месяц наведываться в ближайшие деревеньки за продуктами, она говорила местным кумушкам у кого покупала еду, что является травнице и живёт в домике прежней знахарки, что стоял глубоко в лесу. Женщины верили и не пытались проверять, у них под боком была своя местная травница и в услугах какой-то приезжей девчонки они не нуждались. С недавних пор всё изменилось – старая травница Агафья умерла ещё осенью, а её внучка, которую та обучала, толком ничего не усвоила, и обращаться к ней за помощью было себе дороже.
Вот с осени и начали деревенские бабы поглядывать на Златославу с затаённым любопытством. Ягуся догадывалась, что совсем скоро кто-то из них наберётся смелости и попросит приготовить какое-нибудь зелье или трав дать. Этого дня девушка ожидала с разумной опаской. Ведь если одной поможешь, сразу вся деревня прознает, пойдут косяком, и как в таких условиях свою тайну хранить. Отчего-то Злата была уверена, что узнав в ней Бабу Ягу, народ либо попытается сжить её со свету, либо наоборот начнёт ходить к ней каждый день со всякими глупостями.
Уже у самого дома мельника, жена, которого снабжала Ёжку свежим молоком и сметаной, царевна столкнулась со стайкой молоденьких девушек в расшитых цветными нитками тулупчиках. Девчонки о чём-то весело шушукались, то и дело, оглашая округ звонким смехом. Поравнявшись с ней, девушки смерили Ягу насмешливыми с толикой превосходства взглядами и, сбившись плотной кучкой, едва слышно зашушукались то и дело поглядывая в сторону Златки. Не надо было прислушиваться к их словам, чтобы понять, что обсуждают её, Златославу. По сравнению с пестрыми, вырядившимися в самые лучшие наряды девчонками, Ёжка выглядела серым воробышком, рядом с яркими синичками и снегирями.
Ягуся даже не обиделась такому не лестному вниманию. Девчонки, что с них взять? Прихорошились перед парнями, и теперь каждая встречная видится им соперницей, которую следует обсмеять, чтобы думать не смела, что чем-то лучше других.
Царевна поправила простой шерстяной платок без узоров, тихонько хихикнула, и смело шагнула во двор мельникова дома. Во дворе столкнулась с хозяйкой, полнотелой румяной женщиной, остервенело выбивающей перины и подушки. Похоже, общая суматоха завладела и этим домом.
–День добрый, хозяйка! – громко поздоровалась Злата, привлекая к себе внимание женщины.
–Добрый, добрый! – отозвалась Федора, опуская руку с веником и утерев пот со лба, повернулась к девушке. – Ох, Златка, ты что ли? Не признала. За молоком, да?
–Да, Федора Никифоровна, – подтвердила Баба Яга, чуть улыбнувшись.
–Пошли тогда в дом! Я тебе молочка налью, сметанки выдам, а ты посидишь, погреешься, – заулыбалась в ответ женщина и заторопилась к дверям.
Злата поспешила за хозяйкой. На крыльце отряхнула налипший на валенки снег и вошла в сени, чтобы из них прямиком попасть в просторную кухню, почти такую же уютную как в Избушке-на-Курьих-Ножках. На кухне орудовали половыми тряпками две девочки-близняшки годков двенадцати. Дочки мельника старательно натирали и без того чистые полы, шутя и посмеиваясь, а за ними наблюдала младшая сестрёнка, малышка лет пяти, то и дело отрывающаяся от порученной ей работы. Кроха перебирала сушеный горох.
–Садись, Златушка! Поди умаялась из своей глуши добираться? – покачала головой мельничиха. – Ох, негоже молодой девке без мужа в лесных дебрях жить. Страшно.
–Дык, ничего, привыкла я уже, – безмятежно улыбнулась девушка и решила перевести разговор в нужное ей русло. – А чего у вас в Сколках творится-то? Суета такая будто к ярмарке готовятся.
–Да ты же не знаешь в своей глухомани ничего! – всплеснула руками Федора и, нервно пригладив руками волосы, продолжила уже тише. – К нам царь-батюшка едет.
–Да ладно! – сделала «большие глаза» Яга и вся обратилась в слух.
–Мать-Земля свидетельница! – побожилась та и продолжила заговорщицки подмигивая. – Говорят, он к самой Бабе Яге едет на поклон.
Баба Яга нервно икнула, решив на миг, что её раскусили и сейчас позовут всех деревенских, чтобы на неё посмотреть. Только женщина понимающе кивнула и протянула ковшик с колодезной водицей, стоявший на лавочке у стола. Злата поспешно отпила, закашлялась и снова приложилась к водице.
–Мы сами-то сначала не поверили, – утешила царевну хозяйка дома, когда та прекратила кашлять и икать. – Но вот давеча гонец прискакал, сказал, что обоз царский уже в двух днях пути и у нас на постой останутся, вот всё в порядок и приводим. Нельзя перед царём в грязь лицом упасть. Никак нельзя!
–А чего это царю-батюшке Яга понадобилась? – осторожно уточнила Ёжка, тут же кляня свой длинный язык.
–Никто толком не знает, – расстроенно пожала плечами женщина. – Говорят, что якобы Яга та царевну украла и у себя в Избушке второй год держит. Но только мне думается, брешут люди. Зачем Бабе Яге царевна? Вот и я думаю, что не зачем! А царь-батюшка, скорее всего, за советом к ней едет, али за клубочком путеводным, чтобы дочку отыскать. Мало ли.
–Ага, наверное, – с задумчивым видом кивнула Златка, в душе облегчённо вздыхая. Хорошо-то как, что не все верят будто Яга злая!
–Вот и я так думаю, – улыбнулась Федора Никифоровна, принимая из рук Златославы два кувшинчика: один большой, а другой поменьше.
Только женщина скрылась в сенях, как на Злату уставились три пары любопытных серых глаз. Дочки мельника явно что-то задумали. Алёнка самая бойкая из близняшек, опустила тряпку и, прокравшись к Ёжке, тихонечко спросила:
–Тёть Злат, а ты же Бабу Ягу видела?
–С чего ты взяла?! – опешила от такого вопроса девушка.
–Ну, ты же в лесу тоже живёшь, – как маленькой принялась объяснять Алёна, а две её сестрёнки только молча закивали, подтверждая слова. – Должна была, и встретить за два года-то!
–Так вы, малявки, тут столько лет живёте, в лес по ягоды и грибы ходите, за хворостом тоже, вот вам-то она точно встретиться должна была, – заговорщицким шепотом произнесла царевна и, не выдержав, рассмеялась. – Вы же Бабу Ягу тогда точно видели!
–Ну, тёть Злат! – возмутилась девчонка и поспешила вернуться к сестричкам. – Я же серьёзно!
–Я тоже, – передразнила Алёну вредная, как оказалось, Баба Яга.
–Вот и я, – возвестила хозяйка, возвращаясь обратно в кухню и ставя перед Златой кувшины. – Свеженькое, сегодня на зорьке доила.
–Спасибо, Федора Никифоровна! – от души поблагодарила Ёжка, принимая кувшины и осторожно укладывая их в корзину. – Пойду я, пожалуй. Мне бы ещё к Степаниде зайти, да к Фролу кузнецу успеть.
–Беги, Златушка! Беги, – с улыбкой проговорила мельничиха. – Да смотри сильно не задерживайся, метель сегодня к вечеру будет, живность волнуется.
–Не буду задерживаться, – уверила её Златослава и, направившись к выходу, попрощалась. – До свидания!
–До свидания, девочка! – махнула рукой Федора.
–До свидания, тёть Злат! – дружно пискнули мельничихины дочки.
Выскользнув на улицу, Златка быстро свернула в проулок и шустро направилась в сторону общинного дома, неподалёку от которого жила Степанида, почтенная, хотя и молодая
