тарелке. Он желал, чтобы эта часть слежки закончилась быстрее, чем ему придется выйти из машины и объяснить парню, что придержать руки гораздо лучше, нежели потерять их.
Хотя что это он так напрягся, собственно? Он был таким же нетерпеливым лет эдак тридцать назад. С тех пор повзрослел, женился и обзавелся детьми: двумя мальчиками и девочкой-подростком. Конечно, хорошо, что там, на пороге, не его дочь, иначе дело приняло бы иной оборот. Вечер, скорее всего, окончился бы в травматологии. Что-то в этом Карилло не нравилось Гэри, хотя детектив и не мог понять, что именно.
Наконец Лили вырвалась из объятий ухажера и исчезла за дверью, а Эстебан уехал прочь. Счастливая улыбка сошла с его губ, едва он распрощался с подругой. Мичовски поехал за ним на большом расстоянии, поглядывая на сигнал GPS-трекера на своем телефоне. Карилло не собирался возвращаться на бульвар Меркьюри: он пролетел мимо нужного съезда на трассе. Затем, не превышая лимита скорости, продолжил путь на север и свернул к марине Палм-Харбор. Мичовски начал сокращать дистанцию, чтобы не упустить его из виду.
Белый «Лексус» вырулил на парковку близ марины, и детектив проглотил проклятие, поняв, что не сумеет подъехать, не привлекая внимания. Еще один автомобиль, красный «Шевроле Сильверадо», стоял посреди пустой парковки, похоже, ожидая Карилло. Водитель «Сильверадо», тощий высокий парень, курил, расслабленно опершись на капот. Каждый раз, когда он затягивался, это было видно издалека, настолько ярко загоралась оранжевая точка.
Лишенный выбора Мичовски припарковался у здания городской управы напротив и подобрался к Карилло и его собеседнику насколько мог близко, прячась за кустами и машинами. По счастью, парень не беспокоился об осторожности и говорил громко.
— Лодочка должна быть готова к понедельнику, мать твою, понял? — пояснял он. — Заправь ее по полной, залей свежую воду, закинь мне какой-нибудь приманки и удочек и забей холодильник каким-нибудь хорошим говном. Шампанское, икра, вся фигня.
— Понял, босс, — ответил тощий. — Ты хочешь взять «Эрмосу», да?
— Ага, — подтвердил Карилло и повернулся к своему «Лексусу». Вспомнив что-то, он остановился. — Да, Лоренцо, я надеюсь, ты уберешь гадюшник, компрендес?[8] — Не дожидаясь ответа, он запрыгнул в тачку и испарился, оставив собеседника тонуть в клубах пыли.
Мичовски вернулся к своей машине, сел и положил руку на ключ зажигания. Он заколебался: Карилло всегда можно найти по GPS, и не исключено, что сейчас полезнее окажется Лоренцо.
Детектив поехал за красным «Сильверадо» и на первом светофоре сумел разглядеть номерной знак. Сам Мичовски сегодня был в старом гражданском автомобиле, иногда использовавшемся для таких оказий и не оснащенном полицейским оборудованием, кроме пары проблесковых маячков, спрятанных в решетке радиатора. Детектив мог только позвонить в Центр мониторинга криминальной обстановки и продиктовать номер машины преследуемого. Оператор сообщил, что принадлежит к округу города Майами, но помочь соседям всегда готов.
— Авто принадлежит некоему Лоренцо Эррере, двадцати семи лет, на испытательном сроке, — сообщил он.
— А за что?
— Хранение, с целью и без. У него уже два попадания, детектив!
Вот и все, что Мичовски требовалось узнать. Он врубил мигалку и догнал «Сильверадо». Через несколько секунд Эррера замедлил ход и прижался к обочине.
Детектив проверил пистолет, достал фонарик из бардачка и подошел к «Шевроле».
— Водительское, регистрацию, страховку, — скомандовал он, и Лоренцо покорно предъявил документы, хотя и пробормотал себе под нос какое-то испанское ругательство.
— Выйдите из машины! — велел Мичовски. — Руки на капот.
Лоренцо подчинился тихо и без возражений. Он побледнел. Видно, было что скрывать.
— Я напорюсь на иглу, если стану тебя обыскивать? — поинтересовался Мичовски.
— Н-нет, — промычал Эррера. — У меня нет ни хрена, сэр, клянусь.
— Угу, — понимающе ответил детектив, начав его обыскивать.
Сперва он наткнулся на оружие и вытащил у Лоренцо из-за пояса маленький девятимиллимитровый револьвер.
— Это нарушение условий испытательного срока, от трех до пяти колонии, — заметил он, положив пистолет вне досягаемости Эрреры. Затем выудил из кармана джинсов обыскиваемого пакетик с белым порошком и помахал им, держа двумя пальцами.
— А вот это уже от восьми до десяти, прямо не сходя с места. Я думаю, если порыскать у тебя в машине, можно будет поднять ставку до четвертака.
— Да ладно, мужик, — взмолился Лоренцо, пытаясь повернуться к детективу. Мичовски жестко развернул его и приложил об машину.
— Руки на капот, — напомнил он. Затем схватил парня за руку и выкрутил что есть мочи, заглядывая тому в лицо. — Если ты, конечно, не желаешь мне помочь.
— Все, что угодно, мужик, все, что угодно! — закивал головой Эррера. — Хочешь еще коки? Я хоть килограмм достану!
— Давай сделаем вид, что я этого не слышал! — засмеялся Мичовски. — Ну и сказочный же ты идиот!
— Да, офицер, я большой идиот. Я не хотел…
— Заткни варежку наконец! — рявкнул Мичовски. — Что там в понедельник, а?
Лоренцо сконфузился:
— В каком смысле?
— Лодка, которую тебе надо приготовить для Карилло в понедельник. Что за дела он там собрался обделывать?
Искорка неподдельного страха промелькнула во взгляде Эрреры.
— Я не знаю, сэр! Клянусь!
— Ну ладно, — спокойно ответил Мичовски, изображая безразличие. Он достал из кармана пару кабельных стяжек, выполнявших роль наручников.
Лоренцо побледнел еще больше и снова затряс головой:
— Нет, мужик, Ну пожалуйста! Я все скажу, все, что надо!
— Ты уже два раза продалбывался, и если ты наконец не выдавишь из себя что-то полезное, окажешься в жопе, ты меня понял?
Парень энергично закивал, тряся сальными патлами, будто марионетка со сломанной шеей.
— Но если заговоришь, еще погуляешь.
Лоренцо взглянул на него с подозрением:
— Обещаете?
— Начинай уже, — велел Мичовски, и Эррера кивнул еще несколько раз. — Итак, что произойдет через два дня, когда Карилло отправится куда-то на лодке?
— День поминовения, кажется, — ответил парень и съежился, увидев реакцию детектива.
— Ты меня за идиота держишь? — прохрипел Мичовски прямо ему в лицо. А потом схватил парня за рубашку и приложил об капот.
— Нет, клянусь! — запричитал Лоренцо. — Он задумал горяченькое свидание на воде, он про него уже неделю
