хорошим углом, а все, что тут видно, — подбородок и кудри.
Вдруг в кадре показался несуб. Он был одет в блестящий черный латексный костюм, дополненный перчатками и маской, закрывающей всю голову. Костюм, на пару размеров больше, чем надо, не облегал туловище, а свисал кое-где крупными складками. Полностью злоумышленника было не разглядеть. Пока он методично и расслабленно двигался вокруг кровати, его фигура показывалась лишь фрагментами.
Тесс испустила долгий протяжный стон, полный боли:
— Это объясняет, почему у нас не оказалось ни одной улики. Он чертовски сообразителен. Дает нам какую-то информацию его костюм?
— Не-а, — ответил Донован. — Такая одежка очень популярна у любителей косплея. Продается за двадцать пять баксов в любом секс-шопе. Дохлый номер.
— Я могу прикинуть кое-какие параметры тела по тому, что я вижу, — предложил доктор Рицца. — Точнее скажу, когда проанализирую видео в деталях и посчитаю размеры мебели. Сейчас мне ясно, что ростом он выше ста семидесяти и ниже ста восьмидесяти, не качок, даже склонен к полноте.
— Как вы это поняли, Док? — удивилась Тесс. — По видео можно разглядеть что-то лишь очень приблизительно.
— В объектив попала дверь, когда он открыл ее минуту назад. Стандартная высота дверного косяка в спальнях двести три сантиметра. Он выглядит сантиметров на двадцать пять или тридцать ниже.
— Он не большой и не сильный, — пробормотала Тесс.
Может, поэтому преступник и не посягает на плоть жертв? Возможно, он слаб здоровьем или вовсе инвалид и из-за этого предпочитает подчинять женщин с помощью препаратов, а не брать силой? Большинство сексуальных маньяков наслаждаются сопротивлением жертвы. В их больных извращенных мозгах это ассоциируется с прелюдией.
Несуб вновь появился в кадре, на этот раз с четырьмя яркими разноцветными шарфами, которые, вероятно, нашел в шкафу. Не торопясь, продлевая себе удовольствие и не оглядываясь на камеру, он привязал запястья и лодыжки девушки к ножкам кровати. Тесс изучала его жесты, движения рук, то, как он перемещается от одного угла кровати к другому.
— Он как-то напряженно двигается, — заметила она. — Или так кажется из-за костюма?
— Нет, ты права, я тоже вижу это! — ответил Рицца. — Может говорить о поражении нижней части тела — сопровождаемом импотенцией, если нерв задет.
Несуб закончил привязывать девушку и замер, любуясь проделанной работой. Затем, будто откликнувшись на их просьбу, подложил ей под голову две подушки и аккуратно убрал волосы.
— Есть! — воскликнул Донован. — Запустил поиск по изображению.
— Он обычно так аккуратно заметает за собой следы, а сейчас даже не пытается увести нас по ложному пути, — удивился Фраделла. — Ему абсолютно все равно, он не боится нас.
— Тревожный знак, — проворчала Тесс, нервно перебирая в руке ключи от машины и готовясь выскочить из зала в ту же секунду, как Донован назовет имя. — Он знает что-то, чего мы не знаем.
Они продолжали смотреть на экран, где несуб раскладывал на ночном столике множество предметов: игрушки из секс-шопа, пару шприцев, наполненных какой-то сывороткой, несколько мелких вещиц, которые Тесс не могла рассмотреть, как ни силилась.
— Видите? — Рицца указал на темное пятно на ночном столике. — Пузырек с нашатырным спиртом.
— Что? Он собирается разбудить ее? — испугалась Тесс. Внутри у нее все сжалось при воспоминании, каково это — проснуться и обнаружить себя обездвиженной, в полной власти психопата. Если уж невозможно предотвратить то, что сейчас последует, лучше оставаться без сознания. — Донован, скажи, что ты нашел хоть что-то. Адрес, координаты, имя, что-нибудь?
— Ага, чуваки, — отозвался аналитик напряженным голосом. — Но вам не понравится то, что я скажу. Она не из списка. Я расширю поиск и включу всех белых женщин младше двадцати семи в штате, но это займет некоторое время.
— Как такое произошло? — спросила Тесс. — Мы исключили слишком много людей из списка? Выбрали слишком много фильтров?
— Возможно, — ответил Донован. — Мы сможем лучше понять причину, когда определим личность жертвы.
Тесс снова поглядела на экран и тут же отвернулась, не в силах дольше наблюдать за происходящим. Смотреть, как эти руки трогают обнаженное тело девушки, знать, что ей, агенту Уиннет, следовало бы сейчас вломиться в эту дверь, а не сидеть сложа руки у телевизора… От этого у нее скручивало кишки и перехватывало дыхание.
— Ты была права, — после долгого молчания подал голос Маккензи. — Он раздумывает, как ее убить. Он начнет убивать сегодня ночью. Видите спортивную сумку у стены? Видите рукоять пистолета там, где начинается молния? Он принес с собой разные орудия убийства, и некоторые из них — на ночном столике.
— Конечно. Два шприца, — согласился Рицца. — На одном написано «Кетамин», а на другом — «Пропофол». И то и другое сильные анестетики, и дозы большие.
— Что вы имеете в виду, док?
— Боюсь, оба шприца содержат летальные дозы.
28
Два попадания
Романтический ужин при свечах продлился целую вечность. Из своей засады Мичовски наблюдал в неверно освещенном проеме окна дочку Пирсона и ее ухажера. Они обменивались многозначительными взглядами и улыбками, разговаривали и смеялись, ненароком соприкасались руками. Парочка собралась уходить только глубоко за полночь, когда ресторан закрывался.
Они неспешно дошли до машины, и Карилло отвез Лили прямо домой. Он был обескураживающе галантен: вновь открыл дверцу, проводил девушку до крыльца дома Пирсонов. Особняк был погружен во тьму, не считая лампы над входной дверью и огней безопасности, которые автоматически включились при появлении людей на подъездной дорожке. Лили и Эстебана это не беспокоило. Они брели рука об руку, всячески оттягивая момент прощания. Это выглядело несколько странно: ведь девушки и юноши в наши дни подчиняются сиюминутным желаниям и не слишком долго раздумывают, прежде чем оказаться вместе в постели. Не то что в юные годы Мичовски. Он ожидал, что вечер завершится в комнатке мотеля или у Карилло дома, но никак не на крыльце Пирсона.
Лили достала из сумочки ключ, но до того, как она смогла им воспользоваться, Эстебан схватил ее за руку и одарил знойным поцелуем. Девушка обвила его руками за шею, приподнялась на цыпочки и прижалась всем телом, страстно отвечая на мужское прикосновение. Мичовски поелозил на сиденье, чувствуя себя не в своей
