленно сводиться в самостоятельные казачьи отряды. На Северном фронте удалось сформировать 1-й Донской казачий отряд из 9 донских сотен. На Западном фронте 7 донских сотен объединили во 2-й Донской казачий отряд. На Юго-западном фронте 12 донских сотен образовали сразу два новых донских подразделения — 3-й и 4-й Донские казачьи отряды. Кроме того, здесь же, в этом войсковом соединении, в 1-й Сводно-Казачий отряд вошли еще три донские сотни. На Румынском фронте 13 донских сотен составили также два новых донских воинских подразделения — 6-й и 7-й Донские казачьи отряды. На Кавказском фронте в Сводно-Казачий Кубанский отряд, основу которого обеспечивали 4 кубанские сотни, вошли две донские сотни. Помимо этого, согласно вышеназванному приказу, из 1-го Донского казачьего Генералиссимуса Князя Италийского Графа Суворова-Рымникского полка, 4-го Донского казачьего Графа Платова полка, 4-го Донского казачьего Войскового Атамана Ефремова полка и 43-го Донского казачьего полка надлежало сформировать совершенно новую 10-ю Донскую казачью дивизию, с последующим ее включением в состав III Казачьего корпуса{207}.

Таким образом, несмотря на многочисленные проблемы, русская армия была довольно сильным противником, способным оказывать серьезное сопротивление агрессивным поползновениям неприятеля. В то же время осенью 1917 г. Россия еще оставалась верным и достаточно могущественным союзником Антанты. Даже к декабрю 1917 г. русский фронт все еще привлекал к себе 74 германских дивизии, составлявшие 31% всех немецких сил{208}. Естественно, выход России из войны повлек бы немедленную переброску этих дивизий против союзников.

В такой сложной геополитической обстановке весьма нелегкой оказалась дорога к миру, которого ждала страна. Ждал своих сыновей и Тихий Дон. Однако в декабре 1917 г. на театре военных действий все еще оставались следующие донские казачьи части: на Северном фронте — 13 полков, 2 батареи, 10 отдельных и особых сотен; на Западном фронте — 1 полк, 4 батареи и 4 сотни; на Юго-западном фронте — 15 полков, 7 батарей и 15 сотен; на Румынском фронте — 11 полков, 2 батареи и 15 отдельных и особых сотен{209}. Некоторые донские части продолжали честно исполнять свой воинский долг на фронтах войны даже в феврале 1918 г. Так, на Юго-западном фронте несли службу 46-й и 51-й Донские казачьи полки, 21-я и 25-я Донские казачьи батареи, 36-я отдельная и 2-я, 15-я, 19-я, 23-я, 24-я, 34-я, 35-я и 37-я особые Донские казачьи сотни{210}.

Политическая победа большевиков в октябре 1917 г. ускорила политический выход России из войны. Они быстро стали устанавливать жесткий контроль над русской армией, точнее, над многомиллионной массой людей, жаждавших мира. Назначенный Верховный главнокомандующий Н.В. Крыленко 13 (26) ноября 1917 г. из Двинска спешно направил своих парламентеров к немецкому командованию с ответственным поручением: узнать, согласно ли оно начать сепаратные переговоры о перемирии. 2 (15) декабря 1917 г. был заключен договор о перемирии между Советской Россией и Четверным союзом. Война для нашей страны окончилась, но одновременно разгоралась политическая борьба вокруг мирного договора.

Таким образом, мы подводим черту в нашем исследовании именно заключением перемирия как актом, завершающим использование донских казачьих частей в военных операциях Первой мировой войны 1914–1917 гг.

Рассматривая же общие итоги завершающего периода Великой войны для донского казачества, хронологически обозначаемого нами 1916–1917 гг., необходимо отметить, что в нем рельефно выявились две разнонаправленные тенденции. Первая из них состоит в достижении кульминационного положения в боевом развертывании донских казачьих частей на Северном, Западном и Юго-западном фронтах вооруженного противостояния русской армии войскам союзников по противоборствующей коалиции — Германии и Австро-Венгрии. Вторая, соответственно, заключается в постепенном уходе, начиная с зимы 1916–1917 г., непосредственно с линии фронта значительной части донских воинских подразделений. В этом отношении достаточно назвать активное формирование 7-й, 8-й, 9-й и 10-й Донских казачьих дивизий.

Безусловно, без казачьей конницы сложно себе представить знаменитый Луцкий прорыв. В конном и особенно пешем строю донские казаки, несомненно, в полную меру своих сил выполнили оперативно-тактические задачи, возложенные на них в данный хронологический промежуток русским командованием. Доказанная подразделениями войсковой группировки Юго-западного фронта возможность широкого прорыва позиционного фронта вновь вернула русскую военную мысль к постепенному переосмыслению роли конницы в современной войне. Вовсе не случайно вначале появляются армейские конные корпуса, а затем осуществляется запоздалое реформирование казачьей конницы. Правда, здесь никак не обошлось и без нелепейших ошибок. Мы имеем в виду историю о спешивании пятых и шестых сотен казачьих полков. Завершающий период Первой мировой войны однозначно подтвердил тезис о том, что даже самое совершенное вооружение абсолютно не решает судьбу сражений. Очень многое, если не все, зависит от уровня самоорганизации воинских подразделений. В этом плане весьма интересен факт реформирования казачьей конницы, когда из одного и того же «человеческого материала» и приданного ему военного снаряжения шаг за шагом возникают новые войсковые соединения — дивизии, отряды, батареи. Тем самым при довольно ограниченных военных ресурсах русское командование несколько поздновато находит (находит же!) новую возможность для повышения боеспособности армии. Усиление боевого потенциала происходит за счет возрождения русской конницы, и в том числе казачьей, как самостоятельного вида вооруженных сил.