не договорил, увидев, как резко изменилось её лицо.
Глаза дамы расширились, красивый рот приоткрылся, а вейп вдруг мелко затрясся в пальцах. Она стремительно побледнела и снова откинулась на спинку кресла, сильно затянулась несколько раз подряд, пуская дым через ноздри, потом прошептала:
– Этого не может быть!.. Когда я вошла, он лежал на спине, головой к окну!.. Я… я видела все признаки…
– Так, успокойтесь-ка, Татьяна Леонидовна. И давайте всё сначала и поподробнее! – решительно приказал Рокотов.
И дама сдалась. Она приехала в отель, как обычно, к восьми часам утра, чтобы проверить, всё ли готово к приёму – должны были заехать старые клиенты, торговцы лесом из Китая…
– Ого! – удивился Андрей. – Только без обид: с каких это пор китайские бизнесмены останавливаются в мелких ночлежках?!
– Ничего странного. – Дама заметно успокоилась и снова приняла расслабленную позу. – Просто эти не афишируют свои сделки, предпочитают тишину и уют!..
– Ну да, ну да!.. – усмехнулся Рокотов. – Надо будет нашим друзьям из ОБЭП подкинуть идею… Извините, прошу вас, продолжайте.
– Ну, я приехала. Анфиса – её дежурство было – уже проверила пустые номера, сидела на кухне, завтракала… Я вместе с ней разобрала брони, мы выпили по чашечке капучино, и тут Анфиса говорит, мол, вчерашняя парочка из шестнадцатого до сих пор не выглядывала, завтрак не заказывала. Я сказала, что, наверное, они ещё спят, но Анфиса заявила, мол, нет, она сама слышала в номере какой-то шум или даже крик, только глухой…
– Пара занималась обычным в таких случаях делом…
– Вот и я так сказала. Но горничная продолжала утверждать, что шум был очень странный. Тогда я позвонила в номер – никто не отозвался. И я велела Анфисе пойти и постучать в дверь. Она ушла, а потом… – Дама невольно передёрнула плечами. – Она кричала так, будто это её жгли живьём!..
Рокотов не удержался и хмыкнул на этот пассаж: м-да, профессия иногда накладывает свой отпечаток!.. И далеко не всегда уместный.
– Я, конечно, кинулась к ней на помощь, – продолжала Татьяна Леонидовна, вставляя новый патрон в свой вейп. – Ну, и увидела ту самую картину… Потом отвела Анфису вниз, дала валерьянки и позвонила в полицию.
– То есть в номере был только труп и больше никого? – уточнил Рокотов. – Никаких следов второго человека?
– Ну, знаете! Я не проводила осмотра! Как-то не до того было!..
– Хорошо… И ни вы, ни ваша горничная не видели, чтобы кто-то из номера выходил?
– Нет.
– А тех, кто туда вчера вселился, вы сами видели?
Дама выпустила клуб дыма – теперь вишнёвого – и медленно покачала головой, как бы в задумчивости. Андрей ждал.
– Я вчера уехала поздно… – будто вспоминая, с расстановкой заговорила она. – Я сидела здесь, в кабинете… дверь была приоткрыта… душный был вечер, а кондиционер забарахлил, вот я и открыла проветрить немного… Полина, наш администратор, уже ушла домой… и до завтра, то есть до сегодня, в отеле никто не должен был появиться…
– Но появилась эта парочка, – поторопил её Рокотов. – Так вы их видели или нет?..
– Можно сказать, что нет. Я услышала голоса, в проёме двери мелькнули две фигуры – мужская и женская. Ни их лиц, ни даже подробностей одежды я разглядеть не успела. Потом я услышала голос Анфисы – она исполняет обязанности администратора иногда. К разговору я не стала прислушиваться, ясно было и так…
– Что именно?
– Парочка решила остановиться на ночь после романтического вечера. Обычное дело… особенно летом…
– И что было дальше?
– Ничего. Анфиса сама заселила их в шестнадцатый номер.
– А запись в журнале вы видели?
– Нет. Да её и не было…
– Почему?
– Потому что в таких случаях мы клиентов не записываем. – Дама с вызовом посмотрела Андрею в глаза. – Да, я знаю, что это нарушение. Ну и что?.. Я просто даю возможность моим девочкам немного подзаработать.
– За долю и без налогов… – кивнул Рокотов с улыбкой. – Понимаю!.. И не волнуйтесь, Татьяна Леонидовна, я никуда об этом сообщать не стану. Пусть остаётся на вашей совести. Ещё что-нибудь хотите добавить к вашему рассказу?
– Разве что… – Она повела красивыми, умело подкрашенными зелёными глазами. – …Я всё-таки припоминаю: женщина та была странновато одета… на ней было длинное тёмно-красное платье… такие никто уже не носит… Пожалуй, всё.
– Тогда не смею больше отнимать у вас драгоценное время. – Андрей поднялся, шагнул к столу и взял за кончики пальцев её протянутую руку с шикарным маникюром, коснулся губами кисти и почувствовал, как она вздрогнула, словно от слабого разряда. «А ты ещё не совсем в пень превратился, майор! – самодовольно сказал он себе. – У тебя ещё остаются шансы!..»
– Было приятно с вами познакомиться, господин Рокотов. Надеюсь, ещё увидимся, – произнесла бизнес-леди своим сногсшибательным контральто и одарила Андрея чарующим взглядом.
– С удовольствием, Татьяна Леонидовна, – в тон ей откликнулся Рокотов. – Лишь бы не в качестве дознавателя и подозреваемого.
Она томно улыбнулась, и Андрей поспешно выскочил из кабинета, дабы не совершить фатальной ошибки. В холле его дожидался Почкин, от нетерпения мотавшийся по помещению из угла в угол. Горничной Анфисы за стойкой администратора уже не было.
– Ну, что у тебя? – Рокотов постарался принять деловой вид.
– Есть информация, товарищ майор! Ценная!.. – радостно затараторил лейтенант. – Во-первых, Анфиса – это девушка, которую я допрашивал – работает здесь горничной. И вчера именно она заселила пару в шестнадцатый номер…
– Как они выглядели?
– Женщина полностью подходит под описание нашей клиентки: остячка в красном платье. А вот мужчина нам незнакомый – средних лет, импозантный, в дорогом костюме…
– А ну-ка, Валера, поднимемся к Павлу, – перебил его Рокотов. – Наверняка он уже что-то накопал?..
Власкин ждал их, сидя на пуфике возле двери и тщательно раскладывая в чемоданчике свой мудрёный инвентарь. Вид у него был недовольный.
– Что, сокол мой, невесел? Что нос повесил? – хлопнул его по плечу Андрей, хотя и знал по опыту: если Паша хмур или зол, значит, ничего из осмотра на месте не выудил и теперь придётся ждать полной экспертизы.
– Нечему радоваться, товарищ майор, – отмахнулся Власкин. – Отпечатков много, и все разные. Идентифицировать труп не представляется возможным из-за сильного термического повреждения. Пусть им Данила занимается. Единственное, что могу сказать, это мужчина, лет пятидесяти или старше. Об этом свидетельствует состояние его зубов. Ну и… горел он голым – точно.
– Где же его одежда в таком случае?
– Шкаф пуст. Только штиблеты вот летние, сорок второй размер. Похоже, его…
Почкин подошёл к окну и выглянул, даже перегнулся через подоконник.
– Товарищ майор, внизу контейнеры с мусором стоят…
– Ага. Ну, пойди посмотри на всякий случай. –
