иначе ты можешь ничего не успеть сделать сегодня. Не могу сказать, что я против того, чтобы использовать этот стол, чтобы трахнуть тебя, жена.
От его слов у меня перехватывает дыхание, а между ног вдруг начинает пульсировать.
Я чувствую жар, тепло во всем теле из-за его честных слов. Я ни на секунду не сомневаюсь в нем.
Ремо наклоняется ближе, его большое тело почти поглощает меня целиком, а его рука обхватывает мою поясницу, притягивая мою спину вровень с его передней частью. Медленно его рука скользит вверх по моей грудной клетке, вверх, вверх, пока не достигает основания моей груди.
Я задыхаюсь, потрясенная внезапно вспыхнувшим в моих венах желанием.
— Ремо, не надо. Я не могу повторить это с тобой.
Ремо качает головой, в его глазах плещется плотское желание, когда он смотрит на меня.
Хищник, настигающий свою жертву. На него падает чудовищная темная тень, и в моем сознании всплывает тот Ремо, которого я впервые увидела возле своего офиса.
Темная фигура, скрытая среди богачей Лондона. Могущественный человек, который положил на меня глаз.
Тот, кого я хотела влюбить в себя, но в итоге получила боль.
— Ремо, отпусти меня.
Наступает тишина, пока Ремо смотрит мне в глаза. Мы оба знаем, что я имею в виду.
Отпусти меня навсегда.
Жесткая рука хватает меня за грудь, заставляя задыхаться. Ремо прижимает меня к себе так близко, что я чувствую каждую плоскость на его груди, каждый мускул.
— Этого никогда не случится.
Его слова резкие, как будто он на что-то злится. Может быть, на себя.
Он проводит зубами по моей шее, а затем сильно прикусывает ее, заставляя меня прикусить губу, чтобы сдержать стон. Он быстро проводит пальцами по месту укуса, а затем осыпает его мягкими поцелуями.
Я так слаба, это отвратительно. Как я могу держаться подальше?
— Ты. Моя.
С каждым словом Ремо слегка вжимается в меня сзади. Тихий стон срывается с моих губ, несмотря на попытки покачать головой.
— Твой муж здесь, Аврора. Я, черт возьми, сейчас здесь, чтобы защитить тебя.
С этими словами он берет меня за лицо и поворачивает на бок, чтобы я сидела, положив ноги напротив его ног. Он хочет поцеловать меня, но я поворачиваю голову, и он целует меня в щеку.
Он отшатывается назад, как будто я вонзила в него нож. Но как быть с тем, что он сделал?
Я разворачиваюсь, быстро открываю свои бумаги трясущимися руками и принимаюсь за работу, стараясь избегать Ремо.
Это трудно, когда я буквально сижу у него на коленях, и это еще хуже, потому что я чувствую его возбуждение по отношению ко мне.
Но он не произносит ни слова.
Клаудия заходит, когда я собираюсь домой, и сообщает мне о планах на ужин с Сэмом и о том, что она закончила работу, ради которой задержалась. Я даже не знала, что у меня были планы с Сэмом.
— Вообще-то он уже здесь. Хочешь, я позову его или ты хочешь встретить его на улице?
Ремо вскидывает голову, его холодный взгляд направлен на Клаудию. Она ерзает на своем месте.
— Нет. Скажи ему, что я занята.
Клаудия кивает, ее взгляд на секунду останавливается на Ремо, после чего она разворачивается и выбегает на улицу.
Как только дверь захлопывается, Ремо встает и усаживает меня на стол. Его жесткие глаза смотрят на меня, не решаясь отстраниться, и в них снова вспыхивает то же чувство, что и у него.
То же чувство безопасности, то же жгучее желание и привязанность к нему.
Открыв ящик стола, я достаю стопку бумаг и бросаю ее на стол перед ним, затем спрыгиваю с твердой поверхности и направляюсь к двери.
Крепкая хватка на моей руке останавливает меня.
— Аврора. Почему ты избегаешь меня?
Его тон умоляющий. Он явно не читал бумаги, которые я только что положила на стол.
Мое дыхание учащается от его близости, от тепла, проникающего в меня через его костюм.
В голове становится легче, и я почти теряюсь в ощущениях, которые он мне дарит.
— Ты собирался развестись со мной, когда вернулся из Эдинбурга, Ремо?
Он замирает у меня за спиной, все его тело становится твердым.
— Что? — От его неверия мне хочется бежать. Я не хочу, чтобы мое сердце разбилось, если он подтвердит это.
— Хелиа сказал мне, что ты собираешься развестись со мной, Ремо. После всех этих моментов, после того, как ты сделал меня центром своей жизни и дал мне так много, ты собираешься меня отпустить?
На этот раз я поворачиваюсь налево и смотрю на него, стоящего рядом со мной, в глазах стоят слезы.
Лицо Ремо напряглось, его возвышающаяся фигура снова создала вокруг меня тени, давая мне ощущение утешения, когда оно должно быть совсем другим.
— Аврора.
Он разворачивает меня так, что оказывается передо мной, и его руки касаются моих щек, а большой палец нежно поглаживает их взад-вперед.
— Я женился на тебе, чтобы отвлечь моих родителей, ты знала, что у меня есть причина. Если Хелиа сказал тебе, что я хочу развестись, то, конечно, он не мог держать язык за зубами и рассказал тебе все остальное, не так ли?
Я медленно киваю, и он вздыхает, прижимаясь лбом к моему.
— Аврора. — Мое имя звучит как молитва, которую он шепчет в самые высокие небеса. — Моя прекрасная, прекрасная Аврора. Моя жена, моя женщина.
Его слова причиняют боль, но такую приятную. Они режут меня, а он льет холодную воду на мое пылающее сердце.
Больно, Ремо больно, а я все еще не могу отпустить его.
— Я выбрал тебя только из-за тебя, Аврора. Я решил жениться на тебе из всех, потому что ты привлекла мое внимание в первый же день, когда я увидел тебя в доме твоего отца, улыбающуюся и одетую в красивое белое платье. Даже несмотря на то, что оно промокло от дождя, ты была словно светящийся ангел в моем темном мире, и ничто не могло остановить меня от того, чтобы посадить прекрасный цветок в клетку и держать ее взаперти только для моих глаз.
Я задыхаюсь. Это заявление — более грубое, более ядовитое для моего сердца, чем все, что он когда-либо говорил мне.
— Аврора, я выбрал тебя, ради тебя. Не из-за финансового положения твоего отца, не из-за картинок, не потому, что ты была легкой. Хелиа не может смириться с тем, что я выбрал тебя и что я хочу оставить тебя у себя, и он, очевидно, пытался сделать все
