Кусуноки Масасигэ — гений военного дела. Ниндзюцу школы Кусуноки-рю
Важнейшую роль в событиях Реставрации Кэмму сыграл выдающийся полководец Кусуноки Масасигэ (?–1336), вошедший в историю как символ нерушимой преданности императорскому роду и военного таланта.
Масасигэ буквально ворвался в историю Японии. Легенда рассказывает, что император Годайго укрылся от преследования врагов на горе Касаги, однако положение его было плачевным. Однажды ему приснилось огромное дерево, под которым стоял императорский трон. Поначалу никто не мог растолковать значение этого сновидения, но когда через некоторое время на горе появился некий Кусуноки, заявивший, что желает поддержать императора в его борьбе за реставрацию императорской власти, это было сочтено божественным знамением, указывающим на источник помощи в борьбе со всесильными Ходзё (иероглиф «Кусуноки» составлен из двух иероглифов — «дерево» и «юг» — и обозначает «камфорное дерево»).
Никто из придворных прежде никогда не слыхал фамилию Кусуноки. И до сего дня точных сведений о происхождении этого рода нет. По одним данным, Кусуноки Масасигэ был представителем богатого рода из провинции Кавати, имел право на разработку месторождения киновари, содержащей ртуть, и продавал добытую руду в Киото. По другим, он был главой поселения сандзё — презираемых парий, которые в обмен на выполнение каких-либо несельскохозяйственных «грязных» работ получали право на монополию в той или иной деятельности, например на рыболовство. В основном жителями сандзё были иммигранты. Особенно много сандзё было в провинциях центрального района Кинки — Ямато, Кавати, Сэтцу, Идзуми, Ига и Исэ. Случалось, что главы сандзё накапливали значительные богатства и имели возможность использовать на работах многих людей. Иногда они назначались чиновниками в сёэны, боролись там с дзито, брали подряды на уплату налогов с сёэнов или, наоборот, терроризировали их.
Кусуноки Масасигэ
Как бы то ни было, к началу XIV в. род Кусуноки располагал довольно солидной военной мощью. Сам Масасигэ с детства участвовал в военных кампаниях отца, который без конца воевал с соседями, и приобрел в этих столкновениях незаменимый военный опыт.
В младенчестве родители отослали его на учебу в монастырь буддийской школы Сингон Кансин-дзи в Кавати, где он, подобно Минамото Ёсицунэ, досконально изучил военное искусство монахов и ямабуси. Однако, в отличие от своего великого предшественника, Масасигэ не стал мастером рукопашного боя, но зато превратился в блестящего тактика и стратега, о котором впоследствии говорили, что он способен управлять войсками, не выходя из палатки и находясь на расстоянии в 10 000 ри [29] от поля боя! И это — очень важное различие между Кусуноки Масасигэ и Минамото Ёсицунэ. Оно свидетельствует о том громадном прогрессе в военном искусстве, который произошел за разделяющие их полтора столетия. К этому времени военачальник перестал быть рыцарем, скачущим в бою впереди войска, и превратился в «шахматиста», перемещающего отряды своими приказами, наблюдающего за ходом сражения со стороны и обдумывающего дальнейшие ходы.
После «выпуска» из Кансин-дзи Масасигэ продолжил военное образование под руководством семьи Оэ (вероятно, именно через Оэ позднее Кусуноки сумел нанять на службу отряд ниндзя из Ига), хранившей секреты классической военной науки Китая. Таким образом, в юном гении соединились китайская ортодоксия и оригинальное военное искусство ямабуси. Позднее из этого сочетания родилась одна из важнейших школ японской «военной науки» Кусуноки-рю, в программе значится и раздел ниндзюцу. Кусуноки-рю в момент своего рождения была наиболее передовой школой военного искусства в Японии и по своему уровню значительно превосходила даже знаменитую школу Ёсицунэ-рю.
Гениальное военное дарование Масасигэ раскрылось в сражениях с многократно превосходящими силами Ходзё. Когда войска Ходзё напали на крепость Акасаку, принадлежавшую Кусуноки, у него было лишь 500 воинов, да и «крепость» представляла собой простой частокол с несколькими деревянными башнями общей площадью в 543 кв. м. Гарнизон «крепости» составляли 200 самураев. Еще 300 спрятались в лесу на близлежащем холме. Когда отряды врага начали наступление на Акасаку, лучники Кусуноки буквально скосили первые шеренги, а на тех, кто все-таки сумел приблизиться к стенам, обрушились огромные бревна, камни и дождь кипятка. Когда же воины Ходзё начали отступать для перегруппировки, в тыл им ударил засадный отряд Масасигэ и обратил их в паническое бегство.
Одолеть Кусуноки было очень трудно, но сам он прекрасно понимал, что рано или поздно громадный перевес в силах обеспечит победу Ходзё. В этой ситуации Масасигэ решил прибегнуть к уловке. Его план заключался в том, чтобы заставить врага поверить в гибель свою и всего гарнизона. Ночью его воины просочились мелкими группами через кольцо Ходзё, а в крепости остался лишь один ниндзя из Ига по имени Сахэй, который должен был сжечь трупы павших и создать иллюзию самосожжения гарнизона. Когда враги ворвались в крепость, они нашли там лишь горы трупов да Сахэя, воющего над обуглившимся трупом якобы самого Кусуноки. Ниндзя сыграл свою роль столь убедительно, что Ходзё попались на крючок и, уверившись, что Кусуноки и его бойцы отправились в мир иной, убрались восвояси. Однако вскоре «усопшие» «воскресли», снова заняли Акасаку, а потом отступили в более мощную крепость Тихая на горе Конго. Ходзё, разгневанные проделкой Кусуноки, бросили против его двухтысячного отряда стотысячную армию! Началась легендарная оборона крепости Тихая, воспетая в сказаниях и легендах.
При столкновении со столь огромной армией Кусуноки ничего не оставалось, как вновь прибегнуть к хитрости. Тут-то и развернулся во всю ширь его полководческий талант. Немало пригодилось князю и знакомство с методами ниндзюцу.
При помощи внезапных нападений и арьергардных боев Кусуноки сумел выиграть время для укрепления Тихая. Умело используя особенности местности, он вынудил Ходзё вступить в бой в горных теснинах, где они не могли использовать численный перевес.
Крепость Тихая была расположена на высоком холме у подножия горы Конго. Сильная пересеченность местности не позволяла противнику использовать свою конницу или развернуть значительные силы. Мощные стены и башни крепости надежно защищали бойцов от стрел врага. Огромные валуны были сложены в стратегически важных местах, для того чтобы их можно было сбросить или скатить по склону горы на зарвавшегося противника. Кроме того, Тихая была обеспечена большими запасами продовольствия, воды и снаряжения и могла выдержать долгую осаду.
Ниндзя наблюдает за противником. Рисунок по мотивам японских гравюр
По указанию Масасигэ были изготовлены огромные деревянные бочки. Их наполнили экскрементами и установили на важнейших направлениях на стенах второго пояса обороны. Если кому-то из воинов Ходзё и удалось бы прорваться за первый пояс защиты, их встретил бы ужасно пахнущий поток жидкой смеси. Ею же были покрыты стены замка. Поэтому никто из горе-штурмовиков не имел желания приближаться к Тихая.
Однажды Кусуноки приказал своим воинам изготовить два десятка деревянных кукол в натуральный рост и нарядить их в полный доспех. Ночью куклы были установлены перед стеной крепости и закрыты щитами. За куклами спрятались лучшие лучники Масасигэ. Наутро воины Кусуноки стали вызывать врагов на бой, и Ходзё, увидав куклы, подумали, что это группа воинов из крепости сделала вылазку. Разгоряченные воины Ходзё ринулись в атаку, но едва они приблизились к «самураям Кусуноки», как буквально были сметены градом стрел лучников, которые затем быстро отступили в замок. Когда же разъяренные бойцы Ходзё все-таки дорвались до кукол и принялись в ярости рубить их, на головы им обрушились огромные валуны. В этом бою погибло более 300 воинов Ходзё. Еще 500 человек получили тяжелые ранения и были надолго выведены из строя.
Масасигэ прекрасно понимал, что в условиях борьбы с многократно превосходящим врагом чрезвычайную важность имеет налаженная система шпионажа и полевой разведки. Он первым понял необходимость использования агентурных сетей, когда тайные осведомители помещаются во все важнейшие пункты. Создание таких сетей стало отличительной особенностью учения школы ниндзюцу Кусуноки-рю.
Для воплощения своих замыслов по созданию агентурной сети Масасигэ пригласил к себе на службу 48 крепких молодцов из «разбойной шайки» Курода. Было ли их именно 48, точно не известно, но в историю этот отряд вошел как «Отряд в 48 человек». Его членов называли синоби дацуко, что буквально означает «тайные похитители слов». Это название прекрасно отражает специфику работы шпионов Кусуноки, главной задачей которых было именно вызнавание планов врага, а не диверсии или убийства.
