лампу, но каждый держал в руках спички на случай необходимости.
Стало абсолютно темно; мы неслышно цепочкой шли к выходу, и тьма словно прижалась к нам и обняла. Угнетающе действовала тишина в этом помещении, вырубленном из камня под большим холмом; хотя рев обезьяны и грохот решетки, которую она трясла, эхом отражались в подземной пещере, они только подчеркивали тишину смерти, царившую в этом царстве мертвых.
Во время предыдущих посещений я смотрел на эти чи как на сейфы с сокровищами, но сейчас, неслышно двигаясь в темноте, я вдруг понял, что мы находимся в мире мертвых, где многие поколения воинов, принцев и вице-королей лежат в своих дотоле неприкасаемых гробницах. Не возмутит ли наше вторжение духи предков Кай? Духи! Я вздрогнул, вспомнил слова Кая Лун Пу, произнесенные на смертном одре: «Если я стану духом, я постараюсь наблюдать за вами и наслаждаться этим зрелищем».
Обычно я не нервничаю, но должен признаться, что, вспомнив эти его слова, содрогнулся и крепче сжал в руки ятаган Кая Абона.
– Что с тобой, Сэм? – спросил Арчи, рука которого лежала на моем плече.
Я не собирался отвечать, но тут Джо, который шел перед нами, коснулся решетки и прошептал:
– Выход. Остановитесь на минуту.
Он отодвинул затвор, и мы вошли в большой куполообразный зал.
Справа, оттуда, где чудовищная обезьяна по-прежнему пыталась вырваться, послышался грохот решетки. Я подумал, что к этому времени она должна была проголодаться, и голод сделал ее еще более свирепой. Но первым нашим импульсом было осмотреть большое помещение, чтобы определить, не выдаст ли свет присутствие Май Ло.
Вот он! Слабый свет из одного из альковов далеко справа от нас.
– Мы взяли его! – торжествующе произнес Арчи.
– Да, он здесь, – шепотом ответил я, – но чтобы добраться до него, придется идти вдоль стены, не то заблудимся.
– Тогда пошли, – сказал Джо и двинулся, держась рукой за шпалеры, разделяющие разные альковы.
Неожиданно вблизи послышалось громкое дребезжание металла, и Джо остановился так неожиданно, что я наткнулся на него.
– Ребята, мы не можем пройти дальше этого алькова, – предупредил Джо. – Это адское чудище может протянуть лапы и схватить нас, если мы подойдем слишком близко.
– Зажги лампу, – сказал я, – но прикрывай ее полой. Май Ло в алькове, и он слишком занят, чтобы заметить наш свет.
Джо послушался. При слабом свете мы поняли, что остановились как раз вовремя. Огромная обезьяна прижалась к решетке, и мы с удивлением увидели, что многие прутья этой решетки изогнуты и вырваны из гнезд и что только цепь с замком держит решетку на месте.
– Очень скоро он вырвется, – почти испуганно сказал Джо.
– Тогда мы должны спрятаться в каком-нибудь алькове, – предложил я. – Но думаю, решетка выдержит, пока мы поговорим с Май Ло.
Отойдя подальше, чтобы избежать лап обезьяны, мы подошли к шпалере, отделяющей следующий альков, и продолжали двигаться. Подойдя к алькову, в котором мы заметили свет, мы погасили лампу.
Мы шли неслышно и остановились перед альковом, не выдав своего присутствия.
Решетка этого алькова была открыта, и к ней была приставлена большая ваза, мешавшая ей закрываться. В центре алькова на низком табурете стояла горящая лампа; рядом с ней пригнулся Май Ло, поглощенный разбором драгоценных камней.
Губернатор был так поглощен этим приятным занятием, что не поднимал голову и не видел, как мы неслышно вошли и остановились перед ним.
Потом тело его под богато вышитым одеянием дернулось, но на лице никакого удивления не появилось. Даже в глазах было не больше выражения, чем в пуговицах на одежде.
– Значит, вы сбежали, – сказал он.
– Нам не от кого было сбегать, – ответил я с улыбкой.
– Моя стража окружила вас.
– Попыталась, но их было недостаточно. А сейчас их стало еще меньше.
Он смотрел на нас, не отвечая и не меняя позы. Он даже потер рубин, который держал в руке, о сатиновый рукав, словно полируя его.
– Не слишком ли долго продолжается этот вздор, Май Ло? – спросил я. – Разве вам не надоело противиться нам? Вы ведь понимаете, что мы не признаем вашей власти и способны осуществить свои планы без вашего согласия.
Он спокойно опустил взгляд и продолжал полировать рубин. Из далекого алькова, в котором был заключен Фо-Чу, слышался звериный рев и дребезжание решетки, но губернатора как будто не интересовало ничего, кроме груды сокровищ перед ним.
– Вы пытались разными способами уничтожить нас, – продолжал я. – Вы натравили своих евнухов на нас в павильоне, вы приказали вашим солдатам убить нас во дворце, вы запустили сюда царя обезьян, чтобы он разорвал нас на куски. И каков результат? Мы здесь, мы свободны, мы хозяева положения.
Май Ло положил рубин в карман и взял другой из груды перед собой.
– Как вы вошли в чи предков? – спросил он. – Мои солдаты охраняют все входы сюда.
– Есть много вещей, которые вам не обязательно знать, – ответил я, – и это одна из них. Но мы пришли сюда не ссориться, а помириться с вами.
Это как будто заинтересовало его, потому что он перенес взгляд глаз-бусинок с драгоценностей на меня.
– Это постоянное противодействие раздражает нас, – продолжал я. – Принц Кай Лун Пу отдал нам эти сокровища и объяснил, как к ним пройти, но здесь гораздо больше, чем нам нужно. Столько нам не унести.
– Принц Кай не имел права отдавать вам богатства предков, – сказал Май Ло.
– Возможно. Но и у вас нет права грабить залы предков. Напротив, вы должны запечатать их и совершить самоубийство. Но вы не хотите это делать. Вы хотите сбежать, взяв с собой столько, чтобы быть богатым до конца жизни.
Он внимательно смотрел на меня, но ничего не ответил. Поэтому я продолжил.
– Нам все равно, сбежите ли вы или покончите с собой, но, действуя вместе, мы сможем все уйти с сокровищами. Их более чем достаточно на нас всех.
Он по-прежнему не отвечал. Послышался грохот металла и дикий рев гигантской обезьяны. Но мы стояли неподвижно, ожидая решения губернатора.
– Итак, что будет: война или мир? – нетерпеливо спросил я.
– Война, – спокойно ответил он. – Вы жалкие чужеземные свиньи, и я убью вас. Вы не сможете унести ни один камень отсюда. То, что вы знаете проход в эти чи, определило вашу судьбу.
Мне хотелось ударить этого негодяя ятаганом, который я держал в руке, – ятаганом, в рубинах которого содержалась кровь семи королей. Но я подавил это искушение, а Арчи воскликнул:
– Не будьте дураком, Май Ло!
– Ваше упрямство может погубить нас всех, – добавил Джо.
– Мы не собираемся быть
