Еще одной стороной, привлекавшей самураев к учению дзэн, была его кажущаяся простота. Ведь школа дзэн не требовала от воина изучения многочисленных сутр, комментариев, трактатов. Истина, согласно учению дзэн, не может быть постигнута из писаний. Только интуиция приведет к постижению «истинного сердца Будды».
Для самураев было важно и то, что дзэнское учение было неразрывно связано с китайской культурой эпохи Сун. Через дзэн они получили возможность приобщиться к последним достижениям континентальной культуры. Не случайно влияние дзэн не ограничилось только сферой религии, оно явственно проявилось и в становлении нового канона в эстетике, определило ключевые направления развития японской литературы и искусства.
Воспитание бесстрашия и умения мгновенно, без размышлений, выдавать правильный ответ на возникшую ситуацию не могло не привлечь внимание ниндзя, которым, по самой специфике их работы, приходилось то и дело сталкиваться с нештатными ситуациями, когда спасти жизнь могли лишь решительные и неординарные действия. В ряде легенд о ниндзя явственно просматривается влияние дзэнских методов тренинга на методику подготовки лазутчика-диверсанта. Познакомимся с некоторыми из них.
Кража фарфоровой черепахи
…В старину жил один великий учитель ниндзюцу. У него было много учеников. Однажды посреди бела дня он приказал им:
— Идите немедля и украдите для меня из фарфоровой лавки большую черепаху!
Ученики поняли, что наставник хотел испытать их искусство, и с готовностью отправились исполнять приказ. Но дело было днем, а черепаха была большого размера, так что надеяться, что никто не заметит пропажу, было нечего. Долго бродили они вокруг лавки, но придумать способ украсть черепаху так и не смогли. Окончательно пав духом, они явились к наставнику с повинной.
— До чего же вы бестолковы! — заявил в ответ учитель. — Ну, что ж, видно, прийдется мне показать вам свое мастерство.
С этими словами ниндзя направился к фарфоровой лавке.
Ждать его возвращения пришлось недолго: вскоре на дороге показался учитель со взваленной на спину огромной фарфоровой черепахой. Ученики были поражены ловкостью мастера, но один из них, украдкой наблюдавший за наставником, заявил, что мастер попросту ее купил. При этих словах все захлопали в ладоши и засмеялись.
Но тут вмешался сам учитель, спокойно сказавший:
— Вот поэтому-то вас и называют недопесками. Вы все кричали: «Черепаха, черепаха!» Эта большая черепаха прямо-таки приковала ваше сознание, и вы не замечали ничего вокруг. Когда я вошел в лавку, я сначала украл десять маленьких черепашек и спрятал их в рукаве. Потом я спросил хозяина, сколько стоит эта большая черепаха, и затем просто предложил ему поменять ее на десять маленьких.
Эта легенда во многом похожа на дзэнскую притчу. Она проповедует гибкость мышления. А следующая легенда ярчайшим образом демонстрирует дзэнский характер методики обучения ниндзя.
Учись на своей шкуре!
В старину жил один знаменитый ниндзя. У него был сын-недотепа, страстно желавший обучиться шпионской науке. Долгое время он приставал к папаше с просьбами преподать ему урок мастерства, и, наконец, наставник согласился. Прокравшись вместе с сыном в амбар усадьбы одной богатой семьи, ниндзя заставил его залезть в какой-то ящик, после чего запер его на замок, заорал: «Воры! Воры!» — и дал деру. Заслышав этот вопль, мальчик ужасно удивился и напугался. Но плакать не заплакал, да и звать никого не стал, а лишь лежал и проклинал папашу последними словами за его безжалостное обращение. Да и слуги, сами немало удивленные происшествием, пришли проверить амбар, но ничего подозрительного не заметили. Тем временем запертый в ящике незадачливый «ниндзя» стал царапать нижнюю доску ящика ногтями. Услышав этот скребущий звук, слуги сначала подумали, что это мышь, но звук всё не прекращался. Некоторое время спустя они сообразили, что звук исходил из ящика, и, сорвав замок, открыли его крышку. Именно этого и добивался мальчишка, который, как только крышка была поднята, вскочил как молния и побежал что было духу. За ним с воплями «Держи вора!» понеслись слуги. Деваться было некуда. «Ниндзенок» метался из стороны в сторону, пока не добежал до колодца. Там он увидел большой камень и моментально придумал спасительную уловку. Схватив камень, он швырнул его в колодец. Камень с громким плеском с большой высоты грохнулся в воду. И слуги, услышав плеск, решили, что это вор нырнул в колодец, окружили его и стали искать веревки или лестницу, чтобы вытащить его на расправу. А мальчонка тем временем, счастливо избежав опасности, сбежал домой.
Добравшись до дому, при виде отца он дрожащим голосом закричал:
— Папа, как же ты жесток! — и разразился рыданиями.
Но отец оставался невозмутимым и лишь спросил в ответ:
— Как же ты сумел вывернуться?
Мальчик, всхлипывая, изложил ему подробности побега, и тогда отец сказал ему:
— Здорово! Вот это — введение в ниндзюцу. Понял?
Акуто
Начиная с середины XIII в., во многих провинциях Японии появились так называемые акуто — «злодейские шайки». Что же представляли собой акуто, какие цели они преследовали, в чем выражались их «злодейские» действия? Приведем петицию управляющего поместья Аракава провинции Кии от 1291 г.:
«Монах Хосин из храма Коя-дэра, дочернего храма Саммон, почтительно докладывает.
Прошу, чтобы было сделано обращение к военным властям и в соответствии с установленными законами представленные в списке люди были взяты под стражу и наказаны. Гокэнин [23] провинции Кии Миякэ Таро нюдо Дзёсин и другие ночью 26-го дня 7-го месяца ворвались в жилище Хосина в сёэне [24] Аракава, захватили предназначенные синтоистскому храму Хиэ подношения и имущество, сожгли 35 сельских построек и жилищ крестьян. В 8-й день 9-го месяца они устроили засаду в храме Коя, убили двоих вассалов — Дзюро нюдо и Сабуро. Подобного злодейского разбоя ранее никогда не было».
Ниндзя спасается вплавь. Рисунок по мотивам японских гравюр
Управляющий представил храму 12 документов, из которых видно, что «злодейская шайка» состояла из жителей соседних сёэнов Ёсинака, Натэ, Хигасиарами, Касэда и других. Главарь — гокэнин Дзёсин в то время еще не был взят под стражу, хотя уже находился под следствием в связи с убийством племянника управляющего сёэна Танака. Несмотря на это, он вторгся в сёэн Асо провинции Идзуми, а затем в сёэн Аракава. В «злодейской шайке» было много его родственников. Они захватили 35 000 медных монет, около 270 литров риса, зерно, гречиху, доспехи, луки, стрелы, седла, конскую упряжь, одежду, спальные принадлежности, кастрюли, горшки, котлы и другие предметы повседневного обихода.
Яркую картину движения акуто дает историческое сочинение «Хосоки», написанное в 1348 г. в храме Икаруга-дэра и повествующее о событиях в провинции Харима: «С годов Сёан и Кангэн (1299–1303) стало видно и слышно, что в различных местах происходило бесчинство, в заливах действовали пираты, нападали группы бандитов, горные разбойники и т. д., их не успевали усмирять. Они отличались от обычных людей, одевались в странную одежду и имели необычный внешний вид. Они носили легкое полотняное кимоно цвета хурмы, прицепляли женские зонтики, не носили эбоси [25] и хакама. Они ходили украдкой, не показывая людям лицо, на спине носили бамбуковый колчан с малым числом стрел, на боку прицепляли большой меч с облупленной рукояткой в ножнах, имели бамбуковые копья и заостренные палки, не надевали панцирь и другое защитное снаряжение. Они собирались по 10–20 человек, иногда укреплялись в замке или, наоборот, присоединялись к тому, кто штурмовал замок. Иногда они переходили на сторону противника, совершали предательство. Они вели себя только так и не держали обещаний. Они любили азартные игры, их основным занятием было мелкое воровство. Несмотря на указы бакуфу [26] и запреты сюго [27], их число росло.
Бакуфу с весны 1-го года Гэнъо (1319) отправило гонцов в 12 провинций районов Санъёдо и Нанкайдо. В нашей провинции Харима Ио Тамэёри, некто Сибуя, некто Касуя и другие вместе с представителем сюго Судо нюдо собрали клятвы с управляющих поместьями, гокэнинов и добились усмирения. Находящиеся в разных местах замки и жилища акуто числом 20 были сожжены, убиты те, кто там находился; представлен их список из 51 человека. Пользуясь этим случаем, всем гокэнинам провинции, включая тех, кто находился в Киото, был отдан строгий приказ об их аресте, но реальных результатов не было. Известных буси назначали командирами усмирительных отрядов, дзито [28] и гокэнины были объединены в группы и по очереди охраняли два места — Акаси и Нагэси; поэтому 2–3 года было тихо, но с наступлением годов Сётю и Каряку (1324–1329) их поведение значительно превзошло всё то, что было в предыдущие годы, поразило Поднебесную.
