фиксирую движение отряда городской стражи у самой границы периметра Угодий. Идут осторожно, цепью, словно проверяют, нет ли слежки. Все в сером камуфляже, подобранном под цвет местного тумана — видно, подготовились. Особенно примечательно то, что не менее пяти из них тащат на спинах канистры.
Керосин? Или что-то покруче? Поджечь поля, значит, собираются? Хотя нет — траектория движения у них совсем другая. Двигаются в сторону небольшой деревушки. Хм. Похоже, дело куда интереснее.
Особо цепляется взгляд за оружие: при ближайшем скане становится ясно, что часть мечей у них вовсе не стандартные клинки городской стражи, а новехенькие, под обвес наёмников. Стало быть, план прост и груб, как кувалда: устроить резню в деревне, а потом обвинить в этом моих Рвачей. Подставить нас под удар, дестабилизировать обстановку. Примитивно, но, признаю, для непосвящённых — вполне эффективно.
Если бы не плотный туман, они, скорее всего, ждали бы темноты. Но условия позволили рискнуть сейчас, при свете дня, прикрываясь климатом.
Вот только подвела их не погода. Сработали мои аномально длинные ментальные щупы., способные прощупывать эмоции и панику гораздо дальше нормы. Диверсанты, конечно, обвешались артефактами скрытия, причём довольно качественными — в другом случае я, возможно, и не уловил бы их. Но эти гении успели спугнуть стаи птиц с полей.
Птицы взлетели резко, шумно — и страх, который хлынул из кустов, засекли мои щупы. И теперь, приглядевшись к диверсантам сквозь слабенькую артефактную защиту, я знаю, где они.
— По коням, — объявляю я, поднимаясь со складного стула, который заранее поставили на свежем воздухе.
Кровавые Рвачи бросают на меня недоумённые взгляды.
— Что? — оборачиваюсь к ним, приподняв бровь.
— Брара, мы ведь прибыли на каретах, — с лёгким смущением поясняет капеллан Рома, покраснев. — Полагаю, твоя загадочная формулировка оказалась для нас трудной для понимания.
— Ладно, говорю проще, — вздыхаю. — Идём ловить диверсантов и вредителей. Так понятнее?
— Ещё как! — воодушевляется Рома и тут же извлекает меч с характерным свистом.
Отряд синекрылых уже разделился на две части. К первой я отправляю Рвачей — пусть отрабатывают вложенные в них обеты и магические пайки. Сам же с Змейкой и горгонышами направляюсь ко второй группе. Мы идём быстро, не таясь, и вскоре я выныриваю из тумана первым, не скрываясь, прямо перед линейкой настороженных синекрылых.
— Ну, рассказывайте, — говорю спокойно, с лёгкой хрипотцой в голосе, как заправский инспектор. — Что вы тут делаете?
Стражники вылупляются. Один начинает что-то мямлить:
— Просто… патрулируем территорию.
— Патрулируете, значит? — кивок в сторону канистр. — С керосином наперевес?
На пару секунд повисает тишина, и один из стражей, кашлянув, наконец выдавливает из себя:
— Это… потому что багровый зверь боится огня, король.
— Правда? — хмыкаю я, чуть склонив голову. — Интересная гипотеза.
Они мнутся, переглядываются, явно не зная, стоит ли настаивать.
— Ну, раз уж вы не уверены, — делаю шаг вбок и киваю на тень, что начинает оживать, — вот он, багровый зверь. Можете у него и спросить, действительно ли боится.
Из моей тени выходит Ломтик. Спокойный пушистик крутит головой. Его взгляд медленно проходит по лицам стражников, а лапа лениво царапает землю.
— Боги!!! — завизжали синекрылые, не выдержав вида кудрявой угрозщы. Паника охватывает их за считаные секунды. Они бегут, как мыши от огня, пытаясь скрыться в тумане, который я тут же усиливаю с помощью магии воды. Плотные белые клубы поднимаются над полем, заволакивая всё вокруг.
— Хорошей охоты, Мать Выводка, — передаю Змейке по мыслеречи. Она уже затаилась где-то в тумане, будто часть ландшафта.
— Мазака — лучшшшший, фака, — бодро шипит змееволосая. Через пару секунд слышен первый вопль — кто-то из стражников уже настигнут, и медные когти сделали своё дело.
Я между тем подключаюсь к сознанию горгонышей. Указываю им направление, передаю координаты, направляю к Змейке, да берегу от носящихся в панике синекрылых. Это их первая настоящая охота, и я хочу, чтобы они запомнили её как надо. Хищный инстинкт должен сочетаться с дисциплиной и точным наведением.
Честно говоря, чувствую себя сейчас как воспитатель в детском саду. Только вместо игрушек — добыча, вместо занятий —тренировки. Но всё это — работа на будущее. Этот выводок ещё подрастёт, окрепнет, и через несколько лет я получу полноценную чешуйчатую гвардию. Настоящих когтистых хищников.
А до оранжевого уровня их развитие — вопрос времени и диеты. Но Лакомка уж подберет нужные добавки.
* * *
Где-то в Сумеречном мире, Та Сторона
Ломтик решил разобраться с новым членом стаи — теневым осьминогом. Есть еще, правда, теневой попугай, но он вроде слушался. А вот осьминог что-то не похож на лапочку. Ломтик вытащил его из своей тени прямо в Сумеречном мире, выбрав для этого пустошь — нейтральную территорию, где никто не мешает. Песок под лапами, пустой горизонт — идеальное место для разговора. Щенок встал перед новым существом, поднял хвост трубой и начал тявкать. Объяснял всё по порядку: кто вожак, кто правая лапа вожака, кто где спит, кто когда ест и кого можно кусать, а кого ни в коем случае нельзя. Это была стандартная лекция, которую Ломтик читал всем новичкам.
Осьминог, лежавший на земле в виде размытого черного облака с щупальцами, не двигался, да и вообще просто спал, как будто его всё происходящее не касалось.
Ломтик немного поморгал. Ситуация нестандартная. Может, он голоден? Щенок недолго думая сиганул через тень и вернулся с невинской кухни, притащив в зубах поджаристую утку. Уложил добычу аккуратно рядом с щупальцем. Показал носом: мол, ешь. Но осьминог не шевельнулся.
Щенок снова тявкнул, на этот раз чуть громче. Попрыгал вокруг, добавил пару выразительных жестов хвостом. Вновь представился. Он — Ломтик. Правая лапа вожака. Главный по теневым делам. Ответственный за порядок и прочим ауфам. Но осьминог всё так же игнорировал.
Щенок остановился, прищурился. Его кудряшки слегка задрожали — предвестие перемен. Он уже собирался призвать подкрепление, как вдруг из кустов сверкнуло. Синее копьё, явно артефактное, с громким щелчком вонзилось в одно из щупалец осьминога. Теневой зверь забился и попытлася скрыть, но не вышло — копьё мешало уйти в тень.
Из кустов, шурша листвой и чавкая болотными сапогами, вышли ракхасы, подчиненные Лорда Тени. Едва завидев пригвождённую к земле тушу, тут же загалдели, возбуждённые и почти ликующие:
— Ой-ой-ой! Да это же теневая тварь! — завопил один, чуть ли не подпрыгивая от радости. — Лорд заплатит!
