следующий день примчался задыхающийся разведчик. Пот лился по его лицу и шее.
Ю'унг подбежала к нему раньше Старейшего и Б'о.
— Что ты видишь?
Он выдохнул:
— Они идут! С Крииной!
— Она здорова?
Он переминался с ноги на ногу, его глаза закатились, пока он вспоминал увиденное.
— Похоже, что да.
Ю'унг раздраженно фыркнула.
— Где они?
Подросток указал за спину.
— Не на обратном пути…
Ю'унг выбежала бы к ним, но Старейшина остановил ее.
— Ты не дитя. Племени нужна сила в вожаке, а не порывистость.
Она скрестила руки, сжав кулаки так крепко, что заболели костяшки.
— Как это выглядит?
— Кажись уверенной, даже когда не уверена, спокойной, когда вокруг хаос, владеющей собой, когда все рушится.
Его изломанное тело излучало уверенность в себе, передавая ей свою силу простыми словами. Давным-давно она спросила, почему он тратит свое время, обучая ее. Почему не одного из юношей?
На что он ответил:
— Оглянись. Кто еще?
Она перечислила нескольких старейшин и взрослых, но на каждого Старейшина качал головой.
Наконец он остановил ее.
— Нет, ни один из них. Неужели ты не видишь, что на них всех вожачество — как плохо сшитая рубаха. А на тебе — сидит идеально.
Ю'унг подумала об этом сейчас, и это все еще вызывало у нее смех.
Старейший с трудом выпрямился.
— Я доверяю тебе, Ю'унг, быть нашим лицом перед этими чужаками.
— Я не прошла проверку…
— Каждый вожак когда-то не прошел проверку, не привык принимать решения о будущем. Чем больше ты это делаешь, тем легче становится.
— Я не смогу…
— Сможешь и сделаешь, когда придет время.
— Почему не Б'о? Или Криина?
— Потому что.
Ю'унг ждала, но больше он ничего не сказал.
Когда-то Старейший был самым молодым Альфой, когда-либо ведшим Народ. Этого должно быть достаточно.
Ноги ее дрожали, но она расправила плечи и ждала, пока утихнет колотящееся сердце. Они выстроились плечом к плечу, их рты были плотно сжаты.
В мыслях Ю'унг заговорила Ксоса:
— Подожди, пусть они заговорят первыми.
Где Криина? И Фирс?
Старейший ахнул.
Глава 23
Фирс шагал к Ю'унг и Старейшему, его красные полосы блестели, словно мокрые. Рядом с ним, задевая его плечом, шла коренастая женщина, ее голова была высоко поднята, тело расслаблено, а лицо украшено цветами Фирса.
— Партнерша Фирса…
Блеск рыжих волос, сияющих в угасающем свете Солнца, оборвал все, что Ю'унг собиралась сказать дальше.
— Криина!
Мы не так носим краски.
Народ мазал открытую плоть красной или черной охрой, чтобы отпугивать насекомых и жгучие лучи Солнца, но ее не наносили длинными узкими линиями.
Что с ней случилось?
Криина что-то прошептала Фирсу, и он замедлил шаг, а затем развернулся и пошел по своему обратному пути вместе с остальным племенем, в то время как Криина продолжила идти к Старейшему и Ю'унг. Народ обступил свою целительницу, многие беспокоились, некоторые были раздражены ее отсутствием, и засыпали ее вопросами: опасны ли чужаки? Каковы их женщины? Можем ли мы спариваться с мужчинами?
Вихрь утих, давая Ю'унг возможность задать главный вопрос.
— Ты в порядке?
Криина сумела улыбнуться и кивнуть, прежде чем Старейшина проскользнул между матерью и дочерью и проковылял в глубь пещеры, маня за собой Б'о, Ю'унг и Криину в узкий, редко используемый проход в задней части пещеры. Пока они брели вперед, Ю'унг бросала за собой сухие листья, которые захрустят, если кто-то на них наступит. За поворотом в туннеле, где свет снаружи уже не освещал путь, они все взобрались на уступ, где Б'о давно построил очаг. В мгновение ока зажегся огонь.
Ю'унг заговорила первой:
— Криина. Ты в безопасности…
— Конечно, и мне нужно многое рассказать, — сказала она, но замолчала, выжидая.
Старейший уперся локтями в колени, прежде чем наконец задать один из многих вопросов, на которые все хотели получить ответ.
— Их стоянка… она не на нашей территории.
Ю'унг уже говорила ему, что группа Высоких исчезла в долине и не поднималась оттуда до тех пор, пока не оказалась далеко за пределами земель Народа.
Старейший закашлялся — резкий, влажный звук, знакомый всем. Криина порылась в своей наплечной суме и вытащила пучок корней для Старейшего.
Когда кашель утих, он спросил:
— Они следили за нами от нашей стоянки в низинах?
— Да. Они хотят говорить с нами. Со мной. Поход в их лагерь — это только первый шаг.
Ю'унг протянула палец и провела по линии на щеке Криины.
— А это? Это следующий?
Криина с удивительным благоговением коснулась красок на своем лице, затем выпрямилась и глубоко вздохнула.
— Все сложнее, чем кажется. Как вы помните, я пошла с Фирсом, чтобы исцелить члена его отряда. Их племенное лекарство не помогло, и Фирс был в отчаянии. Он видел, как я лечу болезни…
— Это он наблюдал за нами.
— Конечно, но не как угроза. Ему нужно было определить, можем ли мы — я — помочь. Это была последняя надежда спасти жизнь мужчины, который ему дорог.
— Ты спасла его?
Она кивнула.
— Сначала он отказывался от лечения. — Она коснулась своих щек. — Что и объясняет эти полосы. Если бы я не носила знаки его отряда Высоких, он предпочел бы умереть, чем довериться мне. Я не могла этого допустить, особенно после того, как Фирс рассказал мне всю историю о цели Высоких здесь.
Ю'унг наклонилась вперед, любопытствуя о многом из того, что сказала Криина, но сначала — краски. Что было сложного в линиях, нарисованных на ее щеках?
— Ты исцелила его, но не стерла его краски, потому что… — Она ждала, когда мать закончит фразу.
Криина коснулась своей щеки, переводя взгляд с одного на другого, ее взор был мягким, но непоколебимым.
— Позвольте мне объяснить. Многие Высокие посещают наши земли, но их группы происходят из разных отрядов — того, что мы называем племенами. Они отличают себя по длине и ширине полос. Эти на моем лице указывают, что я принадлежу к группе Фирса, которая, по его словам, считается главенствующим отрядом на его родине.
Ю'унг напряглась.
— Ты хочешь сказать, что если другие племена — отряды — Высоких встретят тебя или тебя с Народом, твои полосы обеспечат защиту?
— Да. Они оставят меня — и нас — в покое, чтобы не рисковать разгневать отряд Фирса.
Старейший
