Они, сидя на хороших лошадях, следовали по 50–100 всадников, вели запасных лошадей, везли сундуки, луки со стрелами, доспехи, и всё это было великолепным, украшенным инкрустацией золотом и серебром, надетые панцири ярко сверкали на солнце. Даже если земля не была спорным объектом судебного разбирательства, они объявляли себя сторонниками истца, захватывали эту землю. Объединялись в шайки, давали взаимные обещания. Такие группы, объединенные договоренностью, разрушали или строили замки. Земляные стены они красили, как в древности, возводили башни, сбрасывали на врага бревна и с помощью пращи метали камни, ставили вышки для предводителя, устанавливали большое количество ширм, щитов, бамбуковых заграждений. Поскольку многие из них приходили из провинций Тадзима, Тамба, Инаба, Хоки и других, то предоставляемые им на это расходы назывались ямакоси — «переход через горы»; по договору за обещанное вознаграждение они могли выступить на стороне любого. У них не было боязни людских глаз и чувства стыда. Буси считается тот, кто делает себе харакири; они же, хотя сами и знают, что такое стыд, но, утверждая, что нахождение в военном лагере — совсем другое дело, наоборот, восхваляют нарушение обещаний и предательство; их боятся и те воины, которые охраняют заставы, и те, кто направляется на их усмирение. Поэтому из-за их беззаконий, таких, как снятие урожая с чужих заливных и суходольных полей, набеги, захваты и т. д., в конечном счете, думается, не осталось сёэнов, где управление сохранилось бы в порядке.
Разбойник с мечом. Рисунок по мотивам японских гравюр
Большинство жителей провинции высокого и низкого статуса стали их сторонниками; из-за того, что направленные на их подавление и подкупленные ими буси закрывали на всё глаза и уши, деятельность акуто стала активной, и возникли важные события годов Гэнко (то есть свержение регентов из дома Ходзё коалицией феодалов под руководством императора Годайго в 1333 г. — А.Г.). Их действия были проявлением ошибок правления буси».
Среди японских историков нет единого мнения о сущности акуто. По-видимому, это явление носило сложный характер. По одним данным, акуто были местными буси, во главе которых стояли вассалы сёгуна, не желавшие отправлять рисовый налог владельцам сёэнов. По другим данным, основу акуто составили зажиточные люди, главным образом торговцы, становившиеся землевладельцами, и богатые крестьяне.
Как бы то ни было, говоря об акуто, следует обратить внимание на связь этого движения с процессом разделения труда и развитием денежного обращения. С одной стороны, в то время Япония достигла столь высокого уровня экономического развития, что сложились предпосылки для выделения социальных групп, не занятых непосредственно в производстве. С другой, развитие денежного обращения вело к тому, что достаточным условием существования человека стало обладание деньгами, а не землей. Отсюда — стремление акуто к захвату денег и иных богатств, а не земель. В то же время, вследствие появления излишков сельскохозяйственной продукции, некоторые феодалы получили возможность нанимать к себе на службу хороших военных профессионалов, каковыми и были многие акуто. Правда, одной возможности для этого было явно недостаточно. Нужна ведь еще и потребность. Но, судя по всему, такая потребность у феодалов была. Во всяком случае, в источниках есть немало примеров, когда они покрывали действия акуто и прятали их от преследований в своих владениях. Об этом свидетельствуют, например, дополнения к кодексу 1232 г., опубликованные в 1262 г.:
«Часто приходится слышать, что находящиеся под стражей у буси, пребывающих в Киото, подследственные из-за действий частных лиц передаются под стражу тем, кто имеет с ними связи, и в результате возвращаются в места своего жительства или, будучи отпущенными на свободу, совершают незаконные действия в Киото. Отныне подобное должно быть прекращено. Скорейше должно быть проведено рассмотрение дела и наведен порядок. Сообщают, что, находясь под стражей, они окружены многими зависимыми, носят мечи. Это совершенно непотребно. Скорейше должно быть прекращено…»
По сути, переход акуто на службу к феодалам за плату знаменовал начало традиции наемничества, появление групп профессиональных воинов, не являющихся чьими-либо вассалами, не имеющих собственных владений и живущих продажей своих профессиональных навыков. Для ниндзюцу это имело огромное значение, поскольку именно таким образом в Японии появились кланы, основным занятием которых был военный и политический шпионаж. В этом плане важно отметить, что феномен акуто большинство японских историков исследовали на основе материалов о «злодейских шайках из сёэна Курода», костяк которых составляла знаменитая семья ниндзя Хаттори, о чем пойдет речь далее. Интересно также, что японские ученые отмечают, что, если поначалу группы акуто имели ярко выраженный кровнородственный характер, то впоследствии они развились в территориальные организации, в которых видится прообраз мощных группировок ниндзя провинции Ига и уезда Кога провинции Оми.
Сёгунское правительство пыталось бороться со «злодейскими шайками». Оно часто издавало указы о необходимости разгрома акуто, отдавало подобные приказы военным губернаторам-сюго, назначало заместителей сюго и влиятельных гокэнинов уполномоченными по борьбе с ними. Хотя активные меры, как правило, не принимались, эта борьба всё же создавала угрозу для «злодейских шаек». Поэтому последние, не имея возможности удержать свои опорные пункты в столкновениях с самурайскими дружинами, активно использовали тактику партизанской войны. Кроме того, они умело играли на противоречиях в господствующем классе и для борьбы с конкретными владельцами сёэнов или с бакуфу использовали поддержку других владельцев сёэнов. Во время свержения камакурского сёгуната в 1333 г. многие акуто выступили на стороне антиправительственных войск.
В силу различных причин акуто потерпели поражение. Но некоторые из них смогли выстоять вплоть до конца XVI в., когда Япония была окончательно объединена и поставлена под контроль диктаторов Тоётоми Хидэёси. После установления сёгуната Муромати (1336–1573) они иногда становились вассалами сюго, а в некоторых случаях силами своих территориальных организаций устанавливали контроль над целыми районами.
«Злодейские шайки» Курода и объединение семей Хаттори и Оэ
В эпоху Камакура в провинции Ига сложилось мощное объединение дзи-дзамураев (госи; некоторые историки относят его появление даже к концу эпохи Хэйан), которое вошло в историю под названием Курода-но акуто — «злодейские шайки сёэна Курода».
Дзи-дзамураи, «деревенские самураи», представляли деревенскую верхушку. Они имели сравнительно большие земельные участки, которые обрабатывали частью сами, частью силами батраков, располагали оружием и создавали небольшие дружины из родичей и зависимых. В мирное время дзи-дзамураи пахали землю, руководили жизнью сельских общин, а в военное — нанимались на службу к более крупным феодалам.
В то время в Ига было очень мало поместий знати. Почти вся земля принадлежала религиозным объединениям, среди которых выделялись буддийские монастыри Тодай-дзи и Кофуку-дзи и синтоистское святилище Исэ-дзингу. Самые большие владения были у Тодай-дзи. Они охватывали почти всю территорию Ига. Таким образом, этот храм был фактическим владельцем провинции. Воспользовавшись тем, что контроль со стороны Тодай-дзи был довольно слабым, местные дзи-дзамураи начали объединяться в шайки и принялись отщипывать земли от владений храма кусочек за кусочком. Во главе Курода-но акуто стояли два семейства — Хаттори и Оэ.
Главой Хаттори в то время был Ясукиё, одним из первых ставший вассалом сёгуна Минамото Ёритомо. Как уже говорилось, он был старшим сыном Хаттори Иэнаги, во время войны Гэмпэй сражавшегося на стороне Тайра. В то время как его отец оказался в числе беглецов, подлежащих аресту, Ясукиё вовремя сообразил, откуда ветер дует, и принял нужную сторону. Благодаря этому он не только сохранил фамильные земли в Ига, но и сумел увеличить их, решительно подавляя все выступления против Минамото. Так, прознав, что в монастыре Сэндо-дзи, находившемся в деревне Ямадо уезда Аяма провинции Ига, укрылся Синода Сабуро Ёсихиро, один из сподвижников Кисо Ёсинаки — врага Минамото, он приказал своему родственнику Хаттори Хэйроку Масаами напасть на него. В бою Синода был убит, и Ясукиё отправил его голову в Камакуру, где находилась резиденция Ёритомо. За ретивость сёгун наградил его новыми землями. Как видим, у Ясукиё было прекрасное чутье на добычу, поэтому нет ничего странного, что именно он принял самое деятельное участие в коалиции дзи-дзамураев для борьбы с храмом Тодай-дзи.
