Из-за кордона Улла Бауэрс и его свита видели Джесси, но он не обратил на них ни малейшего внимания. Линкам сам сел за руль машины, предоставив охранникам Туэка занять пассажирские места или воспользоваться другой машиной.
Взревел двигатель, и, подняв тучу пыли, вездеход сорвался с места, покатившись по крутой дороге к тому месту, где кишела толпа недовольных. Когда Джесси вышел из машины, солдаты образовали впереди него маленькую фалангу, чтобы расчистить дорогу. Мужчины в пустынных костюмах и женщины в длинных платьях отходили в сторону, удивленно перешептываясь. Они узнали благородного визитера, который переоделся в свой вельможный мундир.
Проигрывая в уме слова, которые он хотел и должен был сказать этим людям, Джесси приблизился к импровизированной трибуне. На ней стоял пожилой человек с обветренным лицом и кричал:
— … под Хосканнерами было лучше!
В этом ораторе Джесси сразу узнал Пари Гоюка, превосходного машиниста комбайна. Но машина недавно была сильно испорчена, и Пари остался без работы. У него слишком много свободного времени, подумал Джесси. Гурни смог бы уладить все это дело в частном порядке, если бы ему представился такой случай. Но случай не представился.
Пари увидел Линкама, и лицо рабочего вспыхнуло возмущением и гневом.
— Ах это вы, кавалер! Вы хотите отправить всех нас назад в тюрьму?
Джесси продолжал идти к трибуне, заставляя себя сохранять спокойствие и невозмутимость.
— Ты хочешь разорвать свой контракт, Пари? Как те, кто отказался работать на добыче? — Он поднялся по ступенькам, чтобы оказаться на одном уровне со старым рабочим. Каталанские гвардейцы заняли места вокруг, готовые пресечь любую угрозу.
Гоюк не смутился.
— Я никогда не отказался бы работать, если бы она была, эта работа! Почти никто из нас не имеет никаких шансов на получение бонусов. Вообще никаких. Я освобожденный человек. — Он коснулся татуировки на лбу. — Все мы хотим покинуть эту планету, но вы, Линкамы, сделали это невозможным.
Джесси внимательно смотрел на рабочего, не отводя взгляд, и начал отвечать так, словно это был личный разговор между ними:
— Я уже обещал вам, что ты и все остальные освобожденные покинут эту планету за мой счет — если мы выиграем это состязание.
Вместо радости, слова Джесси вызвали в толпе ропот и недовольство. Старый рабочий недовольно поморщился и обратил к Джесси свое обветренное лицо.
— Ха, благородный аристократ, скорее с этого неба пойдет дождь! Вы вселили в нас надежду своими пустыми обещаниями, и мы стали работать как черти. Мы поверили вам, и что из этого вышло? Вы не сможете выиграть это состязание, поэтому и обещаниям вашим грош иена.
Джесси показалось, что его ударили в грудь раскаленным ножом; он понимал, насколько безнадежным кажется этим людям их положение. В штаб-квартире, когда они с Дороти анализировали цифры, им самим становилось ясно, что для победы над соперником должно произойти чудо. Но Джесси решил не сдаваться и расправил плечи.
— Я не сдался, Пари. Но и вы не должны сдаваться. — Он наконец повернулся лицом к толпе. — Ни один из вас.
Снизу, из толпы, раздались выкрики:
— Жить было лучше при Хосканнерах!
— Нет пряности, нет работы, нет бонусов — какой же прок оставаться здесь?
— Сейчас даже Салуса лучше того ада, в какой вы превратили Дюнный Мир.
— Мы хотим, чтобы вернулся Хосканнер!
Джесси собрался с духом и приготовился к отповеди. Потом он заговорил:
— Ну, конечно, пусть вернутся Хосканнеры! Может быть, вам лучше приглядеться к своим трудностям и направить гнев на более подходящую цель? — Он прищурил глаза. — Разве не Хосканнеры сломали наши погодные спутники, подвергнув рабочих неслыханной опасности? Разве не шпионы Хосканнера портили оборудование, чтобы вы не могли работать на меланжевых жилах? Разве не Хосканнеры подкупали инопланетных производителей и давали взятки чиновникам, чтобы воспрепятствовать доставке так нужных нам машин? Разве не Хосканнеры блокировали доставку воды, взвинтив цены на нее до небес и выше? — Он уставил в толпу палец. — Их единственная цель — ослабить Дом Линкамов. Будьте же честны и пристойны. Дайте мне шанс улучшить вашу жизнь. Но старый Гоюк упрямо продолжал злиться.
— Так делайте нашу жизнь лучше, кавалер. Вы легко бросаетесь обвинениями, но если вы хотите заставить нас поверить в заговор, то докажите, что вы лучше Вальдемара Хосканнера. Докажите это своими поступками, своими действиями.
Джесси был на грани смятения — надо было немедленно найти какое-то средство успокоить этих людей. Они с Дороти часто обсуждали возможные решения, но все они казались либо слишком экстравагантными, либо очень рискованными. Но сейчас у него не было времени на изучение бухгалтерских книг. Надо было что-то делать сейчас, ибо минута промедления может обернуться кровавыми беспорядками.
Джесси сложил руки на груди.
— Очень хорошо. Настали трудные времена, и нам всем придется экономить, всем придется делить тяготы и всем испытывать неудобства. Начиная с завтрашнего дня я буду лично распределять воду из моих домашних резервов. Всякий, кто придет в мой дом, получит воду, и так будет продолжаться до тех пор, пока эти резервы не иссякнут. Отныне мой ежедневный рацион воды не будет отличаться от вашего. — Слыша ропот недоверия, Джесси бегло осмотрел лица стоявших на площади людей. — Я знаю, что у вас туго с деньгами. Поэтому я ограничу цены на воду, они будут заморожены на том уровне, на каком они были при Хосканнере, когда мы пришли управлять Дюнным Миром. Я издам декрет, обязательный для исполнения торговцами водой.
Когда он услышал в ответ выражения радостного недоумения, Джесси понял, что сумел отвести непосредственную угрозу. Это было лишь временное решение, мало того, оно могло повлечь за собой экономическую катастрофу в Картаге, но сейчас было не время терзать себя этими размышлениями. Добыча пряности должна продолжаться, день за днем.
* * *
Торговцы водой и ее импортеры выразили свое возмущение декретом Джесси, ограничившим цены, объявлением забастовки. Поставки воды стали намеренно срываться, собственные запасы были ограниченны, и торговцы чувствовали себя вправе взвинчивать цены настолько, насколько население могло это вынести. Обуянные жаждой прибыли торговцы прекратили свою деятельность, заперли магазины и лавки и отказались продавать воду по низким ценам, установленным Домом Линкамов. Несколько разжиревших и обозленных торговцев решили искать поддержки и справедливости у толпы, но население не поддержало их, понимая, что продавцы бессовестно их обирают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
