«Снежном змее», но наваристый и по-своему очень вкусный. Овощи, сушеная зелень и говядина на косточке. Даже студент перестал хмуриться и с усердием работал ложкой.
Принесли кипяток, и Скай всыпал в кастрюльку смесь летних трав и растертых сушеных ягод шиповника. Сладкий аромат взбодрил волшебника. Пускай «охота на шпиона» и прошла совершенно по-дурацки, но закончилось-то все хорошо.
Ниар доел суп, потер лысый затылок и вдруг спросил:
– А что вы с Линтом нашли за той дверью?
– Еще одну дверь, – ответил Скай.
Во второй раз полуправда далась легче, почти без заминки. Но и Ниар сильно отличался от честного простака Кирта.
– И Линт согласился просто уйти?
– Ну… – вот тут уже Скай замялся.
– Мы пытались ее открыть, – развел руками Пит.
Но студент уже насторожился. Нахмурился, потом вдруг подобрался, будто осененный внезапной догадкой.
– Ладно, спасибо за обед, – быстро поднялся он. – Пойду я, пожалуй!
Студент повернулся и со всей возможной прытью выскочил за дверь, благо до нее было всего несколько шагов.
– Догнать? – вскочил Ник.
– Не надо, – остановил его Пит. – Пусть идет. Не думаю, что он теперь станет нам пакостить. Хотя какую-то очередную глупость он себе о нас уже придумал.
Заканчивали трапезу в молчании. Обижаться на вздорного мальчишку Скай не мог, но все равно какое-то неприятное чувство осталось.
В «Снежном змее» волшебника ждали сразу две записки. Одна от Данна, извещающая, что пока что ничего интересного для них не нашлось, но завтра поутру сыщик будет рад встрече. Вторая от Кэссии, с приглашением на урок живописи мастера Леонтинуса послезавтра, в две свечки пополудни, в третьей мастерской Академии Искусств.
На первое послание Скай отправил с посыльным ответ – мол, завтра жду вас у себя в гостинице в любое время от завтрака до полудня. Тащиться в Гильдию и тесниться в кабинетике Данна волшебнику не хотелось, проще уж зазвать дознавателя сюда. Второе письмо ответа не требовало, но волшебник не удержался и отправил короткую записку с благодарностью.
Наутро Данн явился прямо к завтраку. Правда, и за еду дознаватель заплатил сам. Настроение у него было неуместно веселое, лицо так и расплывалось в улыбке.
– Что-то нашли? – обнадежился Скай.
– Увы, – развел руками Данн. – Зато вчера вечером к нам явился один из студентов Школы и заявил, что знает, кто отравил Линта.
– Здорово!
Данн расхохотался. Потом сообщил:
– Этот злодей живет в гостинице «Снежный змей» и называет себя Скаем.
– Что? – опешил «злодей».
– Именно так! – весело продолжил Данн. – Вы с Линтом, видите ли, нашли в катакомбах некое сокровище и, чтобы не делиться добычей, отравили бедолагу.
– Ниар! – догадался Пит.
– А ты сказал, что он не будет нам вредить, – криво усмехнулся Ник.
– Ну, парня можно понять, – все еще улыбаясь, сказал Данн. – С той информацией, что была у него, это вполне логичная версия. Он-то, в отличие от нас, не знает, что там было за дверями. Для него – вы вошли в подземелье с Линтом, а сразу после возвращения Линт попадает в больницу, отравленный шкатулкой фальшивых монет. И про то, что в том подземелье было, Линт рассказать уже не может. Не верить же вам на слово.
– А монеты были фальшивые? – уточнил Скай.
– Позолоченные, – подтвердил Данн. – Достаточно золота, чтобы яд не вызвал никаких реакций, но ценность у них совсем небольшая. Притом монеты не наши, а веррийские. Я выяснил у специалистов, такие подделки уже лет тридцать ходят по рынкам и здесь, и в столице. Клепали их вообще лиссейцы. Банду давно накрыли, а монеты нет-нет да всплывают где-нибудь. Очень уж много их наделали. Так что с монетами – тупик. У любого торговца может заваляться парочка. Можно только предположить, что убийца – человек небедный, раз у него в обороте вообще бывает золото в таких количествах – все ж таки целая шкатулка. Но это мы и так уже знали – хоть бы и по тем же платьям.
– Что с платьями? – поинтересовался Скай.
– Пока рисуют, – ответил дознаватель. – Будет с чем – побегут портных опрашивать. Вообще у меня пока пусто: никто из гильдейских волшебников и студентов Школы с Академией Искусств не связан, по крайней мере, официально. Не учится, не преподает. Так что или злодей не настоящий волшебник, или связь не такая очевидная.
– Он может брать частные уроки у кого-то из жильцов того доходного дома, – предположил Скай.
– А что значит – ненастоящий волшебник? – уточнил Пит. – Разве это не сложная магия?
– Запечатывание призрака – это ритуал, – пояснил Данн. – Волшебной силы для него нужно не так уж много. Если человек не бездарен напрочь, то может справиться. Но ритуал довольно сложный, тем более что злодей его усовершенствовал.
– Не этот злодей, а его предшественник, – напомнил Скай. – Если там был призрак, то знаниями он мог поделиться с одержимым напрямую.
– Похоже на то, – согласился Данн. – Но тогда это не сходится с отравлением студента. В лазарете посторонних не было. Целители, студенты – как больные, так и те, кто в этом здании учится. Никаких случайных чужаков. Конечно, существует вероятность, что кто-то из волшебников поделился сплетней с каким-нибудь своим знакомым… И это все нам еще проверять и проверять.
Дознаватель печально вонзил зубы в яблочный пирог и выразительно поглядел на Ская – мол, а у вас что, коллега?
– У нас тоже пусто, – грустно ответил Скай. – Побеседовали с тетей погибшей девушки, но она нам не помогла. Никаких подозрительных знакомств. Никаких связей с живописцами или волшебниками. Но в Академию Искусств Джустина собиралась поступать, хоть и на литературный факультет или как там он называется? Могли быть и знакомые оттуда. Я раздобыл ее дневник, но, признаться, еще не успел его прочитать.
Данн дожевал пирог.
– Что ж, надеюсь, хоть какая-то ниточка там отыщется.
– Надеюсь, – кивнул Скай. – Еще я завтра иду на урок живописи, буду заводить полезные знакомства в Академии.
– Отлично! – обрадовался Данн. – Потом заходите ко мне, поделитесь соображениями.
– Ладно, – согласился Скай. – А что там с посетителями общежития?
– Тоже пусто. Линт в четверг пришел в общежитие в полдень, ушел в половине четвертой свечки. Вернулся утром пятницы, в девять – и уже через полсвечки Кирт вызвал лекарей. Посторонних за это время не было, что косвенно подтверждает версию, что убийца – из наших и был в лазарете.
– Почему косвенно? – спросил Ник.
Данн хотел было ответить, но Пит прижал палец к губам и сказал Нику:
– Ты и сам можешь ответить, какие еще могут быть версии.
Ник помолчал пару мгновений, потом кивнул:
– Если у преступника есть знакомый студент, то он же мог и шкатулку отнести в комнату Линта. Скай говорил, двери комнат там часто бывают не заперты, все студенты это наверняка знают. Ну и, кстати, если бы дверь оказалась заперта, шкатулку можно передать Линту и попозже. Вопрос только в доверии – почему злодей был уверен, что его сообщник сам не проявит неуместное любопытство и не
