бреда? То, что его хотят от меня забрать, а несколько месяцев в пансионе только подогрели его страхи.
Местный граф приехал ко мне через три дня после моего появления. Саша забился в дом и смотрел на него из окна со страхом. Я предложил сесть на террасе и побаловаться чаем с конфетами, которые я привёз с собой из столицы. Он сел в кресло и вытянул ноги.
— Я рад что теперь тут кто-то будет жить, а то стоит тут большой дом пустым.
Я усмехнулся. Большой дом был в три раза меньше моего столичного дворца.
— Я тоже рад, что наконец-то оформил все бумаги и теперь буду жить спокойно.
— Вы один?
— С сыном, но Саша не очень любит бывать на людях.
Граф отхлебнул чай и прикрыл глаза.
— Замечательно. Давно же я не пил такого вкусного чая. Вы будет моим вассалом?
— Нет. У меня есть сюзерен. Вы не переживайте. Это не помешает нам встречать и пить чай с конфетами. Вас что-то тревожит?
Граф ответил через несколько минут. Я его прекрасно знал. Это мой вассал, который предпочитал жить в провинции, а не в шумном городе. мы встречались от силы два раза, потому-то он меня и не узнал. Я дал тогда себе слово, что как-то изменюсь.
— Да. У меня тут проблема есть. Я хотел к герцогу ехать, да тут у него беда случилась. Честным в наше время нигде не место.
— А давайте я попробую вам помочь. Может и найдётся решение.
Проблема оказалась в том, что два барона не могли поделить границу своих земель и с завидной регулярностью трепали нервы графу и устраивали натуральные бои. Я предложил выступить в качестве арбитра в споре двух сторон. Как же он обрадовался.
Для суда на поляне ставили большой стол, рядом несколько кресел и ограду, чтобы посторонние не мешали. Через неделю на поляне за домом встретились два барона, граф и я. Граф сел в стороне, бароны друг напротив друга, а я во главе стола. За оградой с разных сторон собрались многочисленные болельщики. Они рассматривали друг друга с ненавистью, а на нас старались не смотреть. Первый барон был коренастым и крепко сбитым. Этакий пенёк на дороге и сдвинуть его нет возможности и обойти проблематично. Второй тонкий и длинный словно жердь. Он смотрел на своего оппонента свысока в прямом смысле слова, что ещё больше подогревало ситуацию. Потому-то я и приказал им сесть. Так они оказались примерно на равных.
— Так уважаемые лорды. Вначале каждый высказывает свою позицию. Пока говорит один, другой молчит, даже если очень хочется высказаться. За нарушение правил будете получать по шее.
С графом пришло несколько его бойцов, которые должны были следить за порядком. Часть из них прохаживалась вдоль ограды, чтобы ретивые болельщики не нарушали установленный порядок. Один из баронов встал и начал говорить:
— Этот луг испокон веку принадлежал моим предкам. Там мы пасли скотину, потом выращивали пшеницу. Граница проходит от развалин на расстоянии двух миль. Вот тут.
— Нет. Граница проходит на расстоянии половины лье от развалин, а не двух.
— Стоп, — остановил я спорщиков. — В чём вы измеряете расстояние?
— В лье, — ответил тощий.
— А вы? — спросил я первого.
— В милях.
Граф рассмеялся. Он понял, что мужики говорят об одном и том же месте.
— Дать бы вам по мозгам, — проворчал он.
Я взял карту и листок бумаги.
— Две мили и половина лье — это примерно одно и тоже расстояние. Граница ваших земель походит вот тут. Фактически ею является вот эта речка. Единцу измерения нужно выбирать одну, а не две разные.
Бароны посмотрели на карту, потом на меня, затем пересчитали расстояние и улыбнулись. Мы выпили по бокалу вина за удачное разрешение спора, а граф Вальтер де Фишер спросил:
— Барон Георг, а вы не согласитесь быть у нас судьёй. Наш старый судья ушёл на покой, а нового всё найти не можем.
Я пожал плечами.
— Лицензия нужна.
— Это я сделаю. Вы, главное, согласитесь.
И я согласился. На лицензии, которую мне выбил Вальтер, стояла подпись Софии и было указание, что она всего лишь исполняющая обязанности верховного судьи. Почему она не стала верховным, я узнал на очередном совещании.
Раз в год проводилось большое совещание в столице, где указывалось на ошибки, разбирались самые сложные дела. Ехать туда не хотелось, но выхода не было. Иначе меня лишат лицензии. Не то что она мне была нужна, но расстраивать графа Вальтера не хотелось. Но поездка в столицу была для меня опасной. Ещё хуже то, что Саша наотрез отказался оставаться в поместье без меня. Пришлось его брать с собой.
Судей в империи всего три десятка. Я старался знать всех в лицо. Мне ерунда, а людям приятно. София себя не утруждала запоминаниями судей из провинций. Приглашения пришли безликие, даже без указания на провинцию.
Я переоделся из столичных нарядов в провинциальные — свободные широкие брюки тёмного цвета, голубая рубашка, шляпа Трилби, вместо туфель удобные ботинки. Все это дополнялось дурной тростью, которая мне отчаянно мешала, но была этаким шиком провинциальных баронов в последнее время. За пару лет я нарастил себе мускулы и отрастил длинные волосы. Словом, вместо стильного герцога в столицу приехал провинциальный дурак, разыгрывавший из себя богатого нувориши. Сашу я одел соответствующе.
Мы остановились в небольшой гостинице. Мне по карману богаче, но привлекать внимание не хотелось. Большая часть моих коллег остановилась в этой и соседней. Семьи, дети, жёны, скандалы. Я посмеивался над ними. Мы с Сашей гуляли по городу и рассматривали столицу с интересом. Сын потому, что толком её неё видел, а я хотел посмотреть на то, что изменилось. Я купил ему мороженое с каким-то невероятным вкусом. Саша смотрел на меня и посмеивался.
— Папа, ты выглядишь очень смешно. Длинные волосы тебе ну совсем не идут.
Я посмеялся.
— Пусть будет смешно. Главное, чтобы не узнали.
Саша вздохнул, а мы как раз вышли к нашему дому. Раньше тут был
