Фрэнк с беспокойством взглянул на погрустневшую жену.
— Дороти, только не говори, что до сих пор любишь его.
— Нет, конечно же нет! — Дороти прижалась всем телом к Фрэнку, словно опасаясь, что он сейчас встанет и уйдет. Покинет ее навсегда.
— Тогда почему же известие о поимке Коула тебя не только не порадовало, но и опечалило?
Дороти пожала плечами.
— Видишь ли, Фрэнк… Несмотря на все неприятности и страдания, которые он мне причинил, я благодарна ему за одну-единственную вещь.
— Интересно узнать за какую? — нетерпеливо перебил ее Фрэнк.
— Коул заставил меня вновь поверить в собственные силы, красоту, сексуальность и… Я поняла, как сильно люблю тебя, как мне трудно дается каждый день, проведенный вдали от тебя и от детей.
— О, милая… — Фрэнк коснулся губами ее губ.
— Кроме того, — продолжила Дороти, — наша семья сплотилась против общей беды. Эйприл и Стэнли наконец-то подружились.
— Действительно, — произнес Фрэнк с таким удивлением, словно Дороти прямо на его глазах изобрела вечный двигатель. — Я горжусь нашими детьми. Прости, что обвинял тебя в том, что ты плохо их воспитала.
— Кстати, по поводу твоих обвинений. — Дороти выдержала театральную паузу и высказала давно созревшую идею: — Я хочу работать.
— Зачем? Разве ты в чем-нибудь нуждаешься? Я… я никогда ни в чем тебя не упрекну, честное слово, — поспешно ответил Фрэнк.
— Лиза предложила мне попробовать свои силы в ее ателье. Раньше у меня неплохо получалось…
— Хочешь обслуживать богатых дам?
— Фу, Фрэнк, как ты выражаешься? — Дороти скорчила брезгливую гримаску. — Словно дух Коула Хауэра проник в эту комнату. Это он мастер обслуживать богатых дам. А я… хочу помочь подруге и немного… мм… разнообразить свою жизнь. Ты ведь не станешь возражать, правда?
Фрэнк обреченно вздохнул.
— Ладно. Только не вздумай убиваться и подобно твоей подруге сидеть ночами над эскизами. Пусть разработка дамских нарядов станет для тебя хобби, приятным времяпрепровождением, а не тяжким бременем. Довольно и одного трудоголика в семье.
— Вообще-то я намерена всерьез заняться делом, — твердо сказала Дороти. — На следующий же день после нашего возвращения в Америку я выйду на работу. Как положено, в десять ноль-ноль. — Заметив застывшее на лице Фрэнка недоумение, Дороти со смехом добавила: — Не волнуйся, ужин и теплые тапочки не отменяются. Придется успевать все.
— Как знаешь, Дороти. Только не позволяй Лизе командовать и перегружать тебя работой. К тому же она вот-вот сдастся и согласится выйти замуж за Марка. Следовательно, основной груз забот ляжет на твои плечи.
Дороти расплылась в улыбке.
— Я ужасно рада за них обоих. Лиза — сокровище. Я ее обожаю. Не представляю, что бы я делала без ее помощи. Кстати, хорошо, что ты напомнил. Надо будет завтра купить ей и Марку какие-нибудь сувениры.
— Что тут гадать?! Привезем венецианское стекло. Оно здесь продается на каждом углу. Или купим в одной из многочисленных галерей картину современного итальянского художника. Вдруг лет через сто она будет признана величайшим шедевром.
— Милый, — остановила мужа Дороти.
— Что? Я сказал что-то не так? — растерянно спросил Фрэнк.
— Нет. Ты слишком много говоришь. — Дороти шаловливо приподняла край простыни. — Оставим разговоры на потом.
Дальнейших приглашений не потребовалось. Фрэнк нырнул под простыню и принялся целовать и ласкать любимую жену с не меньшей страстью, чем двадцать лет назад.
19
— Ты опоздала на пять минут! — отчитала Лиза появившуюся на пороге запыхавшуюся Дороти.
— И тебе привет, подружка, — растерянно сказала новоиспеченная сотрудница ателье «Стайл».
Лиза приблизилась к Дороти и заговорщическим шепотом произнесла:
— Во-первых, здесь мы не столько подруги, сколько коллеги. Во-вторых, — Лиза улыбнулась, — на первый раз прощаю.
— Лиза, но ты ведь сама вечно опаздываешь! — возмущенно воскликнула Дороти.
— На работу — никогда. Это святое. Что бы подумали обо мне клиентки, если бы им пришлось ждать моего появления полчаса?
Дороти усмехнулась.
— Наверное, то же самое, что и я думаю каждый раз. Где мое рабочее место?
— Пойдем, я тебе все тут покажу. Считай, что первый день — экскурсия для тебя. — Лиза взяла Дороти за руку и повела демонстрировать свои владения.
— Зачем ты меня привела в пустую комнату? — удивилась Дороти, когда, они с Лизой очутились в небольшом помещении без окон. Стены были драпированы бордовым бархатом. Из мебели в комнате стояли только два мягких кресла и круглый столик на витой ножке.
— Я называю эту комнату секретной. — Лиза улыбнулась. — Обычно здесь я беседую с особо важными клиентками.
— Очень мило. — Дороти не знала, чего от нее ожидает подруга.
— Что же ты стоишь? Присаживайся. — Не успела Дороти последовать совету Лизы, как та уже плюхнулась в другое кресло. — Как у вас с Фрэнком дела?
— Все замечательно, — скованно ответила Дороти, недоумевая все больше и больше.
— Как Венеция?
— Восхитительно. — Заметив любопытство в глазах Лизы, Дороти добавила: — Никогда не видела ничего прекраснее. Настоящий музей под открытым небом. Жаль, что Венеция обречена уйти под воду.
— Господи, Дороти, о чем ты беспокоишься! Вы с Фрэнком… В общем, у вас все хорошо?
Дороти вскинула брови.
— Лиза, я не понимаю… что за допрос?
— Ну пожалуйста, расскажи! Я всю неделю сгорала от любопытства и желания выслушать твой рассказ о втором медовом месяце. Все ведь было именно так, да? Романтика, любовь и много секса?
— Лиза!
— Дороти, не забывай, что вы с Фрэнком мне кое-чем обязаны. Так что прекрати скромничать и рассказывай. Я ведь не зря до полудня отменила визиты всех клиенток.
— Что?! — воскликнула изумленная Дороти. — Ты на меня с порога накинулась за опоздание, а оказывается, мне и торопиться-то было некуда!
— Как это некуда? А я уже в расчет не принимаюсь? Быстро же ты забыла о том, кто твоя лучшая подруга!
— Лиза, не обижайся ради бога, — попросила Дороти.
— Тогда выкладывай, как вы с Фрэнком отдохнули в Италии?
— Все было восхитительно, божественно, потрясающе…
Подруги дружно рассмеялись, вспомнив, что именно так описывала свое путешествие с Марком Лиза.
— А ты боялась, что Фрэнк тебя не простит, глупышка.
Дороти внимательно посмотрела на подругу.
— Ты меня разубеждала, говорила, что Фрэнк до сих пор любит меня… Однако на самом деле ты ведь и сама боялась, что пути назад нет. Ведь так, Лиза?
