миссис Бек, как там у вас дела?
— Все нормально, Кэтрин, я присмотрю за ребятами. Что там случилось?
— Пока не знаю, — я покосилась на Эмму, которая безучастно смотрела на чашку с травяным чаем.
Я пыталась ее растормошить, отвлечь, говорила о каких-то пустяках, но Эмма молчала.
Через пару часов начало темнеть.
Я услышала, что к дому подъехал кар, и вышла на крыльцо.
Из машины вышли Хоган и Пауль Бек с сыновьями. Они были мокрыми, по колено в красноватой грязи.
Эмма бросилась к ним, но Пауль, сгорбившись, покачал головой.
Женщина заплакала, и муж обнял ее, прижав к плечу седую голову Эммы.
— Пойдем в дом, — и он повел жену в дом. За ними пошли сыновья. Хоган стоял, глядя вслед Бекам. По его накидке ручьями стекала вода, волосы слиплись в темные прядки, но он, казалось, ничего не замечал.
— Коннор, а где Марк, я видела, что он с вами уходил? —спросила я.
— Сейчас с Эваном приедет.
— Пройдемте в дом, я сделаю горячий чай, вы весь мокрый.
Он кивнул.В это время подъехал кар Эвана, из него вышел Марк, мокрый и грязный.
— Позови Эвана к нам, попьем чай, — сказала я.
— Я грязный, миссис Эклз, — ответил Эван из машины.
— Ничего, потом помою пол, — из-за моей спины послышался голос Риты, и Эван сдался.
Коннор, Марк и Эван сидели на кухне. Рита разогрела ужин, а я подала чай.
— Слушай, Эван, завтра с утра опять собираем людей и идем обследовать лес, — сказал Коннор.
— Странно, что визоры были отключены на тридцать минут, — сказал Эван. — Я узнавал у техников, говорят, они сейчас устанавливают новый защитный контур, без конца отключают и подключают визоры на разных участках, чтобы синхронно работали.
— Спасибо за ужин, Кэтрин, — Хоган поднялся из-за стола и поглядел на Марка.
— Марк, если ты завтра с нами, то в пять утра собираемся возле дома Беков.
— Конечно с вами, сэр, — сын кивнул.
Хоган с Эваном уехали.
Марк, допивая чай, заговорил:
— Мама, мы искали вдоль дорог, заходили в дома, спрашивали людей, но никто ничего не видел. Собаки тоже из-за дождя ничего не могут, только бегают туда-сюда. Мистер Хоган сказал, что завтра надо начинать искать в лесу, и просил добровольцев приходить. Как ты думаешь, что могло с Мартой случиться?
— Не знаю.
— Некоторые люди сегодня вспоминали семью Росси, их тоже искали три дня в лесах, — задумчиво сказал Марк.
— Ложись спать, тебе завтра рано вставать.
В кухню заглянули близнецы в пижамах
— Мама, а правда, что Марта Бек пропала? — спросил Энтони.
— Откуда вы знаете?
— Уже все в классе знают, и в школе тоже, — вмешалась Энни.
— Давайте спать, — сказала я. — Марту завтра еще будут искать.
— Нам не в школу завтра, сказали, что пока дожди, будем дома учиться, — возразил Энтони.
Я выглянула в окно. По стеклу струились капли дождя, образуя скользящие расплывающиеся ручейки. Во всех окнах дома Беков, выходящих на нашу сторону, горел свет.
* * *
Я плохо спала, мысли про Марту Бек каруселью крутились в голове
На следующее утро, едва забрезжил рассвет, я пошла на кухню и сварила кофе. Рита принесла недавно банку ароматных зерен, и я с наслаждением вдыхала кофейный аромат.
Марк, потягиваясь, вошел на кухню и попросил налить и ему кофе.
Я приготовила ему сумку с бутербродами и налила кофе в небольшую термокапсулу. Марк вышел из дома, а я встала на крыльце.
Возле дома Беков уже собирались мужчины. Они прибывали и прибывали, и скоро их стало много, наверно, несколько сотен. Они казались почти одинаковыми из-за накидок, только по росту и комплекции отличались.
В дождливом небе пролетело несколько капсул. Я увидела, что Коннор Хоган что-то говорит, но не разобрала слов. Вскоре мужчины небольшими группами стали расходиться в разных направлениях. Некоторые из них садились в капсулы, которые кружили в сером небе, а потом и исчезали в потоках воды.
Мимо нашего дома прошла группа мужчин, в ней я узнала Чарльза Брайтона, Берта Хайнца и двух отцов детей из класса, где учились близнецы. В руках у них были тонкие железные пруты.
— Кэтрин, доброе утро, какое несчастье, — на ходу кивнул мне Чарльз.
— Надо помочь, бедные родители, — сказал Хайнц, ненадолго остановившись. Он указал на прут:
— Сейчас дождь, в лесу из земли выползают шиты — похожи чем-то на наших кротов, почти слепые, только агрессивные, если на них наступить случайно. Зубы у них как кинжалы, до кости могут прокусить ногу. Они обычно в земле живут, но сейчас их норы затапливает, и они выбираются на поверхность. Вот, будем проверять дорогу. Хорошего дня, миссис Эклз, — и Хайнц начал догонять группу мужчин, которые уже были на контрольной полосе.
Чарльз, дождавшись, когда Хайнц отойдет достаточно далеко, прошептал:
— Элизабет мне все рассказала, теперь с Марком все должно быть хорошо.
— Передай ей спасибо от меня, удачи вам, — ответила я.
Чарльз кивнул и побежал догонять мужчин.
Я увидела, что на опустевшей дороге стоит Эмма Бек.
— Доброе утро, — подойдя к ней, я заметила, что она постарела лет на десять. Дождь лил, превратив ее волосы в седые сосульки, но она, казалось, ничего не замечала.
— Пойдем в дом, Эмма, ты промокла вся — я потянула ее за собой.
Женщина встрепенулась.
— Да, конечно, сейчас пойду. Надо суп сварить куриный, его Марта очень любит. Вот вернется домой и сразу поест супчика горячего, — сгорбившись, она пошла на кухню.
Часа через два я увидела, как перед домом Беков приземлилась летательная капсула, из нее вышел Эван и две плотные светловолосые женщины, а затем несколько детей самых разных возрастов.
— Вот, миссис Бек, привез вам ваших дочерей из Примы, — сказал он. — Мистер Хоган сказал, что они у вас пока поживут.
— Бекки, Труди, — Эмма стала обнимать дочерей, а затем внуков, которые галдели в несколько голосов.
Пустой сейчас дом, казалось, наполнился жизнью.
— Ты иди, Кэтрин, к своим детям, спасибо тебе, — сказала Эмма. — Побудь с ними, пока можешь, а то не заметишь, как вырастут и разлетятся, как мои.
Я вернулась домой. Близнецы уже встали, они были непривычно тихими. Рита тоже была дома сегодня.
Она сказала:
—
