я поймал одного из слуг, оказавшегося мужчиной средних лет, одетым несколько лучше остальных, и попросил проводить в библиотеку.
— Простите, господин, — поклонился он. — Пользоваться библиотекой разрешено только членам семьи.
Ах, ну да… Если бы оказалось так просто, было бы странно.
— И что ты забыл в нашей библиотеке? — появилась из-за угла Корнелия, будто там караулила.
— И тебе с добрым утром, — ехидно отозвался я, рассматривая её малиновое платье. Улыбнулся: — Прекрасно выглядишь.
Она жестом отослала слугу и подошла ко мне.
— Ты вскочил так рано, и вместо того, чтобы идти есть, пытаешься заставить слуг нарушить запрет? — вежливо улыбнулась она.
Теперь она вела себя, как подобало аристократке. Не грубила при одном моём виде, хотя слова её тактичными всё же было не назвать.
Искренне улыбнувшись, я беспомощно развёл руками:
— Я просто люблю книги…
Она удивлённо моргнула и секунду молчала. А затем произнесла:
— Как насчёт боя? Завтрак ещё готовят, и мне нечего делать, хотелось бы размяться… — она подняла руки вверх и, потянувшись, наклонилась влево-вправо, будто делала зарядку.
Я же пытался удержать взгляд больше на её лице, и меньше на её точёной фигуре, особенно меньше на складках шёлкового платья в районе груди… Она вообще понимает, как на парней действует?
— Конечно, — сипло ответил я. — Но с одним условием.
— Хочешь попасть в библиотеку, если победишь? — улыбнулась она.
Ого, а так можно было?
— Я… бы не отказался от такого, но я про другое. Хотя, возможно, условие про библиотеку гораздо интереснее… — мечтательно прищурился я.
— Так про что ты говорил? — нахмурилась Корнелия.
— Переоденься, — категорично сказал я.
— Чем тебя не устраивает моя одежда? — удивилась Корнелия, осматривая своё тонкое, изящное, пусть и закрытое на груди, но слишком облегающее платье.
— Оно меня слишком… устраивает, — нервно рассмеялся я.
— Тогда в чём проблема?
— Именно в этом!
Шавр, она, кажется, действительно не понимала, насколько привлекательна. Неужели она всегда сражалась в платьях? Даже если не учитывать, что это очень неэкономно, неужели ни Сэн, ни Стедд ей не объяснили, что для этого больше подходят штаны?
— А можно тебя спросить? — сказал я.
— Ну?
— Кто тебя учит сражаться?
— Наёмный учитель. Он лучший из лучших. Но имя его я не раскрою, — поджала губы Корнелия.
Угу, «его», замечательно… С одной стороны, можно его понять, зачем настаивать на другой одежде, если ученице нравится такая… с другой, я его прибить хочу.
Я скрипнул зубами:
— Корнелия, я понимаю, что ты никогда не была в Академии, но у нас общепринято, чтобы девушки на тренировках были… в штанах!
— Так мне переодеться в штаны? — нахмурилась она. — Я даже не знаю, есть ли у меня штаны. Это сложная задачка. Может, у Корна взять? Но я же в них утону… — она поднесла руку к губам и, постукивая по нижней, усердно думала.
Я же рот открыл. У неё в огромном гардеробе даже нет штанов⁈
Ну, в итоге, слуги ей отыскали вполне подходящую пару. Через двадцать минут мы стояли друг напротив друга на поляне, что находилась довольно далеко от здания особняка. Вокруг нас на некотором отдалении располагались медные диски — артефакты, видимо, как-то защищавшие окружающий парк от выплесков магии.
Я смотрел на Корнелию в облегающих бордовых штанах, подчеркивающих её стройные ноги и в того же цвета и фасона кофте, и понимал, что смена платья почти не помогла. Если не сказать, что сделала только хуже.
Может, мне попросить Корна найти ей наряд для тренировки? Он-то уж наверняка должен справиться…
Мы начали бой с простых заклинаний, и мне, и ей хотелось проверить, на что способен противник. Пошли в ход щиты, и причинить урон было практически невозможно. Постепенно мы стали использовать более сложные приёмы, двухкольцевые, а затем и трёхкольцовые печати.
У нас были одинаковые стихии. Только Корнелия предпочитала воду, а я воздух. Мне было удобнее сражаться на более близкой дистанции, ей же на средней и дальней, сейчас я не пытался к ней приблизиться и наблюдал, как она филигранно использует стихию воды. Возможно, она бы в этом дала фору даже Корну, мне было, чему у неё поучиться. И да, она до сих пор не применяла покров. Сегодня и я не стал.
Мы закончили наш бой, так и не показав друг другу все возможности. Нагрузка была как раз достаточной для «разминки». Восстанавливаться после тренировки весь день, лёжа без сил, никому из нас не хотелось. Поэтому, как только слуга пришёл и позвал нас на завтрак, мы закончили.
— Вы не завтракаете вместе? — спросил я Корнелию, усаживаясь к ней за небольшой столик на веранде.
Разумеется, на ней уже было платье. Тёмно-синее, в пол, струящееся, словно ночь, необычайно подходящее к её глазам, но, может быть, не слишком подходящее к утру и простому завтраку. Тонкие серебряные украшения с камнями цвета сапфиров и волосы, собранные в сложную причёску, дополняли её элегантный образ.
Она удивлённо на меня посмотрела, но возражать не стала. Да, на веранде было ещё пару свободных столов, но я даже не подумал, что должен был сесть за один из них. К тому же на этом уже стояли булочки и пирожные.
— Только за ужином, — ответила Корнелия.
Слуга с подносом сначала прошёл мимо нас, к свободному столу, видимо, был уверен, что я должен сесть там, но затем сориентировался и, вернувшись, поставил чайник с чашками за тот стол, за которым сидели мы с Корнелией. Второй. Поскольку один чайник уже здесь был.
Корнелия улыбнулась и показала что-то жестами. Тогда слуга разлил чай из первого чайника по двум чашкам, а затем унёс его и лишнюю посуду, оставив один второй чайник на столе.
— Ты с ними на каком-то языке жестов общаешься? — спросил я.
— О чём ты? — приподняла она брови. — Это же общепринятые жесты для слуг.
— Правда? — на долю секунды я подумал, что она разыгрывает меня, но она оставалась серьёзной. Кажется, этикет мне стоило бы подучить…
— Можно тебя спросить? — повторила мой недавний вопрос Корнелия, слегка опустив взгляд, что почти исполнило мою мечту увидеть её смущённой.
— Конечно, — улыбнулся я.
— Почему ты сел со мной за один стол? — она взглянула на меня, будто искала ответ в моих глазах.
— Я этим что-то нарушил? Какие-то правила вашего дома? — спросил я.
— Ну… даже не знаю, — усмехнулась она. — Ты одним своим присутствием в нашем особняке, их нарушил.
— Тогда я не понимаю, почему я не должен был с тобой садиться.
— Серьёзно не понимаешь? — она слегка расширила глаза.
В этот момент на веранду вышел заспанный Корн и плюхнулся на
