делом! — выдала Вероника Андреевна, не двигаясь с места. — Как я поняла, это был тот самый похититель детей. Он хотел принести их в жертву, чтобы выжить, когда придет эта самая тьма. Я должна узнать об этом больше. Это крайне важно!
— Важно, говоришь? — потянула Старшая мать, остановившись возле Вероники Андреевны.
Пухлая ладонь Августины Юрьевны опустилась на здоровенный кулон на шее. Она всегда его трогала, когда была задумчива. Рокотова мысленно похвалила себя за сообразительность.
— Я знаю, как тебе помочь, девочка моя. Вижу, что тебя очень увлекла эта тема. Пусть будет по-твоему.
Старшая мать открыла дверь и позвала дежурную магичку.
— Слушаю ваших распоряжений, — в кабинет зашла Леонида Михайловна.
Она была крупной женщиной со шрамами на шее и суровым взглядом. Всем было известно, что она успела отличиться в одном из боев на границе империи. Леонида отвечала за охрану Старшей матери и выполняла все ее поручения.
— Леонида Михайловна, — ласково сказала Августина Юрьевна. — Заприте, пожалуйста, Веронику Андреевну в седьмой келье. И держите на хлебе и воде, пока она не образумится.
Рокотова побледнела. Такого поворота событий она не ожидала.
Леонида Михайловна грозно посмотрела на сжавшуюся Веронику Андреевну и грубо подняла ее со стула.
— Пойдем, милая, я тебя провожу.
Вытащив силком сопротивляющуюся Рокотову, дежурная магичка аккуратно прикрыла дверь, оставив Старшую мать наедине со своими мыслями.
Ибо женщины не вмешиваются в дела мужчин.
* * *
Я смотрел на исписанные мелким почерком страницы и думал. Основная история, изложенная в книге, была очень похожа на ту, что мне рассказывала Святляна.
Автор, Борислав Эддский, описывает и катастрофу, и мага, который создал то сложное заклинание, и даже его смерть. Но комментарии…
Они совершенно все меняют.
И теперь эта история выглядела совсем по-другому.
Я перечитал заметки несколько раз, чтобы вся история выстроилась в правильном порядке.
…Однажды некий человек без способностей, чье имя уже давно забылось, возжелал силы. Да так сильно, что перерыл все доступные тогда заклинания и зелья. Но ничего не помогало. Всю жизнь он посвятил поискам того самого способа, который исполнит его мечту.
Много лет он собирал материалы, ингредиенты, высчитывал нужные фазы небесных тел. И когда подошел подходящий час, он, наконец-то, решился.
Он был уже очень стар, но это ни на минуту не переставал надеяться на чудо.
И вот все было готово: сотня порошков, зелий и редких камней. Оставался лишь последний шаг — полоснуть себя по руке. Едва кровь попала на кусок горного хрусталя, тот запульсировал ярким светом. Сияние перекинулось на кожу старика, и тот сразу ощутил, как магия заструилась по его телу.
Затем пришла боль.
Она пронзила новоиспеченного мага от макушки до пяток и вырвалась из его глаз ослепительным потоком. Он пробил потолок в башне и устремился в небо.
Заветная мечта, наконец, осуществилась.
Однако в природе не просто так огромную роль играет баланс и гармония. Суть мира не смогла принять ту невероятную силу, которую заполучил старик.
И поэтому вскоре после сильного выброса магии, земля дрогнула. Башню перетряхнуло, каждый камень сдвинулся, и все начало разваливаться.
Но маг не замечал этого. Он кричал от восторга, держа в скрюченных от спазма пальцах кусок хрусталя, и хохотал, как безумный.
В тот момент, когда пол ушел у него из-под ног, заклинание вступило в полную силу и обожгло кожу старика.
Не успев насладиться силой, маг умер под грудой развалин.
А драгоценный артефакт, выпав из обессиленной руки старика, и рассыпался на мелкие осколки.
Пусть сама природа и пыталась помешать заклинанию, оно все равно сработало.
Мельчайшие частички хрусталя прорвали ткань реальности и разнеслись по всем мирам. Они попадали в руки обычных людей, перетягивая их в этот мир и наделяя силой.
Заклинание вызвало глобальные изменения в структуре мира и источники магии пропали, и привычные законы передачи силы перестали работать. Люди со способностями стали появляться случайным образом.
Но больше всего меня беспокоила приписка к самому последнему абзацу:
«Когда все осколки вернутся в мир, его накроет истинная тьма, ибо сама природа не терпит нарушения баланса сил.»
Как бы я не старался разобраться в конфликте между людьми и магами, угроза уничтожения мира все равно есть.
И как мне спасти империю от магической катастрофы?
* * *
Вся команда собралась в моей комнате уже под вечер сразу после ужина. Мне предстояло сказать им главную правду в их жизни, и, честно сказать, я безумно переживал.
— Поход в библиотеку стал для вас полезен? — начал я издалека. — Научились чему-то новому?
— Да, — восторженно отозвались Уколовы. — Мы поняли, как совместить техники, но только не нашли подтверждения вашей теории о понижении температуры при составлении заклинания. Однако кое-какие идеи у нас есть.
— А я теперь могу сделать штормовой фронт! — гордо сказал Коровин.
— Молодцы, — кивнул я.
— А что вы узнали? — спросил Григорий, глядя на меня со своего любимого места.
Я хмуро оглядел их и сел в кресло.
— То, что я сейчас вам скажу, сильно изменит ваши жизни. Мне сложно это на вас вываливать, но нас ожидают серьезные трудности, и без этой информации нам будет тяжело все исправить.
Они молчали, смотря на меня во все глаза.
С тяжелым сердцем я рассказал им историю про осколки. Подлинную историю, в которой теперь я не сомневался.
Все детали в голове встали на свои места.
Полчаса после моих слов в комнате не было слышно ни звука. И если бы в воздухе пролетела муха, звук ее крыльев звучал бы для меня набатом.
— Получается, что мы все… — первым от шока отошел Артем.
— А это логично, — неожиданно выдал Левков и продолжил, встретив мой вопросительный взгляд. — Никогда
