убитыми, – с горечью сказал я, – и к этому времени вы уже должны это понять. Мы…
Я замолчал, едва не закричав от ужаса, потому что услышал приближающийся топот. Губернатор вскочил, а мы трое прижались к стене, и в следующее мгновение в альков ворвался царь обезьян, его глаза были как огненные шары. Он злобно оскалил зубы.
Зверю, который смотрел на свою жертву с почти человеческой радостью, противостоял только губернатор. Я видел, как мандарин порылся на груди и извлек блестящий кинжал, не отрывая взгляда от обезьяны. Еще мгновение, и зверь прыгнул вперед и заключил Май Ло в объятия.
Я видел, как кинжал раз, два погружался в волосатую грудь Фо-Чу. Потом чудовище с ревом гнева и боли отбросило от себя губернатора и повернулось ко мне. Его неожиданное движение заставило меня прижаться к стене. Падая, я протянул руку, в которой сжимал ятаган, и обезьяна мгновенно выхватила его у меня из руки и с повторным ревом взмахнула им над головой.
Но тут ее внимание было отвлечено от нас, стоявших неподвижно, потому что губернатор встал с того места, куда упал. И Фо-Чу вспомнил, что боль в его груди вызвало оружие Май Ло. Поэтому он с дикой яростью прыгнул вперед и со страшной силой нанес удар ятаганом. Удар пришелся губернатору над плечом, и закаленная сталь разрубила мышцы и кости. Голова с жутким стуком упала на пол, а тело еще мгновение стояло раскачиваясь. Потом оно упало, и с ревом, от которого у меня застыла кровь, чудовище прыгнуло на него и с поистине дьявольской яростью стало отрывать конечности. Треск костей и звуки разрываемой плоти заставили меня впервые в жизни упасть в обморок. Потеряв ощущение опасности, забыв об окружающем, я вяло опустился на пол.
Глава 29
Отрубленная голова
– Все в порядке, Сэм, – сказал Арчи, энергично тряся меня. – Садись, старик.
Я открыл глаза и со страхом осмотрелся. Лампа на табурете по-прежнему горела, и над останками Май Ло неподвижно лежала гигантская обезьяна. Арчи и Джо помогли мне встать, с тревогой глядя мне в лицо.
– Он… мертв? – слабым голосом спросил я.
– Мертв, как гвоздь, – со смехом объявил Арчи. – Старина Фо-Чу избавил нас от хлопот, а губернатор спас нас от зверя, навсегда успокоив его. Даже если бы мы это планировали, лучше бы не получилось. Но какая была борьба!
– Это ужасно! – воскликнул я.
Джо кивнул.
– Я тоже едва не потерял сознание от ужаса, – сказал он. – Но, как сказал Арчи, для нас это была удача. Мы избавились от хлопот.
Чувствуя, как ко мне возвращаются силы, я наклонился и поднял ятаган, лежавший там, где его уронила обезьяна. Лезвие было в теплой крови, и я торопливо вытер его о шпалеру, висевшую на стене помещения.
– Должно быть, на этот раз ятаганом сражались все семь королей, – сказал я. – Удар был ужасный.
Мы втроем стащили тело обезьяны, чтобы добраться до останков Май Ло. Но тошнотворная груда плоти вперемешку с обрывками вышитой ткани была так отвратительна, что мы решили ее не трогать.
– Оставим его с предками Кай, – сказал Джо. – Вскоре мы будем далеко отсюда.
– Никогда больше не зайду сюда, – с содроганием сказал я, потому что нервы у меня все еще были натянуты.
– Я тоже, – торопливо подхватил Джо.
– Тогда заберем сейчас все, что нам нужно, – предложил Арчи.
Мы так и сделали. Больше не боясь помех, мы осмотрели остальные альковы, в которых не побывали раньше, и забрали лучшее из того, что в них было. Мы были основательно нагружены, когда вернулись на сцену недавней трагедии, где взяли также камни, которые осматривал Май Ло. Времени рассматривать их у нас не было, и мы взяли все.
Арчи взял ятаган и отрубил кусок шпалеры, потом взял отрубленную голову Май Ло за косу, бросил на кусок ткани и завязал концы, сделав мешок.
– Зачем это? – удивленно спросил я.
– Доказательство того, что губернатор мертв, – ответил Арчи с улыбкой. – Никому не позволено заходить сюда, но мы должны доказать, что наш любимый губернатор мертв. Готовы, ребята?
– Идемте, – сказал я, подбирая свой груз.
Мы вернулись в альков первого Кая, в последний раз прошли за шпалеру и через стальную дверь вышли в туннель.
Мы молча тащились вверх по склону, потому что страшное зрелище, которое мы видели, и останки, которые нес Арчи, действовали на нас угнетающе, несмотря на попытки бодриться.
Когда мы подошли к лестнице, ведущей во дворец, Джо, который нес лампу, повернулся ко мне и спросил:
– Собираешься забрать эту штуку домой, Сэм?
И тут я понял, что все еще несу ятаган с рубинами. Я посмотрел на оружие, и меня охватил ужас. Я опустил свой груз, прижал лезвие к колену вблизи рукояти и нажал; лезвие сломалось, и я бросил его на землю. Золотую рукоять с семью рубинами королей я положил в карман. Это единственное из того, что мы приобрели в Кай-Ноне, с чем я никогда не расставался.
Добравшись до своих комнат, мы увидели, что наступили сумерки. Бри встретил нас у входа с сообщением, что за время нашего отсутствия никто заходить не пытался. Мы сложили нашу ношу в угол и накрыли тканью, потом пошли в свои комнаты, чтобы смыть грязь с лиц и рук. Вскоре пришел Тун и спросил, подавать ли ужин. Он сказал нам, что главному евнуху лучше и завтра утром он будет «в порядке».
У нас не было аппетита, но мы пытались есть. События последних дней начинали на нас сказываться, и у нас не было надежды расслабиться, пока не кончатся удивительные приключения.
Смерть Май Ло многое упростила.
– Конечно, если нас не обвинят в его убийстве, – сказал Джо. – В этом случае наш гусь испечен.
– Поэтому я и принес голову, – заметил Арчи, посмотрев в угол.
– Поэтому тебе не следовало ее приносить, – возразил я.
– Нам нужны мирные отношения и добрая воля туземцев, чтобы мы смогли благополучно уйти с сокровищами, – вполне разумно ответил он. – Май Ло совершил самоубийство.
– Самоубийство! – воскликнул я.
– Конечно, мой мальчик. Он должен был это сделать, чтобы выполнить свой долг и оправдать ожидания своих людей.
Я восхищенно посмотрел на него.
– Скажи мне, пожалуйста, Арчи, – сказал я, – как ты убедишь туземцев, что Май Ло сам отрубил себе голову.
– Расскажу правду, – ответил он. – Расскажу, что Май Ло дал царю обезьян ятаган и сразился с ним на дуэли. Прекрасный способ самоубийства, к тому же импонирует их художественному чувству. Обезьяна взмахнула первой и…
– И
