до размеров моего запястья.
— Я спросила, почему он шлепал по грязной воде с открытой раной, но он лишь покраснел и затрясся. Я сказала ему, что у него выбор: либо сильная боль, либо потерять ногу. Фирс и Граб держали его за руки, а я выдавила нарыв, и из него хлынули кровь и гной. Он закричал…
— Закричал? — Кто кричит, когда ему спасают ногу? Еще один пример слабости Высоких. Зачем Криине связываться с такими хрупкими существами?
— Смрад отогнал всех, кроме Граба и Фирса, которым приходилось держать Кревкакка. Нарыв опорожнился, что, как я объяснила к его ужасу, было самой легкой частью. Затем я вычистила рану. К тому времени, как я закончила и покрыла ее мазью и мхом, он уже потерял сознание.
— Пока я ждала, чтобы убедиться, что все эти недуги заживают как надо, я вылечила целую кучу царапин, больных суставов, расстройств желудка, болей, ожогов, ноющих зубов, кровоточащих десен… Я никогда не видела племя — отряд — с таким количеством медицинских проблем. Как только они мне доверились, пути назад уже не было.
По сухим листьям пронеслись чьи-то лапки.
— Крысы, — сказала Ю'унг.
Старейший спросил:
— Расскажи нам об их стоянке.
— Она похожа на наши открытые лагеря, когда мы не можем найти пещеру, но более постоянная. Они вбивают в землю ветви выше моего роста и набрасывают на них шкуры, чтобы создать стену. Очаг согревает пространство. Они разделяют рабочие и спальные зоны, как и мы, и держат отбросы, нечистоты, обглоданные кости и гниющие туши снаружи.
Она хихикнула.
— Мы с Фирсом делили одно гнездо. Он теплее моих мехов.
Ю'унг предположила, что они спаривались. Почему бы и нет? Народ спаривается с Прямоходящими, которые не нашего рода.
Криина снова хихикнула.
— Нет, мы не спаривались. Их отношение к спариванию не такое, как наше. Если в результате появляется ребенок, родители становятся главными опекунами, что делает спаривание более серьезным обязательством, чем у Народа.
Холодок заставил Ю'унг вздрогнуть.
— У Фирса есть партнерша на его родине? Или дети…
— Нет. Он не нашел достойную, что бы это ни значило, и у него нет детей. — Она смягчила голос. — Как и у нас, самка присоединяется к племени самца, если они становятся партнерами или у них появляется ребенок.
Реальность сместилась, пересобираясь в измененную истину, ожидая, когда Ю'унг это заметит, но когда Ю'унг искоса взглянула на Старейшего, тот не обратил внимания на последствия слов Криины.
После того, что Ю'унг сочла неловким молчанием, Старейший спросил:
— Кроме того, где они живут, какие они?
— Они исследователи, любопытные к нашей жизни. Они живут за морем без берегов, пришли разведать, а не селиться, но готовы стать воинами, если понадобится.
Ю'унг беззвучно прошептала слова «море без берегов», словно перекатывая во рту гнилой фрукт. Этого не может быть. Я ослышалась.
Б'о нахмурился.
— Кто такие «воины»?
— Охотники, которым доверена безопасность отряда от врагов.
Старейший спросил спокойным голосом:
— Они считают нас врагами?
Криина нахмурилась.
— Нет, не нас. Фирс сказал, что единственные неприятности, с которыми они столкнулись с момента прибытия, исходят от его же сородичей.
— Почему?
— Там, где живет Фирс, отряды нападают на других, чтобы забрать то, что у них есть.
Ю'унг моргнула.
— Мы делимся тем, что у нас есть. Они так не делают?
Брови Криины сошлись, а руки сжались в кулаки.
— Фирс говорит, что каждый крепко держится за то, что у него есть, — владеет этим.
Б'о пошевелился.
— Владеет? Как можно владеть тем, что создано из материалов, которыми они не владеют?
Желудок Ю'унг сжался, когда Б'о спросил, не дожидаясь ответа Криины:
— Должны ли и у нас быть воины для защиты от Высоких не из отряда Фирса?
Криина заерзала, повернулась в тесном пространстве уступа, перебирая пальцами пряди своей густой рыжей гривы.
— Я не могу на это ответить.
— Как Высокие сюда попали? — снова от Б'о.
— Фирс говорит, на лодке. Это единственный способ добраться до его родины.
До какой земли нельзя добраться, обойдя водоем?
Она бы спросила, но Б'о уже говорил.
— Лодки? Как наши плоты?
Криина прикусила губу, а затем медленно выдохнула.
— Нет, больше и прочнее, я думаю. Они пересекли на них море без берегов, спрятали их на побережье, а затем начали исследование наших земель.
Ю'унг нахмурилась. Опять это море без берегов. Как у водоема может не быть побережий?
Б'о ударил кулаком в ладонь, глядя на свои загрубевшие от работы руки.
— Сколько его сородичей здесь?
— Фирс не знает. Они приходят. Некоторые возвращаются на родину Высоких, но не все, а значит, они либо погибли, либо остались здесь. Он видел некоторых во время своих разведок, но никого из своего отряда, поэтому не мог спросить, почему они остались. Он советует нам быть осторожными с его сородичами, пока они не докажут, что они друзья. Они в чем-то похожи на нас, но в чем-то и нет.
— Например, — от Б'о.
— Например, Народ путешествует в основном при свете дня. Высокие с такой же вероятностью могут странствовать при свете Луны. Нам не следует ожидать, что опасность исчезнет, когда уснет Солнце.
Ю'унг втянула воздух, но не знала, как ответить. Криина вытащила из своей наплечной сумы длинные узкие листья и разложила их на земле.
— Мы можем многому у них научиться. Они научили меня новому средству от головной боли. — Увидев ужас на лице Ю'унг, Криина вздрогнула. — Нет! Они не били меня, как Дхар. Боль пришла ни с того ни с сего, одним утром. Фирс заметил и добавил узкие листья в горячую воду. Вкус был терпкий, неприятный, но вскоре мне стало лучше.
Снова тишина, на этот раз нарушенная Старейшиной.
— Криина. Каков их план?
Она коротко хохотнула.
— Рассказать своим вождям, что они здесь нашли, но они больше не уверены, как добраться до моря без берегов. Один из нашего рода по имени Казеб согласился их провести, но отказался, потому что его партнерша заболела.
Она провела пальцем по земле.
— Я согласилась его заменить.
Глава 24
Ю'унг выпалила:
— Ты наша целительница!
— Как и ты.
Одним взглядом Старейшина остановил Ю'унг, не дав ей умолять. Племя не диктовало членам, как поступать. Каждый принимал свои решения, и все верили, что они служат
