раньше?
Схватив зефирину, я с досадой бросила её в Сэма, но он ловко увернулся и, подскочив к столу, схватил ещё одну штучку.
— Это вкусно? Ты обещаешь? — со смехом спросил он и откусил.
Я схватила половник, которым мешала яблочное пюре, и замахнулась на него, когда услышала вскрик и страшный грохот. В кухню вошла леди Бри и наступила на зефирину, которую я кинула в Сэма. Поскользнувшись на ней, красотка упала на пятую точку, но в поисках опоры схватилась за край столешницы, на которой стояли грязные противни из-под агара и сахара. Со страшным грохотом они полетели на пол, изрядно отлупив при этом саму леди Бри.
Сэм тут же подал ей руку, а подбежавшая Сибилла помогла подняться, охая и ахая. Проглотив ругательство, вертевшееся на языке, леди Бри с достоинством произнесла:
— Как неловко получилось, — и, прихрамывая, поплелась прочь из кухни. Её платье, которое она успела сменить, было присыпано кленовым сахаром, а на заду прилипла злополучная какашечная зефирина. Никто не осмелился указать ей на это, чтобы не смущать ещё больше.
И всё же я не сдержалась и прыснула. Следом за мной рассмеялся Сэм, и, подмигнув, прошептал:
— Я готов есть эти какашки просто потому, что они сбили спесь с этой… леди, — и лихо закинул в рот ещё одну штучку.
Глаза его расширились, и он схватил всю доску, намереваясь унести с собой.
— Куда?! Им ещё стабилизироваться надо! — рявкнула я и кинулась спасать поднос.
— Обещай, что ты припрячешь для меня всю эту порцию! — заговорщически подмигнул он. — А я пойду узнаю, что там с леди Бри. Прикрою тебя.
И он удалился, закинув в рот ещё одну зефиринку. Я смотрела ему вслед и вдруг поймала себя на том, что счастливо улыбаюсь. Ну что за дурак!
За вечерним чаепитием все зефирки были сметены. И господа в зале, и мы в кухне наслаждались десертом и не спешили расходиться. Беседа текла неспешно, и всем хотелось разузнать, как из морских водорослей, кленового сиропа и подгнивших яблок я смогла создать такую вкусноту. Я с охотой рассказала и про агар, и про кленовый сахар, и Сибилла предложила приготовить ещё зефира, чтобы продать его в деревне в базарный день. Я подумала и согласилась — деньги ещё никому в жизни не мешали.
Ну а под конец вечера на кухню пришёл сам лорд. Он, смущаясь, протянул мне свёрток и сказал:
— Джейн, Сэм сказал мне, что у вас нет тёплой одежды. Здесь, в замке, в сундуках хранится много добра, и никто не обеднеет, если в награду за ваши сладости вы получите это. Я вам очень благодарен за вашу работу!
Я покраснела и схватила свёрток, ощутив, что он очень мягок и почти ничего не весит. Развернув его, я увидела белоснежную шубку длиной до пояса. Боже мой, такого шикарного подарка я никогда в жизни не получала! Шуба! Белоснежная! Невесомая! Я еле сдержалась, чтобы не броситься лорду на шею. Смущённо присела в реверансе и убежала в каморку, чтобы примерить подарок. Я ему нравлюсь! Точно нравлюсь!
Глава 15. Не нужно выделяться
Когда я отнесла шубу в комнату и красиво развесила на единственном стуле, чтобы она распрямилась и мех «подышал», то вновь вернулась в кухню — и с тяжёлым сердцем.
На полу валялись грязные противни и огромное пятно от раздавленной зефирины. В мойке — немытая посуда. Обе плиты были угвазданы, а котлы от сегодняшней ухи из форели ощутимо пованивали. Вся прислуга уже разбрелась спать, оставив меня разбирать завалы.
Под столом — крошки и грязь, а кто-то наглый даже посмел бросить на пол корочку хлеба!
Я с усталым вздохом подошла к мойке и взялась за тряпку. Намылила её и вдруг, не удержавшись, раскрыла ладонь, чтобы полюбоваться Лиловым огнём. Раз уж я умею такое чудо, то пусть оно вселит в меня хоть немного сил!
Огонёк, чуть попрыгав на ладони, внезапно перекинулся на тряпку, и она загорелась. Как её тушить? Что делать?
Паника накрыла с головой, и я стала окунать тряпку в таз с водой, где лежали замоченные тарелки и столовое серебро. Но тряпочка выскользнула из рук и вдруг сама начала намывать посуду! Клянусь, так и было!
Я стояла, раскрыв рот, а мыльные тарелки сами складывались в стопки. Это выглядело жутковато, но я точно знаю, что уже видела это — в доме у Молли Уизли! У неё все дела по хозяйству делались сами по себе!
Не веря своим глазам, я на цыпочках прокралась и закрыла двери на кухню. На всякий случай. Потом, немного подумав, подошла к метле и раскрыла новый Лиловый огонёк в ладони. Он тут же весело перепрыгнул на ручку, и метла заплясала, выметая крошки из углов.
Невероятно! Восхитительно! Боже, это лучшее из всего, что я когда-либо делала!!!
Внезапно почувствовав адскую усталость, я пододвинула к огню кресло Сибиллы, в котором она отдыхала, когда на плите всё булькало и парило, и почти упала в него. Последнее, что я помню — это как тряпка сама сполоснулась и начала смывать в чистой воде пену с тарелок. Метла при этом вальсировала по кухне, а крошки и грязь собирались под ней в кучки в такт «раз-два-три, раз-два-три».
Дурдом какой-то!
