class="p1">— В следующий раз вместо конфет приносите рыбу, — сказала она и у Кирилла учащённо забилось сердце. «Ура! Значит, следующий раз всё же будет!» — по-мальчишески возликовал он.
— Чего это вы сияете как медный таз? — смерила его Жанна подозрительным взглядом и, догадавшись, злорадно, усмехнулась. — Не-а, по-быстрому не получится и не надейтесь. Будете вести осаду по всем правилам, с душевными и финансовыми затратами. Понятно?
— Понятно, — вздохнул Рябов. — Ну а поцелуй хотя бы не возбраняется? — поинтересовался он.
Вместо ответа девушка шагнула к нему и, привстав на цыпочки, сама его поцеловала.
Бельё у неё оказалось чёрного цвета, именно такое нравилось Кириллу.
— Терпеть не могу спонтанный секс, — проворчала Жанна, когда всё закончилось. Не вставая, она пошарила по столу в поисках салфеток, и он подвинул к ней коробку.
Несколько мгновений она смотрела на испачканную салфетку, а затем бросилась в душевую.
— Жанна, что случилось? — встревожился Кирилл, видя, что она долго не выходит.
— Ничего! — девушка так шарахнула дверью, что он едва успел отскочить.
— Жанна, в чём проблема? — забеспокоился он, видя, что она упорно молчит, сидя на диване.
Она подняла на него глаза.
— Рябов, я думала, что ты уже взрослый мальчик и знаешь, что такое презервативы. В общем, имей в виду, если наш перетрах будет иметь последствия, готовься стать отцом-одиночкой.
— Ну а если я предложу тебе руку и сердце? — сдержанно вопросил Кирилл.
— Тогда покупай кольцо и вручай как положено, — спокойно ответила Жанна и достала сигареты.
— А как же Белозёрский? — не удержался Рябов от вопроса, что не давал ему покоя.
Она щёлкнула зажигалкой и прямо глянула на него.
— Это моя проблема, тебя она не касается. Не беспокойся, я справлюсь. В конце концов, у вас с ним практически равные шансы. Встреть я тебя раньше, чем его, и тебе вообще было бы не о чем беспокоиться.
«Лжёт», — не поверил живущий в Кирилле контрразведчик. Но человеку свойственно надеяться на лучшее, за исключением совсем уж отъявленных пессимистов, а Рябов пессимистом не был.
Глава 15
ГЛАВА 12. Убийство несостоявшегося Нобелевского лауреата. Знакомство с Василием Пупкиным
«Чёртова прогностика!» — поморщился Андрей, когда обнаружил, что вновь стоит на Невском проспекте опустевшего Питера, причём находится у Аничкова моста, а не в районе Александровского сада как это было в прошлые разы.
Несмотря на сумерки раннего утра, видимость была отличной и ему подумалось, что причиной тому новый чип. И тут до него дошло, что он не ощущает присутствия Слоневского. «Лев Моисеевич?» — позвал он, но учёный не откликнулся.
«Брр! Холодно! — Андрей зябко передёрнул плечами. — Интересно, почему каждый раз меня выбрасывает в будущее ранней весной?» Угрозы в окружающем мире он не чувствовал, но почему-то ему было не спокойно. Неожиданно он понял, что всегда ощущал незримое присутствие Слоневского; более того он был для него такой же опорой, как он сам для сына во время его комы. «М-да, незадача! На этот раз я здесь один, без няньки. Как бы не наломать дров и не застрять здесь навсегда», — мелькнула у него тревожная мысль.
Тем не менее он был полон решимости выяснить, какая именно катастрофа разразилась в мире и из-за чего именно. Впрочем, относительно последнего у него не было сомнений, что затравкой всему послужило изобретение Слоневского.
«Проклятое желе!» — с раздражением подумал Андрей. Затем он вспомнил, что обязан флуорисциту тем, что жив до сих пор, и призадумался. До этого его не интересовало, что представляет собой чип, созданный на основе так называемой тёмной материи, а по сути совершенно неизвестной субстанции, которая по прикидкам учёных составляет больше девяноста процентов вещества Вселенной. Каких-либо внятных предпосылок не было, но отчего-то у него возникло ощущение, что это не просто саморазвивающийся материал, которому суждено заменить собой строительные и прочие материалы.
— Слишком уж у тебя заковыристое происхождение, дружище, — произнёс Андрей вслух, чтобы отогнать ощущение, что он остался один в целом мире. — И да, спасибо, что каждый раз спасал меня, в какой бы жопе мира я ни оказался, — добавил он и замер, ожидая сам не зная чего.
Чуда не случилось: чип не поддержал беседу.
— Ну вот, а мне уж стало казаться, что ты разумен, — пробормотал он и зашагал к квартире Слоневского, которая находилась в начале Невского проспекта. Он привык руководствоваться внутренним компасом и не задавался вопросом, зачем туда идёт.
Около памятника Екатерине Второй по его спине пробежал ледяной холодок — предвестник грядущих неприятностей. К тому же с некоторых пор ему чудилось чьё-то присутствие. Когда периферическое зрение словило странную зелёную вспышку, он резко обернулся. Но сколько он ни вглядывался в быстро редеющую предутреннюю мглу, всё напрасно. Вокруг не было ничего живого, за исключением птиц и мелкой живности, в основном, крыс и кошек, что шустрили в поисках пищи.
Андрей зябко передёрнул плечами, хотя ему было не холодно, скорей, наоборот, спина взмокла от напряжения. Он сдёрнул было шлем с головы, но холодный ветер заставил его передумать. «Чёрт! Не зря мама говорила, что ничто так не напугает, как собственное воображение. Или дело всё же в чипе?» — он сплюнул горечь, скопившуюся во рту, и вновь зашагал по Невскому проспекту. Боковым зрением он ещё несколько раз замечал зелёные вспышки, но больше не обращал на них внимания, решив, что это фокусы нового чипа.
С мокрой спиной он начал вскоре мёрзнуть, поэтому зашагал быстрей, а затем и вовсе перешёл на бег. В общем-то, спешить было ни к чему, но его нервировало запустение, воцарившееся в родном городе.
Отдышавшись перед парадной, ведущей в квартиру Слоневского, он толкнул дверь и взбежал на второй этаж. Слой пыли на лестничной площадке по-прежнему был не тронут, но на этот раз ключи не торчали в замочной скважине.
Ни на что особо не надеясь, Андрей сунул руку в карман, хотя помнил, что отдал ключи сыну. Вопреки ожиданиям, они вновь оказались у него. Он не стал задаваться вопросом откуда они взялись, как и о том, почему для прогулок по постапокалиптическому будущему ему каждый раз выдают солдатскую форму. Воспользовавшись ключами по назначению, он шагнул внутрь квартиры и ощутил, что там кто-то есть. Правда, это не вызвало у него тревоги.
«Видимо, свои», — решил Андрей. Тем не менее он был тёртым калачом и всё же держал оружие наготове. Бесшумно ступая, он толкнул дверь кухни.
Вид Раменской, сидящей за столом, неприятно его удивил. «Чёрт! Что-то интуиция капитально начинает меня подводить», — подумал он, насторожённо глядя на неожиданную гостью.
