право на императорское палатинское графство Бургундия. Королевское герцогство и императорское графство были заманчиво близки к постоянному союзу. Пользуясь своим положением в лабиринте бургундских наследований, графиня палатинская Бургундская, дочь французского короля Маргарет (1310–1382) стремилась ускорить предполагаемое слияние. В 1366 году она без особых оснований начала продвигать термин «Франс-Конте» (sic), исключив из своих хартий традиционное название «графство Бургундия». (Она, безусловно, играла на прецеденте Райнальда III, самозваного franc comte.) Привычное в наши дни название «Франш-Конте» окончательно устоялось уже после смерти Маргарет. Это королевство номер 7 в списке Брайса.
Середина XIV века ознаменовалась чередой страшных бедствий по всей Европе. В 1348 году Европу поразила «черная смерть», хотя это было далеко не последнее вторжение бубонной чумы. Франция стояла на грани падения в пропасть Столетней войны с Англией, а Священная Римская империя пребывала в смятении из-за Золотой буллы 1356 года, введения объединенной имперской конституции и избирательных процедур. Из-за раскола в Римской церкви появилось два понтифика: один сидел в Риме, другой – в Авиньоне. Те немногие части королевства Бургундия, которые еще не были утрачены, часто служили предметом споров между соседями. В довершение всего в королевстве Франция, герцогстве Бургундия и палатинском графстве Бургундия одновременно разразились острейшие кризисы преемственности.
Человек, изучающий бургундскую преемственность 1360-х годов, рискует с легкостью заработать palis-rondon – так японцы называют косоглазие. Тремя главными действующими лицами были король Франции Иоанн (Жан) II Валуа и двое его сыновей – Карл Наваррский и Филипп ле Арди. Одно из объяснений выглядит следующим образом:
«Карл II Наваррский был внуком и наследником Маргариты Бургундской, старшей дочери герцога Роберта II Бургундского. Иоанн II Французский был сыном и наследником Жанны Бургундской, второй дочери герцога Роберта II Бургундского. Жанна была двоюродной сестрой отца Филиппа, то есть двоюродной сестрой через поколение, в то время как Карл был сыном двоюродного брата отца Филиппа, то есть троюродным братом его самого. Мать Карла Жанна умерла уже в 1349 году. Реальное положение Иоанна облегчалось тем, что он был отчимом молодого герцога, женатого на овдовевшей Жанне Овернской…»
Это, как можно предположить, не тот способ объяснения, даже если написанное верно.
Другой способ – оставить тонкие моменты генеалогической путаницы специалистам и исследовать имена и политику. Было бы полезно с самого начала знать, что Маргаритой Бургундской одновременно именовали трех разных женщин и что троих разных мужчин назвали Филиппом де Валуа. Один из них, также известный как Филипп I Руврский[46], невольно положил начало кризису в 1361 году, умерев во время рецидива чумы в неконсуммированном браке. Если бы он был жив, то мог бы безболезненно объединить свои права на герцогство с правами своей жены на графство. Вместо этого все его титулы считались возвращенными соперничающим претендентам. Более того, французский король Иоанн Добрый решил проигнорировать принцип первородства и, опять же по чисто политическим причинам, зарезервировать герцогство Бургундское для своего четвертого сына.
Смелые действия этого четвертого сына, Филиппа де Валуа le Hardi (Филиппа Смелого), который еще подростком в 1356 году получил свои шпоры в битве при Пуатье против английского Черного принца, дают ключ ко всем последующим событиям. Несмотря на его скромное место во французской линии наследования, ему удалось занять доминирующее положение в долгосрочном Совете регентов, который после смерти его отца в 1364 году управлял Францией в течение нескольких десятилетий. Кроме того, женившись на вдове Филиппа Руврского Маргарите Дампьер, наследнице Фландрии (где она была известна как Маргарита ван Мале), он получил множество прав и титулов, ранее принадлежавших Филиппу. Среди них были права на палатинское графство Бургундия, которое в 1384 году наконец вернулось к Маргарите после смерти ее отца. Результатом стало объединенное бургундское государство, сложившееся в последние два десятилетия долгой жизни Филиппа Смелого, ядром которого стал союз герцогства и графства. Оно не фигурирует отдельно в списке Брайса, но является объединением номеров 7 и 10.
Конечно, неудивительно, что возникновение герцогства-графства, которое могло состояться только благодаря одновременной слабости Франции и Германии, вызвало серьезные трения. Во Франции оно спровоцировало ожесточенную и затяжную гражданскую войну между двумя придворными фракциями – «бургундцами» и «арманьяками», чьи интриги вскоре переплелись с проблемами Столетней войны. Первые выступали за хорошие отношения как с преемниками Филиппа Смелого, так и с английскими союзниками Бургундии. Вторые, будучи французскими патриотами, осудили действия своего отколовшегося герцогства и его предательский союз с наследственным врагом Франции – англичанами. С 1418 по 1436 год войска Бургундии участвовали в английской оккупации Парижа. Имперские немцы, безнадежно разобщенные собственными распрями, были не в состоянии вмешаться, пока в 1430-х годах не началась эпоха Габсбургов. Все, за исключением, возможно, клерков имперской канцелярии, забыли, что королевство Бургундия официально не прекратило свое существование. А герцоги-графы тем временем наслаждались свободой действий.
Удивительное новое образование, процветавшее с конца XIV до конца XV века, повсеместно, но неточно называют герцогством Бургундия, а иногда просто Бургундия Валуа. Им правила линия французских герцогов, которые на короткое время сбросили опеку Парижа, чтобы создать собственную блестящую, богатую и культурную цивилизацию. Однако доминирующая французская точка зрения не обязательно является лучшей, и более предпочтительным определенно представляется исторический термин «штаты Бургундии», как и двойной титул ее правителей – герцоги-графы. Успех предприятия проистекал из того, что французское герцогство и имперское графство, будучи объединены посредством личной унии своих глав, породили новое образование, которое не было ни французским, ни германским. Семья Филиппа Смелого была наполовину французской, наполовину фламандской, а поскольку фламандская жена Филиппа Маргарита Дампьер родилась подданной императора, то по крайней мере частично семья была еще и имперской. Кроме того, за совсем маленькой империей, которую собрали герцоги-графы от Булони до Шварцвальда, маячила романтическая идея, будто они собирают давно исчезнувшее королевство Лотарингию.
За период более ста лет Бургундскими штатами правили всего четыре герцога-графа – Филипп Смелый (1364–1404), Иоанн Бесстрашный (1404–1419), Филипп Добрый (1419–1467) и Карл Смелый (1467–1477). У голландских и фламандских историков, конечно, есть своя собственная номенклатура. Когда они говорят о правителях, которые одновременно были герцогом (hertog) и графом (graaf), то думают о чужаках из Бургундии, которые одновременно были графами Фландрии и Артуа. Полный список бургундских государств, однако, не может быть ограничен двумя Бургундиями, Фландрией и Артуа. Карл Смелый, например, носил пятнадцать титулов: граф Артуа, герцог Лимбургский, герцог Брабанта, герцог Лотье, герцог Бургундии, герцог Люксембурга, граф-палатин Бургундии, маркграф Намюра, граф Шароле, граф Зеландии, граф Фландрии, граф Зютфена, герцог Гельдерна, граф Эно и граф Голландии.
Однако ни один из герцогов-графов не был королем. Коронации
