Джек растерянно молчал.
— Доход от моих рисунков тоже остается мне. Если я приму какие-либо дополнительные заказы, эти средства будут в полном моем распоряжении.
— Интересно, — заметил Джек, скрестив руки на груди. — Что еще? Полагаю, ты не закончила?
— Я хочу иметь дом в сельской местности, записанный на мое имя. — Он молчал, и она продолжила: — Удобный, уютный, в местности по моему выбору. Moжет, Кент или Эссекс, где-нибудь на побережье, там не очень долгие и холодные зимы.
— И что ты собираешься делать с этим домом?
— Жить в нем, разумеется.
Джек с недоумением смотрел на нее:
— Ты хочешь, чтоб мы жили в доме на побережье?
— Нет. Там я собираюсь жить одна. А ты можешь обосноваться в Лондоне или где тебе нравится. Мне это безразлично.
— Так, объясни. Мы поженимся, но жить будем врозь?
— Правильно.
— Ты думаешь, люди не заметят, что ты оставила меня, едва произнеся клятвы? Твой отец, например? Зная Данверса, я уверен, что он может отказаться от выплаты оставшейся суммы, если мы расстанемся.
Грейс кивнула:
— Более того, если мы сделаем это сразу после свадьбы, он может потребовать, чтобы наш брак признали недействительным. В таком случае я вряд ли получу свою часть денег. Возможно, отец будет настаивать, чтобы ты вернул ему свой карточный долг.
— Ты, оказывается, довольно практична, — сухо произнес Джек.
— Конечно. Я согласна жить с тобой под одной крышей первые несколько месяцев брака. Полагаю, до конца сезона, чтобы исключить всякие подозрения. Когда светское общество начнет в конце лета покидать Лондон, я спокойно уеду в свой новый загородный дом, а ты можешь отправиться... куда захочешь.
— Даже к дьяволу?
— Если тебе нравится, — с деланным безразличием сказала она.
Джек бросил на нее пронзительный взгляд:
— Ты знаешь, пойдут разговоры.
— Ну и что? Насколько мне известно, большинство аристократических пар в основном проводят время раздельно. Мы с тобой не станем исключением.
— Ты ведь понимаешь, если мы женаты, то на всю жизнь. Можно расстаться, но развода не будет.
Сердце у нее сжалось от его ледяного тона. Да и конец их отношений был таким же холодным и серым, как этот зимний день в саду.
— Если даже он возможен, меня это не интересует. Я не собираюсь еще раз выходить замуж. Раздельное проживание меня вполне устраивает.
Джек перевел взгляд куда-то вдаль.
— Ты уверена, что хочешь именно этого?
— Абсолютно. Мной уже достаточно манипулировали, и я теперь мечтаю о независимости. А если мы заключим соглашение, оно это гарантирует.
Грейс крепко сжала руки, подавляя волну эмоций, чтобы не заплакать или, что еще хуже, не потерять уверенности. Пока он смотрел вдаль, она изучала профиль когда-то любимого человека, скрывающего лицемерное сердце лжеца.
Ее решимость сразу окрепла.
— Я думала, ты воспримешь мое предложение с облегчением. Если я отменю свадьбу, ты снова окажешься по уши в долгах моему отцу. А согласившись на мои условия, обретешь не только свободу, но и богатство в придачу, хотя и немного меньшее, чем ты рассчитывал.
Джек перевел взгляд на нее. Смотрел долго и молча.
— Хорошо, Грейс, — наконец сказал он. — Пусть будет по-твоему.
— Как ты думаешь, твой стряпчий может оформить наш договор перед свадьбой? Я не хочу, чтоб между нами возникли недоразумения.
Глаза у него вдруг сверкнули от гнева.
— Не волнуйся, их не будет. И стряпчий не требуется. Можешь не считать меня джентльменом, но свое слово я держу всегда. Ты получишь свои деньги и свой дом без всяких условий, как договорились. Если этого недостаточно, можем сейчас пойти к твоему отцу и все отменить.
Грейс опустила глаза, поняв, что зашла слишком далеко.
— Нет. Я тебе верю.
— Хорошо. И еще одно. Пока мы наедине, ты можешь презирать меня, но до конца праздников должна притворяться, что у нас все замечательно. До свадьбы все будут наблюдать за нами, ожидая увидеть счастливую пару. Ты сможешь последние несколько дней выказывать хотя бы сдержанную любовь ко мне? Иначе твой план теряет всякий смысл.
Она вскинула подбородок.
— Если ты мог, то и я постараюсь сыграть воображаемую любовь.
— Тогда вернемся в дом. — Мрачно улыбнувшись, Джек предложил ей руку. — Я не хочу, чтобы ты окоченела.
Но дрожь пробрала Грейс именно сейчас, когда она поняла, что сделала.
Глава 18
Грейс шла в сопровождении отца по проходу, не замечая ни красоты часовни, ни многочисленных членов семьи и друзей, сидящих на отполированных скамьях черного дерева. Она полностью сосредоточилась на том, чтобы не споткнуться на сверкающем беломраморном полу.
Грейс даже не обратила внимания на бесподобную роспись куполообразного потолка часовни с лазурным небесным сводом и ангелами с неземными лицами. Не видела она и пышных роз в высоких изящных вазах, которые наполняли воздух благоуханием!
Она сознавала только реальность этого момента, тот факт, что сегодня ее бракосочетание — самый ужасный день в ее жизни. А ведь совсем недавно она ждала его с радостным предвкушением счастья.
Когда отец подвел ее к алтарю и вдруг остановился, Грейс покачнулась от неожиданности, ей потребовалось некоторое усилие, чтобы устоять на ногах.
— Ты в порядке, Грейси?— прошептал он, беспокойно нахмурив брови.
— Конечно.
Она заставила себя улыбнуться, как делала уже сотни раз в последние несколько дней. Ответ, похоже, удовлетворил его.
Потом на месте отца вдруг появился Джек и осторожно положил ее ладонь на рукав своего темно-синего сюртука.
— Руки у тебя как лед, — тихо сказал он.
Не получив ответа, Джек вздохнул и знаком велел епископу начинать церемонию.
Каким-то образом Грейс удалось произнести нужные слова в нужное время и остаться спокойной, когда Джек надел ей широкое золотое кольцо на тот палец, где уже был сверкающий бриллиант. Она пристально глядела на эти символы свадебного обряда, но сейчас они не имели никакого значения.
Под одобрительные возгласы и поздравления они вышли из часовни, однако Грейс сразу поняла, что суровое испытание для нее только началось.
В бальном зале Брэберна ей пришлось принимать поздравления, радостно смеяться и притворяться счастливейшей женщиной в Англии. Когда одна пытка закончилась, началась другая.
Джек проводил ее в столовую для приемов, где был подготовлен изысканный свадебный завтрак. Они заняли почетные места, и Грейс позволила ему наполнить ее тарелку восхитительными деликатесами. Она пыталась найти хоть какое-то утешение в очень вкусной еде. К несчастью, девушка совсем лишилась аппетита, поэтому двигала по тарелке маленькие кусочки, чтобы никто даже не заподозрил, что она едва прикоснулась к образцам кулинарного искусства.
